Современная проза

Он давно уже не чувствовал боли, тело не подчинялось ему, хотя иногда будто кто-то рывком раздергивал занавески, и маршал успевал увидеть потолок комнаты и услышать, о чем говорят люди, которые неслышно ходят рядом, думая, что он ничего не понимает. Сегодня он очнулся и услышал, как где-то за неплотно…

- Друг, ты ширинку то застегни, - осклабился он, и точным выстрелом послал бычёк в соседнюю от Ивана раковину. - Спасибо. Что-то башка с похмела не варит, - Иван застегнул зиппер на джинсах и улыбнулся. Улыбка получилась вымученной. - Да-а! Мы тоже вчера погуляли не слабо. Ты не знаешь, «Источник»…

— На самом деле, у Констанс, как у медика, здравое отношение к любви, и это вызывает у вас недовольство, — проговорил он, ощущая, как мысли принца концентрируются вокруг его чувства к Констанс. Однажды она пренебрежительно отозвалась о angoi e v'e perale [4] любви, о вечернем беспокойстве, а потом…

Состав сопровождающих постоянно менялся. Уж и не помню, сколько прошло через меня Владимиров Платоновичей, Платонов Сергеевичей, Сергеев Владимировичей и т. д. Однажды я заикнулся о том, что было бы неплохо познакомить меня для общего колорита со знаменитым полковником А., примерно годом раньше Лонгсдейла…

— Он может убрать самые неприятные — выжигает жидким азотом. Я сам удалил несколько штук в прошлом месяце. Пустяки — пять-десять минут, и готово. Многие врачи сейчас делают это себе сами. Особенно я хотел бы, чтобы он осмотрел одну у тебя на спине — вот, взгляни, внизу, сбоку на правой лопатке. Она отличается…

В следующий раз Изотов отстегнул поводок. Так не делал строгий солдат, водивший его только по двору школы — и то на коротком поводке. Оказавшись на свободе, Рекс резвился, катался в траве и, опрокидываясь на спину, смешно дрыгал в воздухе лапами. Потом он помчался во весь опор. Теперь уже лапы не путались…

Я часто просила Бога, чтобы он сделал что-нибудь с Т. Рэем. Он сорок лет ходил в церковь, но становился только хуже. Казалось, это должно было кое о чем сказать Богу. Я отбросила одеяло. В комнате было совершенно тихо, нигде ни единой пчелы. Я поминутно глядела на часы, не понимая, куда же эти пчелы…

После ужина я повел Сибель домой. Нежно обнимая её за крепкие плечи, с гордостью думал о том, как же мне повезло и как я счастлив. И вдруг Сибель воскликнула: «Ах, какая сумка!» Хотя от вина немного плыло в глазах, я сразу запомнил и сумку на витрине, и магазин, а на следующий день отправился её покупать.…

Когда стемнело, мы расстелили на траве принесенный с собою плед и улеглись на него все вместе, лицом вверх, чтобы смотреть на небо. Каждая из девчонок жалась поближе ко мне, но лучшее место, на моем левом плече, досталось, конечно, Айнет. Мы показывали друг другу загорающиеся звезды, тыкая пальцами в…

Я выбрал кольт. И поклялся себе не вынимать его из кармана, что бы ни случилось за этот день. Выскользнув из дома под мелкий дождичек, суливший послеобеденное солнце, я сразу понял, что не ошибся. С первых же шагов меня постигло волшебное опьянение. Свернуть в третью улицу налево, ту, по которой я…

Когда поздним летом, после многих дней прекрасной погоды в Данциге и его окрестностях разразилась война, когда после семидневной обороны польские защитники Вестерплатте капитулировали, в Новом порту, куда можно было быстро доехать на трамвае через Заспе и Брёзен, я насобирал пригоршню осколков от бомб…

Этот человек шел очень медленно, ступал осторожно, словно боялся споткнуться, все время останавливался, собирал что-то с мокрого тротуара. Уборщик или бомж, подумал я. Человек приближался, а я остановился. Он явно боялся чего-то, приближался ко мне несмело. Но все же шел, и я понял, что он не собирает,…

И все же они породили смятение в сердцах двух мужчин, пришельцев из большого мира за пределами Берлевога. Одним из этих мужчин был Лоренс Лёвенхъельм, молодой офицер, который вел разгульную жизнь в своем гарнизонном городке и оказался в долгах. В 1854 году, когда Мартине исполнилось восемнадцать лет,…

До тех пор, пока вы не сняли трубку. Тогда, разумеется, он может спросить вас хриплым голосом, надеты ли на вас трусы. И какие их модели вы предпочитаете носить. Или объявит, что вы очень пикантная девочка. Затем продолжит: – А я знаю, где ты живешь! По крайней мере, раньше все именно так…

— Кто бы мог подумать, — услышал я слова Пеньи. — Вот так, раз и нет... — Но у нее ведь, знаешь, с легкими давно было плохо. — Да, но все же... Они спасались от разверзшейся земли. Очень плохо с легкими, но тем не менее... Селина тоже, должно быть, не ждала смерти, для нее и Мауро туберкулез был…

С тем он и уснул. А наутро выкатил свой «жигуленок» и часа через полтора был на станции. Дочь была без вещей. Только небольшая яркая сумка, как у пастушка через плечо, что Фирсова покоробило. И странно, как-то непривычно одета: все какое-то просторное, с чужого как бы плеча: пиджак – не пиджак, штаны…

Старичок пытается узнать ответ первым. Дина, спохватившись, вертит перед лицом любопытных парней фигульки-кривульки, наступая на них. Старичок, успел пристроиться к капоту, но возмущенные парни его оттаскивают. – Доча, он же мне не любовник! Я его не люблю! – Кто он тогда? – Он тот, кому я…

Приходит она в себя, а маньяк рядом стоит: «Что это вы тут в обморок валитесь, — спрашивает он её строго. — Я бесчувственное тело не могу по-всякому насиловать». «А какое тело вы можете насиловать, мой зайчик?» — спрашивает Клавдия Ивановна и стягивает рейтузы. Маньяк от этих рейтузов совсем сник. «Нет, —…

Долго я пренебрежительно относился к аниме, разным манга и прочим покемонам и даже подумывал о том, чтобы запретить дочери смотреть бесконечные мультфильмы про людей с большими глазами. Но пару лет назад увидел фильм «Унесённые призраками» (вариант перевода «Унесённые духами») — и полюбил. Изучил всё…

Был поздний март. Нет, ранний апрель. И все еще так холодно! Почему ему не суждено было просто умереть или быть убитым? Сотни людей гибли каждый день. Неужели он должен был выжить в этом аду? Но для чего? На плацу Хумер повернул налево и прошагал к открытому пространству. Еще несколько бараков стояло…