Современная проза

— Твои еще не вернулись с материка? — Нет еще. — А когда? — А тебе какое дело? — Нелюдь ты, Кумиров. Спросить нельзя. — Дай сигарету, скажу. — Черта с два! Ладно, думаю я, обойдусь. Перетерплю. Внизу, на первом этаже нашего Дома печати есть коммерческий киоск. Но там лишь «Мальборо», «Кент»,…

— Дима, у меня нет друзей, я тебе сто раз говорил. У меня нет никого, кроме тебя. Дима вернулся. — Отец, ты просто не хочешь общаться с людьми, ты всех отталкиваешь. — Старик посмотрел негодующе, и Дима понял, что сейчас опять придется слушать монолог, который он уже знает наизусть. — Я не ее имею…

Вот английский рабочий. Живет он лучше, чем у нас мелкий чиновник, а работает на фабрике или на заводе девять часов в сутки, что же, он свободен во время этих девяти часов? Нет, он находится в распоряжении капиталиста, которому продал свою рабочую силу. Свободы-то остается не так уж много. А если бы…

Но, как сокрушалась мать, и «откуда у людей мешками деньги появились, вот прямо-таки мешками привозят на своих «мерседесах» и вываливают из багажников в приемную комиссию…» Откуда что берется у людей — это понятно уже каждому. А Колька тогда то ли не понял, то ли не поверил. «Компьютеры» заверяют его,…

Задача Представим, что в Толедо находят тетрадь с арабским текстом и палеографы признают его написанным рукою того самого Сида Ахмета Бен-Инхали, к которому Сервантес возвел своего «Дон Кихота». Из текста следует, что герой (как известно, странствующий по дорогам Испании со щитом и мечом и любому…

Среди книг на этажерке была “Божественная комедия” со старинным комментарием Андреоли. Скорее из чувства долга, чем из любопытства, Вильяри приступил к чтению этого великого произведения; до обеда он прочитывал песнь, а после, строго по порядку, примечания. Он не считал муки ада невероятными или чрезмерными,…

А времени прошло два часа. И мальчик подумал: должно быть, она уже там и они как-то разминулись. Просто необходимо узнать, там ли она. Может, он зря ждет? Он поднимался, все более замедляя шаги. Но вот и дверь. Снова поправил шарф и шапку. Потянулся к звонку. Поколебался: вспомнился тот красивый парень,…

Благо, окружающие не давали забыть. Речь не о бытовых проблемах — кого только в России не ругают. А вот учился Цанаев в аспирантуре: объявили, кто первым диссертацию представит, поедет на стажировку в американский университет. Так ему отец такие наработки оставил, что он на год, если не на два, опережал…

Но я не представляла, как можно поймать рыбу за хвост. Наверняка она выскользнет из рук — как тогда снова ухитриться схватить ее? И потом разве руки не будут пахнуть рыбой? Нет, я оставалась дома с мамой, и мы готовили кляр для рыбы. Иногда мы просто смешивали муку с перцем и солью, а иногда вбивали…

Я встала со стула и хотела выйти на балкон. Но тетя Вера тоже начала подниматься. Не могла же она, в самом деле, оставить меня в покое! Я остановилась у двери. Голос у нее такой, что ее, с балкона в трех соседних квартирах будет слышно. А того, что говорит, тетя Вера никогда не стесняется. С нашего…

Фолюбер и Турнай также задрожали, а при словах «Барбара, какая глупость эта война» стали шумно выражать одобрение. На что их тут же незаметно выставили из бара, так как зрители, в свою очередь, предпочитали слушать братьев Жак [2] . * * * Перебравшись в другой район, они пешком доползли до…

— Но «Гролш» — это же дорого! — воскликнул я. — В этой стране, — ответил поэт. Небеса напоминают очень большой отель «Дэйз–Инн», по которому постоянно шляется Господь и пристает ко всем: — Иисуса не видали? Иисуса не видали? — Они постоянно препираются. Иисус говорит: — Погублю мудрость мудрецов,…

— Мы же не искали записку, — сказал Джон. — Может, она оставила ее под ковриком или в гостиной где-нибудь. Хью был безутешен. — Нет. Она бы оставила ее прямо под пирогом. Она знает, что я всегда сразу бегу на кухню. — Может, ей позвонили, или она вдруг вспомнила, что должна сделать что-нибудь.…

Ей вспомнились их пальцы, зависшие над точеными фигурками. Брови сдвинуты, свет играет на стоящей рядом бутылке. Он вновь закрыл глаза, ладонь переползла на грудь. — Паршивое сравнение… — пробормотал он. — Ладно там гора. Джойс изо всех сил карабкался наверх, — ООООО–кей! — но когда достиг вершины……

Они ее охмурили и затащили на мол. Там они велели ей снять туфли. Затем пальто. Затем Рэд сказал, чтоб она сняла чулки. Когда она завизжала, он зажал ей рот рукой. Она его укусила. Он обхватил ее, и уж тут она завизжала по-настоящему. В городе на такое и внимания не обращают: резвятся ребята, и пусть…

И я ушел прочь, искать, где побезлюдней, а то мне чудилось, будто даже дома и магазины таращатся на меня с укором своими окнами. Прошел бульвар, повернул от моря на дорожку и запетлял то вверх, то вниз по склону, через речушки, через лес, через глубокую ложбину. Здесь на мосту облокотился на перила и…

Мы с Томом обслуживали соседние машины. Стоя плечом к плечу у сортировочных столов, мы разбирали влажные мотки пряжи, развешивали на специальных крючьях для просушки, а высохшие расправляли и загружали в ковши, или, как говорят текстильщики, противни, подающие подготовленную пряжу на машины. Том казался…

— Ух ты, Маркем, ё моё, — сказал он. — А я тебя за самого Боджера принял. — Я покурить, — доложился Маркем и сунул каждому из нас по тощей сигарке. — Когда я совсем вырасту и встану на ноги, — сказал Вильямс, — я пойду по юридической линии. И буду курить только самые дорогие сигары. Богатый адвокат…

Но мы знали, что отец никогда бы не позволил ни одному негру разговаривать с ним так, как это делал хозяин, полицейский, лавочники, служащие благотворительных заведений или ростовщики. Он бы тут же вышвырнул его за дверь. Уж он бы твердо дал понять любому черному, что предки его никогда не были рабами!…

Он взглянул на меня, на монету, хотел, казалось, о чем-то заговорить, но не смог и отвернулся. — Завтра я наколю лучин для растопки, — сказал он через плечо, худое, едва прикрытое лохмотьями плечо. — Вам нужна будет лучина, а еще средние поленья, чурбаки и большие поленья, чтобы не рассыпались дрова…