Современная проза

Только набрав достаточно материала, я позволила себе расслабиться. Тут и банкет подоспел. Каково же было мое удивление, когда рядом с собой я обнаружила Романа, что-то с увлечением мне рассказывающего. «Черт, как же тебя зовут?» — делая вид, будто внимательно его слушаю, судорожно пыталась сообразить…

У немых не было друзей, и все свободное от работы время они проводили вдвоем. Дни их мало отличались друг от друга, потому что они постоянно бывали одни и ничто не нарушало их покоя. Раз в неделю они отправлялись в библиотеку, где Сингер брал очередной детективный роман, а по пятницам ходили в кино.…

Лофтинг вынул из кармана почтовый конверт и протянул его над столом Леонарду. Одновременно с этим Леонард вручил ему свои верительные грамоты. Лофтинг помедлил. У него в запасе оставалось еще одно неприятное известие. – И вот что. Теперь, когда ваше добро, не знаю уж, что там у вас, передано им, вы…

Мама. Вы из поликлиники? Вас как зовут? Появляется Сергей в коротком банном халате с тюрбаном из полотенца на голове. Мама тут же бросается к нему, закрывая собой Анну, и начинает торопливо говорить, пока не забыла. Мама. Ковалев, Типанов и Дидык. Сергей. Что? Какой Дидык? Кто это такой?…

И с удовольствием вспоминает, что в их возрасте с этим делом все наконец-то сделалось гораздо проще (несолидно только, что он об этом думает, как пацан, – будто черт-те о чем), и если он до сих пор не изменял жене, то лишь потому, что сам этого не хотел, побаивался, что ли, «переступить», – но вчера…

Свою джентльменскую одежку Холмс-Ливанов носит внакидку: понадобится – наденет, нет – скинет, расхохочется во все горло, учинит мальчишескую проказу. Изобильное озорство этого Холмса очерчено рамками благородных манер хладнокровного аналитика, как если бы точный и строгий рисунок был заполнен сочным…

Второй, как и положено, полная противоположность. Никитюк – двоечник и плохой мальчик. Он бегает на переменах по школе и часто толкает девочек. На вчерашнем собрании его клевали всем классом, особенно наши девочки-отличницы. Я слушала и не соглашалась. Мой папа тренер говорит, что дети и так долго сидят…

– Да ты что, такой здоровый, по чужим кроватям скачешь! Как тебе не стыдно! А ну слезай, слезай… Фоме не было стыдно, он махнул рукой по примятым «чужим» простынкам и безмолвно уселся на «свою» подушку. – И на подушке не сиди. Она больничная. Много вас тут таких. В трёхместном боксе Фома лежал…

КЛИМЕК. Ну что вы… Супер! Только вот в начале был вовсе не хаос, а Слово. Слово! А хаос это уже наших рук дело. ЖВИРЕК. Слово? Какое еще, курва, слово? КЛИМЕК. Слово, курва, Слово! ЯЦЕК. Нет, моя фирма это уже утвердила, так что сейчас менять что-то – пустой разговор… КЛИМЕК ( берет Колу ). А…

Но если молотки у пруда застучали, стало быть, кончилось утро и начался трудовой день. А все равно веселее не стало. Скучно. И не скучно, а того хуже – тоскливо. Хоть бы Сергей скорее вернулся. Уж больно долго длится его командировка. Ставит он теперь столбы высоковольтные в Тульской области, под…

* * * Дома я приземлилась в густых сумерках и сразу же, пока ждала багаж, позвонила Гарику. – Ты в России?! – удивился он. – Вот за что люблю тебя, Дарья, – за оперативность! Не будем рассматривать сейчас моменты твоих провалов и вспоминать Омск... А я вот всегда с удовольствием вспоминаю Омск. Там…

В тот момент, когда ящик для письменных принадлежностей перешёл в мою собственность, он не был пустым. В нём находились разные предметы, не представлявшие, правда, большой ценности. Часть из них, несомненно, принадлежала ещё первому её хозяину, жившему в XIX столетии, а всё остальное тому, кто взял её…

– Во-первых, я не умею водить машину, – говорит она. – И потом, я обожаю бродить по улицам. Тут на каждом углу поджидает история. – Она выдыхает дым в окно над Глисен-стрит. – Вот, – говорит она, – куда ни посмотришь, везде – история твоей жизни. И Катерина права. Истории поджидают на каждом углу.…

– Р-р-раман-н-н! А у меня лицо для мужчин самое… ну самое… оптимальное , да?… Не знаю даже. Как такой пассаж для начала?.. – Слащаво, скабрёзно, избито, – поспешит проницательный критик, с полслова взвесив авторский запас глубины. Кого теперь удивят все эти слюни, подмасленные избитыми оборотами!…

Он заметил, что висит в теплом океане, заполняя почти весь его объем. Иногда, от скуки и неосознанного желания изменить миропорядок, он начинал глотать его соленую воду, за этот богоборческий акт приходилось расплачиваться приступом мучительной икоты, и он нетерпеливо ожидал пробуждения, хотя проснуться…

Петр презрительно пожал плечами, присел на корточки возле кучи, вытащил гриб с длинной кривой ножкой и еще не выпрямившейся шляпкой и принялся его жевать. Семен с Матвеем с интересом следили за процедурой. Дожевав гриб, Петр принялся за второй – он глядел в сторону и вел себя так, словно то, что он делает, –…

— А какое ты сейчас прочел стихотворение? — Такое, — сказал Затворник. Иногда я грущу, глядя на тех, кого я покинул. Иногда я смеюсь, и тогда между нами вздымается желтый туман. — Какое ж это стихотворение, — сказал Шестипалый. — Я, слава Богу, все стихи знаю. Ну, то есть не наизусть,…

В полу возле пустого столика был большой квадратный люк. Он был почти незаметен из-за того, что его крышка была выложена паркетными ромбами, как и весь остальной пол, и догадаться о его существовании можно было только по двойному бордюру из тонкой меди, пересекавшему замысловатые паркетные узоры, и…

Но поскольку, как уже было выше сказано, все наряжены в одинаковые пижамы, шлепанцы и белые картузики-жокейки, все на один лад, то, естественно, похожи друг на друга, как воспитанники детского дома или школы-интерната. И попробуйте угадайте, кто есть кто, откуда он и чем занимается. Можно очень легко…

Глава 1 Не знаю, что за паразит пролил масло прямо посреди проезжей части. Лично я хотел всего лишь объехать одну из колдобин, которыми так богаты наши питерские дороги. Может быть, чуть резче, чем следовало – но чего бояться на сухой и ровной дороге теплым летним днем? Заднее колесо начало немного…