Триллеры

— Вы, кажется, говорили за обедом, что мы вернемся в Лондон утренним поездом? Шерлок Холмс загадочно улыбнулся сквозь тонкую пелену табачного дыма, неизменно клубившегося вокруг его кресла в нашей со вкусом обставленной гостиной. — Если речь идет о моем замечании, что в городе у нас будет возможность…

Он забирал чужую жизнь. Меньшее, что он мог сделать, — это страдать, глядя на это. Вскоре Броди умер, и Ашер подавил приступ тошноты. В квартире было тихо. Не так тихо, как обычно бывает, когда кто-то находится дома один, нет. Это была тишина, которая следовала после того, как кто-то умирал. Всепоглощающее,…

Не ответив, Николай, обняв Татьяну за плечи, притянул её к себе. Положив руку на ягодицы женщины, ребром ладони провёл между ними, коснувшись ануса и половых губ. - Коль, ну пусти! - игриво ответила Таня, отстраняясь, ощущая между ног теплоту и влагу. Подошла к шкафу, повернувшись к мужчине…

Когда Ник достиг Плимута, поток машин заметно поредел. Он свернул на шоссе А38 и проехал через весь город к реке Тамар, где движение замедлилось — машины медленно ползли по мосту над широкой черной полосой воды. По железнодорожному мосту постукивал поезд, в ту сторону, откуда только что прикатил Ник.…

Иногда Шейле казалось, что ТАК и есть. Господи, её несчастный любимый брат импотент. Ужас! Она достаточно глубоко укоренилась в своём мнении, пока месяца четыре назад совершенно случайно (Алан не закрыл плотно двери) не застукала брата мастурбирующим в ванной над журналом «Плейбой». Нескольких секунд…

— Знаете, я жую живицу из смолы лиственницы. У меня это от стресса, не обращайте внимания. Когда я нервничаю, у меня начинается тик лица, а живица помогает. Хотите, угощу. Она очень полезна. Я накупила её впрок, сорок пять рублей за пять жвачек. Мы как раз добрались до широкой белой лестницы и остановились…

Эшли. Счастливый жених не замечал лопаты, брякающей на каждой неровности дороги под парный аккомпанемент гула колес по намокшему асфальту и стука дождя по крыше. Ничего не просекал он и глядя на лица устроившихся рядышком с ним в грузовом отсеке двух друзей, которые, покачиваясь, нестройно подпевали…

– Мы изгнаны с высот, низвергнуты, побеждёны…-пробормотал Каргин. Он произнес это на английском, и сидевшая рядом пожилая дама в пепельном, с голубоватыми прядками парике, с недоумением уставилась на него. “Видно, Мильтона не читала”, – решил Каргин, дружелюбно улыбнулся соседке и расстегнул ремень.…

– Вы понимаете, что оказались здесь благодаря мне. Интонация была утвердительной. – Да, сэр, понимаю. – Вы также понимаете, что, прежде чем принять решение, я провел тщательную проверку. У меня были некоторые опасения по поводу… скажем так, стиля вашей работы, но в конце концов ваш талант перевесил…

Я дал задание в четверг. Через неделю работы посыпались ко мне на стол. Первая – про безвинного парня, которого упекли в тюрьму за вооруженный грабеж. Вторая – про безвинного парня, которого упекли в тюрьму за незаконное хранение наркотиков. Третья – про безвинного парня, которого упекли в тюрьму… Похоже,…

Курбан прищурился и недоуменно моргнул – это был русский! И не из тех, что привозят хунгузам [3] оружие и муку, вывозя обратно тайно намытое в Маньчжурии золото, нет; уже по развороту плеч было видно: это воин! Шаман глотнул и замер. Курб-Эджен постоянно твердила, что когда-нибудь Орус-хан придет…

Но я выберу другого. Того, кто не мочился на меня. Так или иначе, я пишу эти мемуары не ради денег. Пишу, чтобы сохранить психическое здоровье и убедить прежде всего себя, уж не знаю, удастся ли, что у моей жизни есть цель и значение, достаточно веские, чтобы не обрывать ее. Не волнуйтесь, чтиво,…

Не просто гомофобия, а убежденный крестовый поход против того, что они называют «мерзостью перед Господом», а отец Ньюберри, слушая их беспрекословные обвинения, неизменно огорчается и почему-то чувствует себя замаранным. Боже, молился он, подбираясь к среднему ряду, пусть на этот раз будет что-то…

Поэтому теперь, спустя год с небольшим, еще не свыклась с переменами в городе. Кто бы поверил в возможность расчистить грязь, как бы навечно налипшую на Таймс-сквер? А таксисты? Что с ними стряслось? Шоферы всегда были нахальными, дерзкими, и прежде в этом городе приходилось поглядывать по сторонам,…

Он оступился и рухнул в очередную глубокую яму, коленями в высокую траву. Выплюнул попавшие в рот травинки, с трудом отдышался и, чувствуя, что сил уже нет, подумал: не пора ли поворачивать назад. Сесть в самолет и, поджав хвост, вернуться в Цинциннати. В конце концов, трусость была намного безопаснее.…

Мужчины еле держались на ногах. Солнце взошло недавно, но уже палило вовсю, отнимало у них последние силы, высасывало остатки влаги из тел. С каждой каплей крови, вытекавшей из израненных рук, жизнь покидала их. Каждый знал, что его дни закончатся здесь, в пустыне, но индейцы перебарывали желание бежать.…

Внезапно со скрежетом открылись двери лифта, и из кабины медленно выплыла высокая стройная женщина. Умелый макияж и тотальный уход за внешностью лишал наблюдателей возможности определить ее настоящий возраст. И лишь мельчайшие морщинки вокруг глаз и губ, замеченные внимательным оперативником, выдавали…

Краткое содержание четвертой книги «Зона отчуждения»   Инструмент по управлению человеческим сознанием – «Интел-реврайтер» тиражируется и попадает в несколько человеческих рук: бизнесмену Феликсу; русским генералам с амбициями создания империи под их управлением; злобному карлику – миллиардеру, желающему…

— Только послушайте, какая здесь акустика, — сказал Вассонг, указывая на каменный свод, словно можно было увидеть просачивающуюся вниз музыку. — Просто поразительно, что музыка проникает так глубоко под землю, правда? Тягучие ноты вспороли затхлый, сырой воздух, но Давид вместо звука…

— Женатик? — Вот именно. — Сволочь. — А у тебя интрижки не случались? — С женатыми? — Да. — Было дело, дважды. И, кстати, подумываю завести еще одну. — Гореть тебе в аду, Фи. — Туда мне и дорога. Именно тогда, на исходе седьмого дня отпуска, руководствуясь смутными доказательствами,…