Без лица
Шрифт:
В день я могу использовать ее не дольше нескольких минут, а если враг очень сильный, то около тридцати секунд. В итоге, подобное еще и полностью лишает меня сил. Плюс, надо помнить, что это разрушение только материи, но не души.
Как итог: с одним большим противником я может и справлюсь, а вот группа слабых может источить мою ману в мгновение.
— Хм, понятно. И к какому классу относится этот атрибут?
— Думаю, это атрибут высшего порядка, а может даже и старше.
— Разве есть нечто старше атрибутов высшего порядка?
— Ну, четыре базовых правила вселенной конечно же: правило
— Подожди. Если есть правило времени, то в чём тогда смысл бога времени…
— Это исключение, как и с богом пространства. Вообще то, правила способны произвольно выбирать себе «наследников», и именно правила назначают богов своего атрибута. Хотя о «боге причинности» или «боге материи» история ничего не знает.
— Интересно… Значит ты в каком то смысле, тоже жрец правила материи.
— Ну, да. Правда людей я воскрешать не могу. Моей силы хватает только чтобы быстро убивать, или восстанавливать собственные повреждения. При этом далеко не каждого я смогу ликвидировать. Например у Ганти слишком плотная мана. Я уже пытался…
— Ты серьезно сражался с этим психом?
— Пришлось. Он оказался слишком крепким орешком, хоть и не особо разрушительным.
— Ну знаешь, тот взрыв…
— По меркам мира магии, этот взрыв был слабоват. Около сотни лет назад, один бродячий маг за мгновение разрушил целый город. Тогда погибло около десяти тысяч людей, а его казнили на месте, но что сделано, то сделано. Вот это действительно был неплохой уровень, а тут… Просто показуха. А о людях древности я вообще молчу.
— Понятно… Может однажды, и я приду к подобному.
— Как там твоя мана?
— Нестабильная. Не могу даже вызывать пламя.
— У тебя атрибут пламени?
— Да, бесцветное пламя, с одной небольшой особенностью. Ко всему прочему, оно у меня живое. Но сейчас потоки в теле движутся хаотично, и отказываются меня слушать. К тому же, руки полностью заблокированы.
— Хм. Знаешь, твоя проблема имеет нечто общее с атрибутом материи. Когда мне нужно восстановить какую то конечность, то тоже приходится представлять, словно она у меня есть. Даже если я ее не чувствую.
— Но у меня то они на месте…
— Угу, в этом и разница. Формально они на месте, но для тебя уже не существуют.
— А ты можешь это исправить?
— Нет. Тут нужен кто то, кто разбирается в душах. Наверняка этот процесс еще и займет много времени. Кстати о времени: похоже, нам пора уходить. Уже светает.
— Что то волков больше не видно. Неужели только один показался?
— Наверное, — Азариус устало улыбнулся, поднимая с земли небольшую дорожную сумку.
— Не заостряй на этом внимание, — парень помог мне встать, и мы продолжили свой путь. Утренний лес вселял в меня надежду, что возможно, с этими людьми у меня что то получится.
Наконец, эти кедровые леса кончились, и мы вынырнули в прохладную серую пустошь. Накея, место пустое, и потому не безопасное.
— Мы пойдем через город?
— Нет, обойдем его по дуге. Город находится в ущелье, а мы пойдем сверху. В любом случае, посмотреть на город у тебя получится, хоть и издалека.
— Аг…, — не договорив фразу, я вновь споткнулся и упал. Лежа на земле, я увидел проплывающую мимо змею. Она полностью
игнорировала мое существование. Собравшись с силами, я самостоятельно встал на ноги, прежде чем Азариус попытался мне помочь.— Ого, ты и так теперь умеешь?
— Да, мне не нравится ощущать свою беспомощность, так что не пекись обо мне слишком сильно.
— Не волнуйся, совсем скоро мы будем на месте. На повозке пересечь Накею это плевое дело. Через неделю уже приедем.
— А повозку мы возьмем где?
— После того как обойдем город, заглянем в одну деревушку, что стоит дальше. У «Эдема» там знакомые живут.
— Какие то особые люди?
— Нет, обычные жители. В основном люди и тифлинги, «коренные» обитатели здешних мест. Просто мы им иногда помогаем, а они нам.
— Понятно, ну пойдем.
Третий день плетясь за Азариусом по серой потрескавшейся земле, я разглядывал окружающие пейзажи. Рукава моего плаща развевались на ветру, в холодном, сером свете солнца. На контрасте с зеленым, солнечным лесом, это место вызывало лишь безумную тоску, чувство одиночества и покинутости.
Где же мои друзья? Рей, Гилберт, и остальные… Они уже давно не появлялись, и зайти в горизонт у меня не получается.
Мне не стоило так бездумно поглощать ту аномалию… Кажется, она что то изменила в моей душе. Эта энергия… Она явно пробудила нечто, к чему раньше у меня не было доступа. Я почувствовал это еще тогда. Только вот, что? И как мне теперь смотреть в глаза Луне… Как объяснить ей всё, чтобы она хотя бы стала меня слушать?
— Алан, смотри, — Азариус подошел высокому краю скалы. С него, глубоко в ущелье, виднелся большой пустынный город, сложенный из самана и серого камня. Сам город не выглядел как нечто примечательное, и потому сказать о нём было нечего.
— Это Накея? Мы что, уже пришли?
— Я бы сказал, что мы прошли 2/3 пути. Давай тут и остановимся на ночь.
— Хорошо, а то я малость устал.
Разведя костер, я сел напротив Азариуса. Сегодня он выглядел несколько подавленным. Так мы просидели чуть ли не до середины ночи, пока я наконец не решился спросить.
— Что то случилось?
— О чем ты? — Парень смерил меня холодным взглядом, как при первой встрече. Его перепады настроения очень напоминали мне об Эви. Эх, я скучаю…
— Просто ты выглядишь немного… Грустным.
— Да, это… Не знаю.
— Ты можешь рассказать мне, если тебя что то тяготит. Человеку нужен человек.
— Я понимаю. Просто… Не знаю, хочу ли я вспоминать всё это на самом деле.
Помолчав несколько минут, парень всё же продолжил.
— Ничего особенного. Просто не первый раз сижу в этом месте. Обычно я прихожу сюда более уставшим…
— Эдем отправляет тебя на какие то миссии?
— Вроде того. На самом деле, мы занимаемся не только борьбой против коалиции, но и против культов. Меня обычно отправляют устранять разного рода, важные цели, поскольку с большим числом врагов мне не справиться, — на лице парня отразилась некая досада.
— Много заданий провалил?
— Чуть меньше половины…
— Ну, думаю на то были причины. Я ведь прав?
— Когда как. Мы ведь не знаем силу врага заранее. По крайней мере то, сработает на нем мой атрибут или нет, это всегда загадка.