Ава
Шрифт:
— Ава, — мягко, но достаточно строго и весомо, окликнул ее Роберт и положил ладонь ей на спину, чуть повыше поясницы. — Пора начинать.
На секунду застыв от его слов и прикосновения, Ава очнулась от своих размышлений, взглянула на Рида и невольно опустила глаза.
— Да, — спешно согласила она, пытаясь совладать с резко возросшим волнением. — Пора.
Позволив провести себя обратно в гостиную, она остановилась посредине в ожидании и крепко сцепила пальцы. Подойдя к журнальному столику, Роберт снял покрывало и продемонстрировал инвентарь для первой сессии. Здесь не было ничего особенно серьезного или по-настоящему пугающего: пара флоггеров с разной степенью мягкости и ширины хвостов, кожаный паддл, стек с широким шлепком, плеть-семихвостка
Как Роберт уже успел ей рассказать, мастерство порки он осваивал с самого начала, как всерьез занялся Темой, и умел при желании бить жестко, но без долгоиграющих следов. Да, он не скрывал, что ему нравился вид синяков и шрамов на телах его рабынь, а проступившая иногда после удара кровь особенно возбуждала, но он знал меру и умел держать себя в руках, если сабмиссив не была готова к подобной жестокости. Поэтому когда Ава попросила выпороть ее в первую же сессию, но не сильно и так, чтобы не осталось отметин, Роберт согласился пойти ее желаниям навстречу.
— Как видишь, ничего, о чем мы бы не договорились, — произнес он, отложив свернутое покрывало в сторону. — Наручи и поножи крепкие, хорошего качества. Тебе должны подойти. Кляп на всякий случай. Пока самый простой, для дальнейших сессий подберем тебе индивидуальный.
— Я немного беспокоюсь насчет кляпа, — осторожно поделилась Ава. — Я, конечно, из крикливых и с зажатым ртом мне намного легче переносить боль, но мне было бы намного спокойнее, если бы в первый раз у меня все-таки оставалась возможность в любой момент сказать стоп-слово.
— Как скажешь, — легко согласился Роберт. — Другие замечания?
— Нет, в остальном я со всем согласна, — быстро ответила Хейз и с ожиданием посмотрела на Рида.
— В таком случае приступим к делу, — кивнул тот и неторопливо закатал рукава белой рубашки. Подобрав со стола перчатки и стек, он прошел мимо Авы и с хозяйским видом сел в кресло.
— Прежде чем мы начнем, — спокойным и покровительственным тоном произнес он, педантично надевая перчатки, — я даю тебе последний шанс передумать и уйти. Ты уверена, что готова подчиниться мне?
— Я хочу попробовать, — со всей твердостью, на какую только была способна в данный момент, ответила Ава.
— Тогда раздевайся, — приказал Роберт, отвлеченно поигрывая стеком. На пару секунд Хейз немного замешкалась, но быстро взяла себя в руки. Она отошла в сторону, положила сумку у стены и вполне будничными движениями принялась расстегивать сапоги.
— Нет, — строго отдернул ее Рид. — Встань передо мной и раздевайся медленно. Так, чтобы я смог в полной мере тебя оценить.
Ава затаила дыхание, не ожидав такого резкого перехода от вежливости к жесткости со стороны Роберта, но, оставив снятую обувь рядом с сумкой, покорно вернулась в центр гостиной. Встав напротив Рида, она сдержанно глубоко вздохнула и потянулась к поясу джинсов. Сначала она вынула ремень из петель и положила его на пол перед собой. Стянула темные короткие носочки и, аккуратно сложив их вместе, оставила рядом с поясом. И только тогда сняла штаны. Медленно спустила плотную обтягивающую ткань вниз и, стараясь избегать неловких движений, стянула собранные штанины со щиколоток. Расправив джинсы, Ава педантично сложила их пополам и положила рядом с другой одеждой. Выпрямилась и с ожиданием взглянула на Роберта. Тот внимательно смотрел на нее, но выражение
его глаз было совсем другим, чем прежде — холодным, спокойным, без единого намека хоть на какие-то эмоции. Исчезло былое желание и притяжение, которое исходило от него в их первую встречу в клубе. Теперь она для него стала вещью. Новой игрушкой, с которой ему предлагали поиграть. Но для начала ему стоило ее тщательно изучить, чтобы понять стоит ли она его внимания или нет.Незаметно переведя дыхание, Ава подняла руки и медленно расстегнула блузку. Стянула рукава, аккуратно сложила и оставила на полу поверх джинсов. Вновь подняла взгляд на Роберта и потянулась к застежке лифчика. Почти заведя руки за спину, она на пару секунд остановилась, дабы оценить реакцию мужчины. Выражение его глаз ни капли не изменилось. С удивительным хладнокровием и даже равнодушием, он ждал, пока девушка разденется полностью, и ей ничего не оставалось делать, как подчиниться. Все равно верх пришлось бы снять перед поркой, дабы застежка и бретельки не поспособствовали серьезным травмам.
