Чтение онлайн

Слава огляделся. Декоративные колонны создавали иллюзию отдельных кабинетов, поэтому отыскать кого-либо, не подходя к каждому столику, казалось практически невозможным. Он вспомнил совет — если хочешь кого-то найти, не бегай; стой на месте, и тот, кто нужен, сам придет. В данном случае это являлось самым верным решением.

Музыка становилась все громче, доносясь из динамиков, висевших во всех углах зала. Невидимый ударник яростно молотил по барабанам, рождая не столько ритм, сколько дикую какофонию звуков, желающих танцевать под которую не было.

Продолжалось это минут десять — через пустой пятачок в центре зала лишь беспрепятственно сновали официантки с подносами

и перемещались нетвердой походкой какие-то фигуры мужского пола. Слава уже собирался вернуться наверх, когда из-за колонны появились две девушки. Заняв позицию, они кивнули друг другу, словно отдав команду, и принялись синхронно изгибаться, образуя руками подобие водопада. Их движения так ловко укладывались в музыку, что Слава даже удивился — оказывается, и под такое сопровождение можно было изобразить нечто красивое.

Народ принял сигнал. Пятачок стал заполняться топчущимися и вихляющимися людьми, а девушки оставались в центре круга, заряжая всех своей энергией. Слава подумал, что, возможно, это не просто посетительницы, а «добровольные сотрудницы», типа, Кати. Когда танец кончился, он направился вслед за солистками и сразу увидел саму Катю, сидевшую на дальнем конце длинного, сдвинутого из нескольких, стола, рядом с интересным, коротко-стриженным мужчиной.

— Слав! — крикнула она, помахав рукой, — иди к нам!

— Привет, — он махнул в ответ, — душно здесь. Не хочешь на минутку выйти на воздух?

Катя что-то объяснила своему кавалеру, и тот засмеявшись, приветливо вскинул руку, подтверждая, что не возражает.

— Фу-х, — она с трудом выбралась из-за столика и картинно чмокнув Славу в щеку, засмеялась, — соскучился? Я ж говорила, что со мной просто так не расстаются — со мной прикольно…

— Пойдем, — перебил Слава, — там Вадим водки заказал.

— Я не хочу водки.

— Тогда пиво. Пойдем.

Они поднялись по лестнице в полумрак и матовый свет уличных шаров, сразу дававших глазам отдых. Музыка превратилась в глухой ритм, совершенно не вмешиваясь в шелест листьев и редкие автомобильные сигналы на перекрестке.

— А здесь, правда, кайфово, — Катя вдохнула прохладный воздух, — жаль, что нет музыки, мы б сюда переместились.

— Мне надо найти Игоря, — сказал Слава.

— Какого Игоря? У нас тут их много.

— Юлиного. Которого мы потеряли на берегу.

— Ах, этого… Знаешь, будет довольно сложно. С Юлькой у них разбег, по жизни. Она же тогда все-таки вычислила его, а он бросил трубку и не стал с ней разговаривать. Она попыталась достать его вечером, но нарвалась на жену. Та сначала послала ее матом, а потом скуксилась и начала ныть, что он ее, вроде, тоже бросил и ушел к родителям. А там на стрёме мать — отвечает, типа, он никого не хочет знать и просит больше не звонить. Короче, такая фишка, что никто ни фига не понимает.

— Ты знаешь телефон родителей?

— Нет, но Юлька знает. Она должна быть дома. Сопли пережевывает. Дай свою мобилу.

Катя по памяти набрала номер.

— Привет. Как твой?.. Это конкретно… И правильно — главное, не загоняйся. Лучше приезжай в «Бегемот». Оксанка здесь, Машка, Витька с Саньком… куда ж он выпадет из коллектива?.. — она засмеялась, но взглянув на Славу, вспомнила, зачем звонит, — кстати, дай телефон родаков твоего бывшего… ну, Славе он зачем-то нужен — помнишь, Славу, с которым в выходные ездили?.. Да, на белом джипе… Давай, диктуй большими буквами, — она вслух повторила номер, и Слава еле успел записать его, — так мы тебя ждем?.. Все, через час. Чмоки-чмоки, — она вернула трубку, — а, правда, зачем он тебе?

