Современная проза

– Старовата немного, Шура, – говорил он. – То-то оно и есть, – вздыхала повариха и вдруг как-то воспламенялась и выпрямлялась: – Знаешь, какая я была? В санитарном поезде служила! Знаешь, девочка какая была – сапожки, ножки, талья вот такая, коса вот такая… Врачи за мной бегали с высшим образованием…

Тетя Зоя, напротив, была добрым гением нашего дома. Она была Милостью Божьей Экспедитором кондитерской фабрики имени Микояна. Помню, в первый год войны наше семейство после ухода на флот дяди как-то растерялось, растеклось. Мы не могли «прикрепиться» ни к одному магазину, и продовольственные карточки…

Им как раз и надо было добраться засветло к приходу в Гусятин теплохода «Михаил Шолохов», так что они посчитали этого солдата улыбкой судьбы. Увы, то, что тому на его «КрАЗе» казалось обычной пунктирной дорогой, для их «Нивы» обернулось ловушкой. Измазанные болотной жижей, исхлестанные колючим кустарником,…

О нарядах таких дам, как Вублер и Крейль-Плинт, в тексте сказано достаточно. Эрике Вублер шестьдесят два, Еве Крейль-Плинт – тридцать шесть; Элизабет Блаукремер (ее называют Блаукремерша-первая) пятьдесят пять лет, это довольно высокая блондинка, нельзя сказать, что не следит за собой, и все же…

– Трир – это Германия. Родина Карла Маркса. – Поняла. Вы хотели быть поближе к автору «Капитала». Передайте ему привет! – Обязательно передам! – Дмитрий Саввич был сейчас на высоте. – Я обещал вам королевскую должность – не желаете стать консультантом по связям с англоязычными странами? Оклад в свободно…

Никодим Петрович послушно шагнул под арку, ведущую к ансамблю Вогезов. И это было в его скромной жизни величайшей ошибкой. Никодим Петрович уселся на скамейке в сквере посреди бессмертного кольца дворцов. Они не произвели на бизнесмена ни малейшего впечатления, стоят вплотную друг к другу, тесно,…

– Черт! – выругался я. – Ничего себе! От этой собаки у меня, наверное, весь капот смят… – Заткнись! Казалось, она была в полной отключке. Глаза у нее были мутные, и машину вело из стороны в сторону. Через два квартала она остановилась у тротуара. Я хотел выйти и посмотреть, что с решеткой радиатора,…

– Ты каждый раз, я заметил, рассказываешь по-другому. – Вот я и рассказала, что, значит, на берегу лесного озера… – Все-таки продолжаем литовскую легенду? – Лесного озера. Продолжаем. Я сказала, что есть две версии этой истории. Одна трагическая и депрессивная. Ну, про то, как Уж, то есть сам Король…

– Уже глядел, – угрюмо отозвался Владимир Лукич. – И не нахожу в этом чего-либо чересчур хорошего. – Эх ты, шакал, – брякнул Михаил Сидорович и пригнул голову в ожидании словесного или физического удара по голове. Но удара не последовало, и он, одобренный таким несомненным успехом своей фразы, зачастил:…

— Вряд ли. — Хорошо. Тогда я сварю вам кофе. Что-нибудь еще? — Еще бутылку воды. — В бутылках воды нет. Но я принесу вам стакан, хорошо? Представив, откуда он станет наливать воду в стакан, я отказался. Сказал, что, пожалуй, кофе будет достаточно. У бармена было несколько татуировок прямо на…

Я заползаю к нему, пытаясь сбросить сапоги и одновременно затащить отсыревший спальник. Отчаянно брыкаюсь, крошечная палатка шатается, его лицо кривится. Он уже не рад, что позвал меня, но, наверное, уже не прогонит... Скособочившись, задираю длинный свитер и достаю из кармана штанов полулитровую пластиковую…

У брата остались сыновья-близнецы, оканчивают школу. Она достала фотографию, и я просто обомлела. Такие хорошенькие, такие неотличимые. Просто пасхальная открытка. – Им тут по десять лет. А сейчас они еще лучше. Красавцы! Кончают школу. Только бы поступили в институт, только бы! Я армии боюсь, как…

А вот и они. — Снежный человек, о Снежный человек, — напевают они. Слишком близко они к нему никогда не подходят. В знак уважения, как ему хотелось бы думать, или от него просто воняет? (От него действительно воняет, он в курсе. Он пахнет дрянью, он пахнет, как морж, — маслом, солью и рыбой. Разумеется,…

– Ты должен это сделать, Пит. Я горжусь тобой. Правда очень горжусь. И девочки, когда узнают, тоже будут гордиться тобой. – Да, конечно. Эй, девочки, ваш папочка скоро окажется безработным на веки вечные во имя безнадежного принципа. – Они не будут так на это смотреть, и ты это знаешь.…

Нанга тогда был какой-то мелкой сошкой в ПНС. Приближались очередные выборы. Положение ПНС казалось прочным, и не приходилось сомневаться, что она удержится у власти. Силы оппозиции – Партия прогрессивного союза – были слабы и разобщены. Однако перед самыми выборами на мировом рынке резко упали цены…

* * * …Напрасно я так на дьякона, даже и неудобно. И вопрос: а к чему же все-таки легенда-то вспомнилась? Да так вспомнилась, что проснулось проклятье мое московское, московская аллергия – писательский зуд, издохший было в условиях пресной, как горные озера, идиллии. И я, очинив карандашик перочинным…

Еще не так давно имя Евгении Добровой было почти неизвестно, а буквально за год автор сделал заметную карьеру в литературе. Открыл Доброву «Новый мир» – по результатам работы мастер-класса этого журнала, прошедшего в рамках самого крупного российского совещания молодых писателей – Форума в Липках – в…

— Я из Монтаны, — запускает он пробный шар. — А сюда — в отпуск, на Рождество? — Ага, — говорит он. — Уболтал приятеля съездить. У него брат сюда перебрался. — Господи, и что вас сюда потянуло, в этот город? — Чего-то нам не хватало, видимо. — Огребете здесь — по полной программе. Не сидится разве?…

А зачем помнить то, что ОДНО?! Глупая человеческая привязанность – пытаться запомнить многообразие единого! Мне больше не надо ничего помнить. Тяжеловесность уходит. Стихают звуки, угасает зрение… Дисбаланс тела больше не отвлекает меня. Меня нет и я – всё… Я – Слово. Прощания и встречи… Прощая,…

Это большинство вообще сомневалось, что существует некий рецепт колбасы «карри». Да еще придуманный вполне конкретным лицом. Разве он не имеет ту же историю, что мифы, сказки, легенды, предания, над созданием которых трудился не один человек, а многие? Разве существует изобретатель тефтелей? Такие блюда,…