Машинально облизнув губы, Ава расстегнула лифчик и медленно сняла его с груди. Посмотрела на Роберта. Она ожидала увидеть, как его взгляд потемнеет, а дыхание участится, но снова наткнулась на полное безразличие к ее наготе с его стороны. Внутри неприятно кольнула досада. Она думала произвести на мужчину… несколько иное впечатление. Но прогадала. Кажется, его умение держать себя в руках не имело границ. Или же Ава немного переоценила свою привлекательность для него…
Едва сдерживая неприятные эмоции, девушка быстро сложила лифчик, бросила его на пол и решительно потянулась к трусикам.
— Достаточно.
Роберт порывисто поднялся и подошел к замершей Аве. Слегка постукивая стеком по ноге, он медленно обошел девушку вокруг. Покорно опустив глаза, она прекрасно ощущала на себе его цепкий взгляд. Она чувствовала себя как насекомое под микроскопом, которому вот-вот ради праздного эксперимента начнут рвать крылышки и лапки. Ей было немного неловко, хотелось вскинуть руки и закрыть от чужих глаз обнаженную грудь, но она сдерживалась и старалась стоять прямо и не двигаться. Раз она собиралась стать рабой Рида, она должна была показать ему себя во всей красе и покорности.
— Так много шрамов, — заметил Роберт. — Ошибки твоих прошлых хозяев или намеренно?
— Что-то намеренно, что-то нет, — без особых эмоций ответила Ава. Рид остановился сбоку от нее и, взяв за локоть, поднял ее руку к свету.
— Ты резала себя когда-нибудь? — спросил он, изучая взглядом ровные полосы едва заметных, почти невидимых, тонких шрамов у самого сгиба локтя.
— Да. Будучи подростком, — спокойно призналась Ава, упорно продолжая сверлить невидящим взглядом пол.
— А когда стала взрослее? — уточнил Роберт и испытующе посмотрел на ее бесстрастное и каменное лицо.
— Иногда, — неопределенно отозвалась она.
— Ясно, — так, словно ее размытые слова сказали ему даже больше, чем самый развернутый и детальный ответ, произнес Рид и отпустил ее локоть. Сложив руки за спиной, он встал напротив девушки и коротко приказал:
— На колени.
Без лишнего промедления она повиновалась и села перед ним на пол.
— Сведи колени и сложи руки на бедрах, — строго произнес Рид и хлопнул ее стеком по плечу. — Спину прямо. Разверни плечи.
Плотная петля кропа коснулась ее подбородка.
— Голову выше, но глаза не поднимай.
Уперев взгляд в блестящие матовым блеском ботинки мужчины, Ава последовала приказу. Знакомая отрешенность и безразличие к окружающему миру сковало ее разум и сердце. Волнение первого раза, неприятная досада при столкновении с чужим равнодушием и страх перед предстоящей болью таяли и теряли свою власть над ней. Они никуда не исчезли, но стали не так важны для Авы. Человек перед ней, мужчина со стеком и в черных перчатках, — вот кто стал центром ее мироздания. На какой-то час или около того только его приказы и ее служение ему имело для нее смысл и единственное значение. Она готова была слушаться и подчиняться.