Беглец
Шрифт:
Хауг-Ништар взмахом хвоста-палицы размозжил череп своего не слишком умного сородича-крокодила, но сам угодил в щупальца гигантского сухопутного спрута и с обреченным шипением сгинул в недрах его пасти.
Рахтар-ассасин оказался прижат к стене чешуйчатым носорогом и йети позади Дрогга. Не находя слабых мест в броне скорпиона, орк вынужденно отступал. Он заметил, как сбросивший в пылу схватки топфхельм корл расправился с пауком и взялся за спрута. Дверг Тробар с разорванным горлом и выпущенными кишками, все же сумел повалить ленраха на живот и, ухватившись за челюсти твари, резким движением порвал полульву пасть, после чего сам рухнул замертво. Прыткий ассасин несколькими короткими взмахами отрубил йети верхние лапы и голову. Толпа гудела от восторга, наслаждаясь кровавым
Уворачиваясь от клешней скорпиона, Дрогг пятился. Внезапно за его спиной совсем близко раздался торопливый шепот:
— Если хоцесь жить, нам придется объединиться, — ассасин подкрался незаметно, но бить орка в спину не стал.
— Что ты предлагаешь? — мимоходом уклоняясь от клешни скорпиона, спросил Дрогг.
— Просто слусай меня, — ответил ассасин, — Сейцас мы должны уйти в стороны, цтобы твари ударили друг по другу.
Не дожидаясь дополнительных указаний, Дрогг отпрянул к стене. Ассасин прыснул в середину арены, а носорог и скорпион действительно сшиблись. Тяжелая, увенчанная рогом голова смяла хитиновый панцирь пустынной твари. В свою очередь, жало скорпиона вонзилось в спину чешуйчатой бестии. Воспользовавшись выгодным положением, Дрогг вогнал копье глубоко в шею рогатому чудищу, а Рахтар-ассасин, запрыгнув на спину скорпиона, обрубил тому хвост и всадил шамширы под раскуроченный панцирь, вдобавок еще и несколько раз провернув клинки.
Тем временем корл уже заканчивал дело со спрутом, обрубая одно щупальце за другим. Но вдруг тварь с глухим утробным бульканьем выплеснула на полукровку клубящееся черное облако. «Садрийский рыцарь» дико завизжал, отшвырнул меч и бросился наутек под сардонический хохот зрителей. Когда корл покинул пределы сгустка антрацитовой мглы, его опрометчиво лишенная шлема голова будто бы растекалась, обращаясь кровавой дымящейся жижей. Ассасин милосердно добил умирающего ударом в горло.
Дрогг легко развалил тесаком голову напрыгнувшего на него пепельно-серого волка-переростка. Теперь на ристалище остались только он, ассасин и лишенный половины шупалец, но все еще представляющий опасность спрут.
Смертельное марево, расплавившее голову корла, рассеял незнамо откуда поднявшийся ветер. Верно, в бой вмешался кто-то из годи — жрецов, входящих в свиту конунга.
Орк и ассасин с двух сторон неспешно приближались к твари. Рахтар прыгнул на бестию, размахнувшись клинками, срубил концы двух щупалец и тотчас же порскнул прочь, ибо спрут вновь испустил клуб чернильного тумана, хоть и уступавший по размерам предыдущему. Предусмотрительно обойдя аспидную завесу, страж древних гробниц опять атаковал чудище и также, нанеся пару стремительных ударов, отпрянул.
Не требовалось большого ума, дабы понять, что Рахтар отвлекает монстра на себя. Пока ассасин егозил окрест бестии, орк вырвал рогатину из туши поверженного носорога.
Рахтар продолжал совершать короткие наскоки на спрута, что помогло Дроггу незаметно подкрасться к твари и вонзить копье ей чуть ниже головы. Копье основательно завязло в осклизлом теле и орк, оставив оружие в туше монстра, отступил на безопасное расстояние. Все тело чудища содрогнулось в конвульсивном спазме, но, очевидно, полученная рана не явилась для страхолюда смертельной. Бестия развернулась и медленно поползла к орку, на прощание испустив в направлении ассасина еще немного агатового дыма. Впрочем, Рахтар споро ушел вбок, разминувшись с опасной субстанцией.
В сражении со спрутом Дрогг перенял тактику ассасина: резкий бросок с целью обрубить одно из многочисленных щупалец и быстрое отступление во избежание захвата осклизлыми конечностями или хуже того попадания в ядовитый дым, источаемый бестией.
— Ты видись, в дальнем конце арены ресетка, — ассасин снова неслышно подобрался к орку со спины, — мы мозем выбить ее и сбезать.
