Ава
Шрифт:
Он остановился, вдохновенным взглядом смотря вперед, но после выдержанной и преисполненной пафоса паузы, облегченно выдохнул и рассмеялся.
— А как там дальше — убей не вспомню, — честно сознался он, и Ава все-таки слегка ткнула его в плечо кулачком.
— Так и быть, облегчу тебе задачу, — снисходительно пообещала она и с важным видом тряхнула волосами, картинно отбросив их назад. — Первое четверостишие, но на мой взгляд оно само по себе идеально и прекрасно. «В одно мгновенье видеть вечность. Огромный мир в зерне песка. В единой горсти бесконечность. И небо — в чашечке цветка»![4]
— Ну, как-то совсем просто! — шутливо
— Тогда порази меня чем-нибудь этаким! Вперед! — рассмеялась в ответ Ава. Марлоу с лукавым видом закусил нижнюю губу. Помедлив, он вспомнил нужные строки и, снова широко расправив плечи и выпятив грудь, с выражением и чуть нараспев произнес:
— «My sweet Lady Jane; when I see you again; your servant am I; and will humbly remain; just heed this plea, my love; on bended knees, my love; I pledge myself to Lady Jane».
Он не успел закончить и первого куплета, как от удивления глаза Авы стали круглыми, как плошки.
— Так нечестно! Это же Джаггер! — едва сдерживая рвущийся наружу смех, запротестовала девушка, но Уилла уже было не остановить. Пританцовывая на месте, он все громче и громче продолжал цитировать The Rolling Stones.
— «My dear Lady Anne; I've done what I can; I must take my leave; for promised I am; this play is run, my love; your time has come, my love; I've pledged my troth to Lady Jane»!
На последней строчке Уилл в порыве чувств подскочил к ближайшему фонарному столбу и, схватив его одной рукой, закружился, точно оказался в бродвейском мюзикле. Давясь от смеха, Ава прижала ладони к горящим румянцем щекам и направилась к своему ухажеру.
— «Oh my sweet Marie! I wait at your ease; the sands have run out; for your lady and me», — обнимая столб, вдохновенно пел Уилл под аккомпанементы проезжающих мимо машин, но, когда подошла Хейз, убавил свой голос и качнулся ей навстречу. Она остановилась совсем близко и, слегка улыбаясь уголками губ, заглянула в его карие, с притягательными золотисто-желтыми крапинками глаза.
— «Wedlock is nigh, my love», — тише произнес он, с нежностью смотря на Аву. — «Her station's right, my love».
Их лица оказались совсем близко, и губы едва не соприкасались. Апофеоз свидания неотвратимом приближался, но все, о чем Ава могла думала в тот момент, были ресницы Уилла. Самые длинные и густые, какие она только встречала у мужчин, они бесспорно придавали его глазам особое очарование, которое девушка и раньше замечала, но никогда не осознавала…
— «Life is secure with Lady Jane», — шепнул Марлоу совсем тихо, и губы молодых людей наконец-то встретились в долгом глубоком поцелуе.
Они пришли к нему домой. К счастью, у Марлоу и его соседа, с которым он делил квартплату, были отдельные спальни с замками, так что никто никому не мешал. Тем более, что сам сосед сегодняшней ночью остался у своей девушки, так что Уилл и Ава оказались дома совсем одни.
Одна-единственная лампа теплым мягким светом разбавляла бархатную темноту в спальне. С утра, без сомнения, в комнате обнаружатся сваленные стопками книги и захламленный рабочий стол, носки под кроватью и потрепанные постеры на стенах со старыми облезающими обоями, как и в любой другой берлоге студента. Но сейчас Аве казалось, что она оказалась в сказке, тихо-тихо нашептанной спрятавшимися под пуховым одеялом беспечными влюбленными. Широкие ладони Уилла лежали на ее талии и его мягкие большие губы прикасались к ее, покрывали
поцелуями ее румянящиеся щеки и белоснежные плечи. Она обнимала его в ответ, водила пальцами по коротким-прекоротким кудрявым волосам и жилистой шее, чувствуя, как бьется от волнения под горячей кожей пульс.В какой-то момент Уилл отстранился и со всей серьезностью посмотрел на Аву.
— Ты точно уверена? — спросил он. — Скажи, если мы торопимся.
— А тебе кажется, что торопимся? — ответила вопросом на вопрос она. Секунду подумав, парень отрицательно покачал головой.
— Нет, — произнес он. — Наоборот, будто все так, как надо.
— Я тоже так думаю, — согласилась Ава и, обняв его за шею, потянулась за новым поцелуем, на который Уилл незамедлительно ответил.
Ночь цвела за окном, и расцветала на мятых простынях пьянящая и нежная любовь. Они прижимались друг к другу обнаженными телами, двигались и дышали в унисон. Они пылали точно два уголька, давая жизнь новому бурном и яркому пламени. Никогда до этой ночи Ава не думала о том, как хорошо ей будет оказаться в объятиях Уилла. Какими нежными окажутся его поцелуи и уверенными движения. И как же ей понравится чувствовать его в себе…
Она выдыхала его имя, пока он двигался в ней. Такое простое и лаконичное. Словно специально созданное для того, чтобы раз за разом срываться на выдохе с губ.
Она прижималась к нему как можно теснее, обвивала руками и ногами. Всем телом впитывала тот жар, который исходил от его кожи, и делилась своим. Иногда приоткрывая глаза, она пробегала быстрым взглядом по его напряженному лицу, капелькам пота на висках и своих ладонях на его плечах. Она казалась совсем белой на его фоне, а он на ее — еще темнее. Словно вечные боги дня и ночи, солнце и луна, и в этом контрасте двух сплетенных тел, двух влюбленных людей, таилась идеальная красота и гармония.
— Мы стали встречаться после первого же свидания. Я не помнила, чтобы когда-либо раньше чувствовала себя такой влюбленной. То ли былые обиды отравляли воспоминания, то ли память о прошлых отношениях притупилась и потускнела, но ни рядом с Джаредом, ни с Томом я так не сияла от счастья, как в объятьях Уилла. Я влюбилась в него совершенно искренне и безоговорочно. Иногда мне казалось, что я сплю наяву, так сильно моя жизнь ни с того ни с сего превратилась в сказку. Но я любила. Возможно впервые в жизни.
Они стояли на ступеньках университета и, обнявшись, неспешно целовались. Вокруг сновали студенты, преподаватели, аспиранты и другие люди, но для двух влюбленных огромный и суетной мир существовал где-то далеко за гранью их прекрасной и уютной вселенной, где были только они вдвоем. Ничто и никто не смог бы заставить отказаться от сладких поцелуев, от нежных прикосновений и тесных объятий, и вновь окунутся в повседневную суету. Разве только нужно было идти на лекции, но даже самое короткое расставание казалось вечностью.
— Я опоздаю, — шепнул Уилл, оторвавшись от губ Авы.
— Еще пять секунд, — не унималась Хейз и вновь поцеловала любимого. Новый поцелуй был не менее терпким и чувственным, как и все предыдущие, но, несмотря на всю сладость момента, время неумолимо бежало вперед.
— Все. Теперь мне точно пора, — с большой неохотой отстранившись, твердо сказал Уилл, но снова быстро растаял, увидев надутые губки Авы. — Да ладно тебе. Всего пара часов и пойдем вместе обедать. А потом, вечером опять у меня…