Без лица
Шрифт:
— Кстати да, я тоже об этом подумал. У людей весь на Флегрейсе самая притесняемая позиция, но при этом во главе всей негласной власти человек… Как так вышло?
— Есть мнение, что Доард ненавидит людей. Уж не знаю, что там с ним случилось за эти полторы тысячи лет, но последние столетия, людей сильно притесняют, как минимум в рамках закона академий, а как максимум и во всех остальных отраслях.
— Теперь я понимаю, почему эта система прогнила, — Алан сел на край балкона, подол его черного плаща вместе с руковами развевался под дуновениями ночного ветра.
— Если магия, это самое сильное
— Всё так. А теперь, когда ты примерно понимаешь ситуацию, давай поговорим о Рондо. Он наверное уже устал ждать нас в комнате.
— Ты говорил, что его семья находится в розыске, так? Значит ли это, что они в розыске в любом из регионов?
— Да, но не везде до них могут дотянуться руки законников. Например, в Давнроуде почти нет людей от коалиции. Тут школа то одна, и то местная, потому что это место слишком далеко от крупных городов.
— А гильдия?
— Гильдия Авантюристов никому не подчиняется, но там могут быть свои уши.
— И за что их разыскивают?
— Каждый из рода Луперкалей рождается с атрибутом света, — Барбатос посмотрел на дверь, ведущую в комнату, понизив голос.
— Коалиция подозревает, что они нефилимы. Только нефилимы гарантированно рождаются с атрибутом света.
— Даже я знаю, что нефилимов и ангелов полностью уничтожили на той войне.
— Да, и от того они лишь сильнее хотят заполучить кого то из рода Луперкалей. Рондо — последний наследник, и у него больше нет никого, кроме меня. Я должен защитить его, и сохранить всё в тайне, так как все остальные… мертвы.
— Что?..
— Это страшная история, и я не вправе рассказывать ее даже юному мастеру, так что прости уж.
— Черт, теперь понятно, почему первое впечатление было так обманчиво, при встрече с вами двумя. Рондо оказывается, не такой бойкий малец, каким я его видел в прошлый раз.
— Да, это наши роли, и мы вынуждены их играть. Шавки из коалиции не знают наших имен и даже внешности, но они прекрасно осведомлены о некоторых особенностях рода Луперкалей, и об их уникальной магической сигнатуре. Чтобы ее скрыть, Рондо категорически запрещено использовать магию.
— Понятно, — Алан ощущал, как его зубы скрипят, а кровь вскипает. Он прекрасно знал, что такое, быть сиротой. Но вот когда тебя еще и преследует весь мир… Держаться в такой ситуации будучи ребенком, слишком трудно.
— А ты в этой истории как оказался?
— Я что то вроде дворецкого, как и весь мой род. Мы давно служим Луперкалям, и в роковой день именно я вывел мастера и Элис из особняка. После этого мы долго скитались, и в итоге остановились тут.
Повисла напряженная тишина. Алан Кинг всё никак не мог собраться с мыслями, хаотично перебирая обрывки прошлого.
«Нефилим да… Врожденный атрибут света. Нито был таким же, как Рондо, только о его родителях вообще ничего не известно. Однако, Нито мертв, да и таких совпадений не бывает. Скорее всего они из одного клана или что то в этом роде. В любом случае, даже если Рондо никак не связан с Нито, я всё еще обязан ему помочь.»
— Барбатос. Я могу вам как то помочь?
Честно говоря, я бы очень хотел этого.— Ты уже помог нам. Я и моя младшая сестра, два последних воспоминания юного мастера о доме, и моих тоже.
— Черт, — Алан бессильно опустил голову, — с одной стороны я действительно помог вам, но с другой… этого слишком мало. Это не раскроет потенциал Рондо, если он всё же захочет восстановить семью.
— В таких условиях восстановить семью едва ли возможно, учитывая какими будут его дети. Им не будет места в актуальном обществе.
— А что насчет тебя, Алан… Неужели у тебя нет своих проблем? Конечно, помощь нам не повредит, но слишком обременять тебя мне бы тоже не хотелось. В конечном счете, это мой долг, оберегать мастера.
— Ты прав, проблем у меня хватает… Ты случайно не знаешь, где можно воскресить человека?
Услышав вопрос, Барбатос помрачнел.
— Зависит от ситуаци..
— Скажем так: душа этого человека у меня есть, даже не одна. Нужна только материальная оболочка.
— Тогда тебе нужно искать жрецов пакта материи. Учти, что найти их почти невозможно, договориться еще сложнее, а денег за свои «услуги» они берут безумно много.
— Пакт материи? У него серьезно есть жрецы?
— Да, я сам удивился, когда мне еще в детстве рассказали об этом. Мол, чуть ли не сама вселенная послала пророков на землю. Только вот зачем, если пакт раньше и сам справлялся?
— Ну, на этот вопрос мы ответа не найдем. В любом случае, спасибо за совет. Не подскажешь еще, где я могу заработать так много денег, чтобы воскресить, ну скажем: восемь человек?
— Восемь? Не завидую я твоей судьбе..
— Сломленные люди должны держаться вместе, ведь так?
— Всё верно. А на счет денег… Тут разве что получить во владение несколько городов, и продать их, или выполнить с десяток миссий S класса или выше. Правда они появляются так редко, что уже становятся мифическими. Последняя была год назад, или около того. К тому же, цену жрецы назначают всегда разную. Всё зависит от души, и от того кто заказывает. Часто они вовсе отказываются что либо делать.
— Звучит трудно. А что насчет миссий S класса? Они сложные?
— Очень, но я думаю ты бы справился в команде с парочкой профессионалов. А так, если что, можешь браться и за A ранга. За них платят далеко не так много, но они всегда под рукой.
— А вы, не хотите пойти со мной? У меня на эту жизнь грандиозные планы, и вы в них отлично вписываетесь, — внезапно выпалил Алан, сам не ожидая от себя подобного предложения.
— Хм. Это можно устроить, но минимум через год.
— Почему именно год?
— Рондо должен научиться лучше скрывать личность и сигнатуру. В этом году я подготовил ему еще и суровые боевые тренировки. Думаю, через год он будет минимально готов для выхода в большой свет, но честно говоря, я бы не хотел выпускать его туда никогда.
— Понимаю твои чувства, но он должен знать, на сколько опасен окружающий мир, и по возможности бороться с этим миром. Ты ведь не всегда будешь рядом.
— Тоже верно. В общем, если вдруг тебе через год понадобится наша помощь, или у тебя будет что нам предложить… Просто используй это, — Барбатос протянул Алану маленький красный камень.