— Есть одна проблема. Сейчас не могу рассказать, потому что

сам толком не разобрался, но происходит что-то странное.

— Ух, ты!.. — Катя азартно потерла свои маленькие ладошки, — жуть люблю, когда что-нибудь странное!.. Я, вообще, такая наивная «чукотская девочка» — все гороскопы читаю, — она засмеялась, — а когда расскажешь?

— Пойдем с нами посидим, а то Вадим, наверное, заждался.

— Не, — она покачала головой, — у меня там воздыхатель сидит. Мне с ним ссориться не в кайф — он водный мотоцикл купил — знаешь, как охота покататься!.. Ты позвони мне домой. Давай забью тебе свой номер.

Потыкав пальчиком в кнопки, Катя вернула аппарат и исчезла в чреве «Бегемота».

Вадим сидел, подперев руками голову, и смотрел в полную рюмку. На столике стояла уже початая бутылка водки и два остывающих блюда с окорочками.

— Катька здесь, — Слава, довольный, плюхнулся на стул, — телефон я узнал, но…

— …Игорь исчез, — закончил Вадим, поднимая голову.

— Не угадал — еще интереснее. Он послал на фиг Юлю, ушел от жены и переехал к родителям, а мать его к телефону не зовет.

— Он ее видел… настоящую…

— Что? — не понял Слава.

— Он ее видел, говорю! И остальные бабы ему теперь до фени — вот что!.. Звони Игорю. Я сам поговорю с ним.

— Пожалуйста, — набрав номер, Слава протянул телефон.

— Алло, — произнес Вадим после небольшой паузы, — Игоря можно?.. Кто спрашивает? Он меня не знает, но, думаю, ему будет крайне интересно. Спросите, не хочет ли он снова увидеть зеленые глаза? Да, я подожду, — он прикрыл трубку рукой, — сейчас проверим… Алло, Игорь? — с улыбкой гения Вадим развел руками, — да, ты не знаешь меня. Я хотел бы поговорить об одной тихой речке, где на берегу стоит заброшенный домик, и еще про зеленые глаза, пшеничные волосы… где я нахожусь?.. В «Бегемоте»… Сорок минут вполне устроит. Нас двое… за крайним столиком пьем водку… да, ждем… — Вадим положил трубку на стол, — я прав?.. Говорю ж, ни одна «звезда» не способна покорить столько народа, сколько эта зеленоглазая бестия. Выпьем за нее.

— Ты меня пугаешь, — Слава поднял рюмку, — я, конечно, выпью, но у тебя в глазах появился какой-то нездоровый блеск.

— Ерунда. Это водка несвежая. Я без тебя тут пару рюмочек опрокинул со скуки.

Выпив, Слава придвинул лежавшую на столе фотографию и уставился на нее; смотрел долго и наконец вздохнул.

— Не понимаю. Да, девка; да, смазливая, но неужто ты не видишь — глаза у нее неживые — с ней в постели с тоски помрешь.

— Ты с ума сошел! Живее я в жизни ничего не видел! Она излучает чувства и настроение!..

— Да?.. — Слава покачал головой, — а по мне, это кукла, и не более того. Вторая даже интереснее, но она, похоже, тварь. Тонкие губы и выражение лица… не злое, но какая-то в ней хрень имеется!..

— Я вторую и не замечаю — для меня она, типа, фон.

— Блин, какие у людей, оказывается, разные вкусы!

— Нормальные. Представь, если б все мужики думали одинаково и влюблялись в одних женщин?

— Да, случай клинический…

Замолчав, они занялись окорочками.

За соседним столиком со звоном разбился бокал, что вызвало бурю восторга; за другим, задвигали стульями, направляясь вниз, откуда вновь доносился грохот ударника, где-то в углу крикнули, что Саша любит Марину… Короче, жизнь продолжалась, бурная и веселая, и только двое за крайним столиком молча жевали, искоса поглядывая на лежавшую рядом фотографию, и пытаясь понять вещи, о существовании которых три дня назад не могли даже подозревать. И так продолжалось до тех пор, пока Вадим не догадался убрать снимок.