Ава
Шрифт:
Ава резко вздрогнула и очнулась.
— Лабиринт! — на выдохе выпалила она. Тут же щелкнул перочинный нож. Не теряя ни секунды, Роберт перерезал веревки и попытался помочь Аве подняться, но она резво шарахнулась от него в сторону и далеко отсела. Вид у нее был совершенно дикий. Впрочем и он не так хорошо выглядел, как вначале сессии. Волосы истрепались, рубашка сбилась, и он явно успел неплохо пропотеть, пока охаживал Аву плетью. Словом, Роберт производил впечатление человека, который только что отлично провел время в приятной компании с молодой и привлекательной девушкой. Пускай и не в совсем обычно понимании.
— Мы же договорились, что никакого секса во время сессии, — веско напомнила Ава, яростно смотря на Рида. Сердце ее стучало так бешено,
— Я не собирался тебя ни к чему подобному склонять, — непонимающе нахмурился Роберт, складывая перочинный нож и убирая его обратно в карман брюк. — С чего ты решила?
— Ну, я связанная, расслабилась. А ты сзади и… — неопределенно махнула рукой Ава и, совсем стушевавшись, замолчала. Рид не сдержался и весело прыснул.
— Хорошо, признаю. Со стороны сцена выглядела действительно… двусмысленно, — с широкой улыбкой согласился он. — Но, Ава, я всегда держусь изначального договора. Мы с тобой условились, что никакого секса во время сессии. И его не будет, пока кто-то из нас прямо его не предложит, а второй — согласится. Так?
— Ага, — неловко замялась Ава и слегка поежилась. — Прости…
— Не извиняйся, я тоже виноват, — заверил ее Роберт. — Я не подумал, что ты оценишь мои прикосновения как-то иначе, и немного перегнул палку. Так что мы оба просто неправильно друг друга поняли. Учитывая, что сегодня наша первая сессия, вполне ожидаемо.
— То есть ты не?.. — спросила Ава и многозначительно замолчала.
— Нет, — успокоил ее Рид. — И не стану, пока ты не захочешь.
Девушка стыдливо опустила глаза. Подумать только, а ведь она в сущности была не против… Но не сейчас. Не во время сессии. Она и так слишком сильно перенервничала из-за первой после долгого перерыва порки, да еще и с малознакомым человеком, и для многого в их совместной с Робертом практике еще не пришел нужный момент. В том числе и чуть большей близости, чем простой поцелуй или легкое прикосновение. Так сразу разрушить все свои барьеры она не могла. Даже несмотря на все свое желание, и отклик, и фантазии… Тем более окончательно запутавшись, хочет ли он ее на самом деле. Или то ответное влечение в достопамятную ночь в клубе было лишь наваждением и побочным эффектом алкоголя, а на самом деле она его интересует только как объект для пыток и не более того? Иного объяснение его равнодушию при виде ее обнаженного тела она попросту не находила.
— Хочешь продолжить? — робко предложила она и виновато посмотрела на Роберта.
— Я думаю, что на сегодня достаточно, — серьезно ответил Рид и порывисто поднялся на ноги. — Но завершим сессию по правилам. Сядь обратно в исходную позу.
Стараясь приободриться и вернуть былую покорность чужой воле, Ава тряхнула плечами и села на колени перед Робертом. Выпрямила спину, сложила руки на бедрах и опустила взгляд. Итак, финал.
— Скажи, тебе понравилась наша первая встреча? — покровительственно спросил Рид.
— Да, мой Господин, — честно ответила Ава.
— Тогда поцелуй мою руку в знак своей благодарности, — приказал мужчина и протянул ей ладонь тыльной стороной. Старательно не поднимая глаз, девушка подалась вперед и запечатлела долгий и почтительный поцелуй на его руке. Медленно отстранилась и уперла взгляд в пол.
— На сегодня все, — поставил точку Роберт, и сессия завершилась. Почти.
С минуту в комнате держалась тишина. Рид не двигался и смотрел на то, как плечи Авы медленно опускаются, и девушка слабеет. Выдержав паузу, он попытался опуститься рядом с ней на колени и обнять, но она резко вскинула руку и остановила его.
— Подожди, — не поднимая взгляда, попросила она. — Мне нужно немного времени. Я дам знать, когда…
Она оборвала фразу на полуслове и сдавленно замолчала. Проявив понимание, Роберт отошел назад, так, чтобы не попадать в ее поле зрения, и замер в ожидании.
