Современная зарубежная литература

Телефон просыпается и вновь начинает жужжать. Высвечивается еще один римский номер. Из кабинета в Ватикане Лоренцо Фадзини [1] на своем певучем французском излагает следующее: – Мы здесь, в Ватикане, высоко ценим вашу веру и вашу независимость. Нам бы хотелось отправить вас на Святую землю: вы бы…

– Вы по записи? – Нет, я у вас впервые. – Тогда заполните, пожалуйста, форму, которая лежит перед вами. В очереди несколько человек, присаживайтесь, я вас вызову, – пробубнила медсестра в желтом кардигане, не поднимая головы. Я подумала, что ее в меру безразличный и монотонный голос очень подходит…

Солнышко теплое, греет. Прямо как, помнится… Адмирал лает надрывно, с хрипом, словно его душат. Кто-то идет. Вот же глупая псина. Любимая работа этого прохвоста – погавкать от души. А теперь рычит. О, видать, белый идет. Непонятно, почему Ники научил глупое животное рычать только на белых… Хотя нет,…

В ответ на мамино приветствие Селеста улыбнулась и чуть опустила голову. – Сесе, аи [3] . – Она говорила на китайском без тени акцента, словно родилась не в Америке, а на Тайване. Через пять минут Дэнни снова спустился к нам, по-прежнему посмеиваясь. На этот раз он был одет. – Привет, дядюшка,…

В каждый свой приезд тётя Элли читала мне перед сном. Она произносила фразы как-то по-особому, очень душевно, а её глубокий звучный голос словно создан был для возвышенных и часто трагических историй её – вернее, наших с ней – героев. Тётя Элли читала с жаром, увлечённо, проживая каждое слово, и я тоже…

Я думаю о своём отце, о его спокойствие и о генах. Если не считать усов, я очень похожа на отца. Но что касается спокойствия, природа на мне отдохнула. Спокойствием отца я восхищаюсь, но никак не могу его понять. Когда за ужином его друзья-французы объясняют ему, что коллективизация – это просто супер.…

Приведу еще один пример, описывающий взгляд из окна и иллюстрирующий то, как можно проникнуть в ландшафт романа во время чтения. Это снова будет Толстой, отрывок из величайшего романа всех времен «Анна Каренина». В Москве Анна уже встретила Вронского. Возвращаясь ночным поездом в Санкт-Петербург, она…

В танце снежинок Посвящается светлой памяти моей бабушки – самого доброго человека из всех, кого я знаю Скользя ладонью по серебру изогнутого поручня, она грациозно выбралась по мозаичной римской лестнице из бассейна и небрежно сняла шапочку, отчего рассыпались по плечам мягкие локоны. Вся во…

Пальмы, пальмы… Она много снимала их в тот год – её первый год в Варадеро*. Яркие блики моря, казалось, светились на этих фотографиях, пронизывая полупрозрачные, напоенные влажным зноем тени деревьев. Она хорошо помнила запахи того лета, помнила вкусы дайкири* и конгри*, мелодичные переливы румбы, в…

Посвящается молодому человеку, который идеален во всём, кроме одного: он персонаж комикса Навеяно композицией «My love» группы We tlife Пустой дом. Пустая улица. Бездонная пропасть в груди. Солнечные блики в листве и свет любимых карих глаз. Длинные, гибкие пальцы хирурга коснулись…

J. D. Vance, Hillbilly Elegy: A Memoir of a Family and Culture in Cri i Бывший морской пехотинец и выпускник юридической школы Йельского университета, а ныне вице-президент США от Республиканской партии Джеймс Дэвид Вэнс рассказывает о своем детстве в бедном городке и предлагает глубокий анализ…

Желтый взгляд Тео уцепился за мой. – You can’t hold the hand of a rock-n-roll man very long, – ответил он тягуче и гнусаво, как будто цитировал Боба Дилана, а не Джони Митчелл. Одет он был в темно-синие треники и безразмерную рубашку яркой расцветки. Заметив, что я разглядываю желто-черно-зелено-красные…

Благодаря изысканиям Ихёна ребята выяснили, что уведомление об увольнении пришло три дня назад и с тех пор охранник не выходил на работу. Он не успел даже попрощаться с ребятами. Похоже, ему ничего не оставалось, кроме как заменить прощание краткой запиской. От такой жестокой выходки школьного руководства…

Остальные склоняют головы над своими плошками, заметно занервничав. Я с трудом выдавливаю из себя: – Мне приснилась собака… Все вздрагивают от подобного откровения. – Мы разрешаем собакам жить среди нас по трем причинам, – говорит А-ма обнадеживающим тоном, пытаясь успокоить семью. – Их приносят…

Коко не тревожилась, скорее, испытывала легкую досаду. Франция объявила войну Германии девятью месяцами раньше, и с тех пор ничего не произошло. По крайней мере, здесь, на Ривьере. Странная война, подумала Коко. Даже герцог и герцогиня Виндзорские не покинули свою резиденцию на мысе Антиб, неподалеку…

– Как настроение? – Папа повернулся ко мне лицом, отложил кроссворд. То ли потому, что действительно переживал, то ли потому, что ему надоело ломать голову над номером пять по диагонали. – Нервничаю, – созналась я. Но это ж нормально, разве нет? Когда делаешь что-то впервые в жизни. – Но и предвкушаю…