Действительно, в окружавшей ристалище стене виднелось несколько забранных толстыми прутьями полукруглых отверстий, ведших в городскую клоаку и предназначенных для оттока пролитой крови.
— Что же, разберись с решеткой, а я пока отвлеку тварь, — едва заметно пожал плечами Дрогг. Он не думал,
что ассасину удастся совладать со стальной преградой, а если даже они сумеют выйти из города по подземным каналам, то их, вероятно, все равно схватят. Тем не менее, орку нечего было терять, и он согласился на предложение ассасина. Драться насмерть с Рахтаром ради эфемерного шанса обрести свободу ему не хотелось.Дрогг продолжил схватку с чудищем, в то время как ассасин прошмыгнул к ближайшему ходу, находившемуся точно позади спрута. Паче чаяния Рахтару удалось устранить железный заслон почти мгновенно. Судя по всему, страж подземных гробниц использовал магию: короткая фраза и его клинок, раскалившись добела, словно нож — масло, перерезал толстенные прутья. Махнув орку рукой, ассасин исчез в черном зеве прохода под неодобрительный гам трибун. Дрогг бросился следом, едва избежав встречи с метнувшимися в его сторону щупальцами и выпущенным бестией антрацитовой миазмой. Лаз, в котором скрылся Рахтар, находился на уровне пояса орка, и чтобы, не снижая скорости, протиснуться в него Дроггу пришлось прыгнуть головой вперед. Когда верхняя часть его туловища уже оказалась в катакомбах, он услышал позади себя чавкающее урчание и проворно ушел в сторону, увернувшись от очередной порции ядовитого дыма, вырвавшейся из утробы спрута.
Вопреки чаяниям орка, Рахтар терпеливо дожидался замешкавшегося товарища неподалеку от лишенного решетки проема.
— Быстрее, я выведу тебя, — бросил ассасин и помчался вглубь клоаки, хлюпая сапогами по зловонной жиже.
Удаляясь, они слышали, как тревожно загудели рога и трубы, а ярлы и хускарлы взялись зычно выкрикивать команды, снаряжая преследование.
Рахтар вряд ли ранее путешествовал по сарминским подземельям, однако путь пустынный гном выбирал безошибочно. Конечно, несколько раз они все же угодили в тупики, но в итоге выбрались из катакомб гораздо раньше, чем на то рассчитывал Дрогг. Вдали показалась еще одна решетка, сквозь прутья которой пробивался бледно-стальной свет Лун.
— Второй раз цары мне не применить, — достигнув преграды, сообщил Рахтар, — так цто подсоби мне.
Они дружно ударили в стальное препятствие плечами. Каменная кладка, удерживавшая прутья, затрещала, но выдержала. Впрочем, спустя еще два мощных толчка решетка отлетела в сторону, и беглецы очутились у основания внешней стены города. Тут дальнейший путь им преграждал крепостной ров, — к вящему счастью, неглубокий, с отлогими склонами, — иного Сармине и не требовалось, ибо уже давно ни одно вражеское войско не покушалось на столицу Сарминхейма. Преодолеть подобную препону не составило большого труда.
— Теперь надо найти лосадей, — через плечо бросил Рахтар, переваливаясь через край и выбираясь на ровную поверхность.
— Лучше пойдем в лес, — поднявшись, Дрогг указал на темневшую вдалеке, за полосой строений, насыпью и палисадом, стену деревьев.
— Нет. По лесу мы далеко не уйдем, — отрезал Рахтар, не теряя времени и углубляясь в сеть улочек. Орк недовольно дернул плечами, но не стал пререкаться с ассасином.
Они попали в Нижний Город — скопище неказистых деревянных построек с крышами, крытыми соломой и пластами торфа. Кривые узкие дорожки здесь лишь кое-где мостил деревянный брус. Проживало в Нижнем Городе всякое отребье — пропойцы, калеки и скрывавшиеся от правосудия преступники.
Беглецам повезло: долго искать лошадей не пришлось. Во тьме они наткнулись на троих юнцов, запрягавших двух кобыл. В другой части Садрии увидев надвигающихся на них вооруженных гнома и орка, люди непременно бы бросились прочь. В Сарминхейме же не принято было отступать даже при встрече с превосходящим по силе противником.
Заметив незваных гостей, парнишки выступили вперед, обнажив скрамасаксы. Одного из отроков, Рахтар оглушил, ударив эфесом сабли в висок. Своего противника орк двинул ногой в живот, а затем саданул согнувшемуся юнцу кулаком по шее и откинул носком сапога в сторону выпавший из его рук клинок. Третьему пареньку повезло меньше всего: неудачно прыгнув, он напоролся на шамшир ассасина, и Рахтару пришлось срубить ему голову, дабы избавить от лишних страданий.