Она долго сидела на полу одна, низко опустив голову и сгорбив спину. Со стороны хорошо было видно, насколько ей стало тяжело, какое огромное чувство вины и стыда
давило на нее и пыталось сгноить. Но она вся отдалась своим переживаниям, вновь и вновь прокручивая в голове все то, что произошло. Все то, что она позволила с собой сделать. Чего хотела. И за что всю свою сознательную жизнь испытывала страшные муки совести. Ее собственноручно выкованный крест. Ее личный Ад.Не меняя позы и продолжая буравить рассеянный взглядом пол, она подняла руку и попыталась нашарить кого-то рядом. Стараясь не спугнуть ее, Роберт подошел ближе и протянул ей ладонь. Не глядя она крепко схватила его за рукав рубашки и настойчиво потянула вниз. Рид с готовностью откликнулся на ее немую мольбу и, опустившись рядом на колени, обнял и прижал к себе. Она вцепилась в него в ответ и, как напуганный зверек, свернулась комочком и спряталась в его объятиях.
Все хорошо. Она не одна. Хозяин рядом. А значит можно жить дальше.
Хотя бы попытаться.
Наши дни.
Ближе к вечеру зарядил настоящий ливень. Из-за плотной стены дождя за окном почти ничего не было видно, и оттого огонь в камине казался еще теплее и уютнее. Он и небольшая настольная лампа от Тиффани из цветного стекла были единственным источником света в огромной сумеречной комнате. Спрятавшись за баррикадой из дивана и пары кресел, Роберт и Ава устроились прямо на полу, на густом ковре. Они кутались в пледы и нежились у огня, совсем забыв про время и про то, что где-то там за дверью и окнами есть целый мир. Они не чувствовали себя привязанными к нему, и он никак не мог на них повлиять до тех пор, пока не наступит утро и придется собираться и уезжать. Но еще не пришла ночь, и до рассвета было так далеко, что можно было не думать ни о чем и спокойно предаваться неге и лени. Медленно остывал разлитый по чашкам чай, и пламя золотыми отблесками отражалось в боках небольшого чайника и на серебряном подносе, поставленным на пол ближе к камину. Ава рассматривала их через полуопущенные веки, прижимаясь к Роберту и уронив голову ему на грудь. В кои-то веки ее жизнь казалась ей такой простой и прекрасной, что она, как и Фауст из пьесы Гете, хотела остановить мгновение, чтобы оно длилось вечно и никогда не заканчивалось. Она нежилась в тепле, слушая бархатный голос Роберта, пока он читал ей вслух, и не помнила момента прекраснее. Даже учитывая то, что читал он ее письмо, написанное от руки по его заданию.
— «Когда я с вами, то чувствую себя свободной. Я свободна от всего, от всех выборов и решений, которые мне приходится принимать каждый день и каждый час своей жизни. Мне нравится быть независимой и самостоятельной, я стремилась быть такой с самого детства, но у всего есть своя цена, своя тяжесть. И иногда хочется дать себе возможность хотя бы на какое-то короткое время отдохнуть от собственной жизни и вечной борьбы с обстоятельствами. Снять с себя всякую ответственность даже за саму себя, за свою безопасность и благополучие, и отдать себя в теплые руки того, кто готов обо мне позаботиться. В ваши руки, мой Господин. Я доверяю вам. Я вам верю и знаю, что вы никогда не причините мне настоящего зла. Вы принимаете на себя ответственность за меня, за мое здоровье и даже жизнь, и в благодарность я готова дать вам все, о чем вы меня попросите. Я служу вам и буду служить всегда, потому что вы делаете меня свободной, и никто другой в целом мире не способен сделать для меня того же…»
— Роберт, хватит читать мои сопливые бредни, — не открывая глаз, лениво протянула Ава. — Я до сих пор не верю, что написала такое пафосное письмо.
— А мне нравится, — слегка пожал плечами Роберт и вновь пробежал глазами по рукописным строчкам на немного помятом листке. — Видно, насколько искренние твои слова, и я не могу их не ценить.
Ава неопределенно фыркнула и, кутаясь в свой плед, плотнее прижалась к Риду.
— И все равно я не понимаю, зачем ты мне дал такое задание, — не в силах спрятать улыбку, пробормотала она. — Можно подумать ни я, ни ты не знали раньше ничего из того, что я написала. Мы достаточно давно вместе.