Проза

А Мотьке синие санитарные печати тоже были не к чему – он уже сходил в гости к соседке-вдовушке и вдоволь наелся лежалой сметаной и сырными обрезками. Он просто решил покуражиться над простодушным псом. И заодно проверить на крепость его намерения. Так вот, не обращая внимания на напрягшегося от негодования…

Тут уж сам вселенский творец задумался. Он не мог осмыслить причин неудачи начатого грандиозного эксперимента. Для чистоты своего свершения, создавая смертного человека, он вдохнул в него частичку не просто разума механического, а разума интеллектуального с огромным запасом памяти. Кто знает, не смея…

Через эту дверь в день свадьбы вывел свою невесту мой старший брат, ныне тоже уже умерший. Белое покрывало невесты, помню ещё, зацепилось за дверной косяк. Старший брат стоял на лестнице и горстями бросал монеты в толпу гостей, собравшихся внизу, в передней. Перед этой дверью, отправляясь первый раз…

Алексей уже направился к выходу из комплекса, как вдруг его окликнул знакомый женский голос. Обернувшись, он увидел Юлию. Это была все та же жгучая брюнетка с короткострижеными волосами и обольстительно-хищническим взглядом, который мог свести с ума любого мужчину. Любого, но не Алексея. В очередной…

Хорошо, продолжим наблюдать за писателем Зарудиным неопытным глазом, и пусть он кажется нам подлинным маяком. Но прежде скажем несколько слов о самом Глинке. Входивший в литературную группу «Перевал», едва ли не в полном составе перекочевавшую в чекистский застенок и сгинувшую в лагерях или расстрелянную…

Тоболячки плотно укрывали лица платками, не вступали в разговоры с мужчинами, смущенно опускали глаза, если кто-то приближался. И только Параскева не прятала светлого лица. Глаза ее так ласково лучились самоцветами, что у Ивана обмирала душа, когда она заговаривала с ним. Спрашивала обычно монахиня о Енисейском…

А позади была общая, полная надежд юность, и хотя позднее разбросало их по разным городам и весям, и долго они жили в разных мирах, но всегда знали, кто и чем дышит, и что с каждым происходит. Как будто с самого начала и до конца были их жизни связаны неразрывными прочными узами… 2 Данила Лемехов,…

А там, насколько хватало глаз, тянулась, надвигаясь к берегу, изрытая, изборожденная ледяная равнина, уходя в холодную серую дымку далекого горизонта. Громадные синеватые глыбы, стоймя торчавшие над белесоватою массою мелкого льда, медленно поднимались и с треском рушились, выжатые снизу напором прибывающей…

III. Но он не унывал Между тем валила зима. Ветер свистал в обледенелых обломках дач. Косматое сине-зеленое море ходило и раскачивалось тяжелыми горбами, разбиваясь вдребезги о волнолом и вскипая пеной, которая летала чайками над голыми эстакадами и хоботами подъемных кранов. Население окраин рубило…

Они ходили в кино (так хотел супруг) и на выставки живописи (так хотела Лина). Катались верхом (супруг), летали на воздушном шаре (Лина) фиолетового цвета (супруг), поднимались пешком на Эйфелеву башню (Лина) и львовскую ратушу (супруг), купались в фонтане (Лина) и прогуливались вдоль Великой Китайской…

Зачем? Никита . Покоряться. Ну, ты и покоряйся! Прасковья . Я и так во всем вам покоряюсь… иной раз от простоты что скажешь… Никита . А ты лучше молчи. Вот Алексей с женой приедет, говори с ней что хочешь. Прасковья . Где уж мне с ней разговор иметь; люди мы простые. …

Княгиня уже давно не жила в Киеве, где разместился хазарский гарнизон, опасаясь неожиданного нападения, а пребывала в Вышгороде, буквально в нескольких километрах от столицы. Здесь она чувствовала себя спокойнее и как бы защищенной, хотя и понимала, что и это небезопасно. Но здесь она была полновластной…

— У нас будет хорошая смена, Сергей Васильевич. Вы, я, Мария Алексеевна — фельдшер. А Алексей Иванович в другой смене. Он наш самый знающий фельдшер. Но когда не пьет. А пьет он часто. Вы не бойтесь, мы сработаемся. А потом они медленно шли в общежитие. — До завтра, Сергей Васильевич. Вы не бойтесь.…

Француз принес нам кофе и, дуя себе на руки, окостеневшие от холода, проклинал жестокий наш климат; а мы разговаривали о тех временах, когда русские дворяне, послужив верою и правдою, послужив Богу, царю и отечеству, возвращались в свои поместья, жили в деревенских замках своих как маленькие царики,…

смоль вьющиеся волосы, синие как безоблачное небо глаза, вишневого цвета, вызывающе притягивающие губы. И когда она открыла свой ротик, он едва не растаял, настолько приятен, сладок и мелодичен был ее голос. - Ну вот и я - просто сказала она. - Проходи - так же просто ответил он, глядя…

– В жопе, что ль, ныкал?! – На, блин! И пошли резче, пока она, – Котик мотнул головой вверх, – не вылезла. На противоположной стороне переулка, почти напротив их дома, был «Погребок». Там обычно и покупали выпивку, чего закусить. – Где набульбенился-то вчера? – спросил по пути Максим. – Да где……

эсеровско-меньшевистского толка, делегаты заводов Действие первое Картина первая Русско-германский фронт мировой войны. Укрепленный окоп. Середина октября. Вечер. В окопе находятся солдаты: Иван Шадрин , Стамескин , Евтушенко , первый солдат , второй солдат . Стамескин…

— Ну-ка, согласуем! Меню он называл «повесткой дня», здороваясь, восклицал: «Ну, как жизнь молодая?», подчиненных спрашивал: «Как думаешь, товарищ начальник?», хотя начальником он признавал только себя, себя одного. У него были любимые словечки, он тщился сделать их крылатыми. Он хотел играть роль…

А когда приходила пора весеннего сева, дед мой с хозяином отправлялись, как только взойдет солнце, в поле. После «что вспахать», хозяин возвращался, а дед оставался там на неделю: делал себе шалаш и ежедневно на сменных лошадях вспахивал по десятине с четвертью. Всего засевалось 45 десятин! – овес, пшеница,…

После того как бабушка Инна отправилась на небеса, мама начала забывать. Она забывала помыть посуду. Забывала, в какой день стоять в очереди за макаронами, а в какой – за хлебом. Она плакала и плакала. Она забывала снять одежду перед сном. Забывала читать мне на ночь. Я забирался к ней в кровать.…