Проза

Внизу прогромыхал паровоз. Красноватые глыбы дыма, взметнувшись над мостом, завалили весь проход, но тут же растаяли, оставив лишь резкий угольный запах. Лида посмотрела на ручные часики. До прихода состава оставалось пятнадцать минут. Можно успеть зайти в депо, вернее, в маленький старый домик, приютившийся…

Ждал-пождал старик; напекла ему бабка лепешек, положила в мешок три луковицы, и пошел старик за шестьдесят верст, в город Чермоз, к хозяину Камметаллу заработок получать. Сидит в Камметалле человек гордой наружности, а вокруг него столько бумаги, что целой деревней в год не перекрутить. Посмотрел он…

– Да и он, признаться, смахивает не столько на доктора, сколько на грузчика. Супруги удовлетворенно засмеялись. Было бы, однако, несправедливо делать на основании этих реплик вывод, что супруги Бамболи ощутили внезапную неприязнь к своим новым соседям. Правда, аптекарше было бы куда приятней, если…

Проезжая мимо собора, кучер обернулся, внушительно ткнул кнутовищем на утоптанное местечко и проговорил: — Вот на эфтом самом месте Фомка и стоит… Проезжающие господа весьма одобряют, ежели он, значит, Фомка, не урезал. К Бубновым его, сказывают, с утра взяли… Дом градского головы Семена Гаврилыча…

Потом был минский «залёт», а потом начались полёты, подлёты с подпрыгиванием, взлёт-посадка по десятку раз за подход: взлетел, заложил круг, сел и, не останавливая винт, опять пошёл на взлёт. Потом полёты по маршруту, сперва в качестве пассажира, потом с пассажиром, а под конец — самостоятельно. Кстати,…

- Мосье Хамиль, почему вы не отвечаете? - Ты очень мал, а когда человек так мал, некоторых вещей ему лучше не знать. - Мосье Хамиль, так можно жить без любви? - Да, - сказал он и опустил голову, словно ему было стыдно. Я разревелся. Долгое время я не знал, что я араб, потому что никто…

«Три дня назад?» «Да… И ноги у него разложились. Обе ноги разложились, начиная с ляжек.» Хандзабуро снова изумился. Судя по их разговору, во-первых, он умер, во-вторых, со времени его смерти прошло три дня. В-третьих, его ноги разложились. Такой ерунды не может быть! В самом деле, вот его ноги… Но…

В жизни Терезы беда зацвела рано, и мне хотелось бы знать, многим ли храбрецам удалось бы противостоять всему тому, чему противостояла Тереза в доме капита­на [11] и выжила. Кто этот капитан? Да капитан Жусто, скончавшийся Жустиниано Дуарте да Роза. Капитан каких войск? Какого рода оружия? Оружием…

– А еще отец называется: не может мать от оскорблений оберечь. – Правда, Сашка, ступай, что ломаешься? – отозвался тот с лежанки. – Они, может быть, опять тебя устроят. Они люди добрые. Сашка оскорбительно усмехнулся. Отец давно, до Сашкина еще рождения, был учителем у Свечниковых и с тех пор думал,…

Но если это был орел, то перья его были сильно помяты в схватке, из которой он едва ли ушел победителем. Об этом говорило платье, носившее на себе следы ночевок, грязное, непригнанное к телу; и было в этом платье что-то неуловимо-хищное, тревожное, заставляющее всех хорошо одетых людей испытывать смутное…

Другой наборщик, тоже молодой – тут старых не бы­ло – вылавливал с быстротою и ловкостью обезьяны нужные буквы и тихонько пел: Эх, судьба ли моя черная, Ты как ноша мне чугунная… Дальше слов песни он не знал, и мотив у него был свой: однообразный и бесхитростно печальный, как шо­рох ветра в…

но главное-слух... заменили собой зрение, так что эти слепые узнают людей, ориентируются в том, чего мы не замечаем, даже видят многое такое, чего мы своими зрячими глазами не видим. Мой роман и был об этом зрении, которое вовсе не зрение, - роман о слепом, которому ведомо то, что для окружающих остается…

Мы шествовали посреди деревьев, миновали беседку. Дункан и Уриарте шли впереди. Меня удивляло, что они не спускали друг с друга глаз, словно страшась внезапной атаки. Возле лужайки с невысокой травой Дункан мягко, но властно сказал: – Это место подходит. Оба стояли в центре, не решаясь начать.…

– Если вас не затруднит, сэр, укажите мне его, пожалуйста, на карте вин. – Да нет его на карте, нет, кретин. Сказал же я: его выписывают специально для меня. Принесешь мне вино или я сам, пропади все пропадом, должен идти за ним? – Сейчас принесу, сэр. Молодая женщина все так же неотрывно глядела…

Было начало августа, сезон раков. Валдемар Матиссен до глубины души страдал, видя в зеркала, как нынешние процветающие клиенты терзают маленькие красные существа, которых он любил и как лакомое блюдо, и как создание природы. Он сам вылавливал их в ручье возле своего домика в Энебакке раз в две недели…

Графиня де Ла Фер, она же Миледи, кареглазая, с длинными змеями локонов, прикрывала свое порочное и преступное прошлое простым датским именем Мюссе Мортенсен. Когда-то Атос про себя звал ее «Мадлен», но скоро стал называть ее «второй Миледи» – и все три имени начинались с буквы «М». Долгое время это…

«Она, наверное, в саду». «И в саду ее нет». «Значит, пошла к какой-нибудь подружке». «Так поздно? Нет-нет. Да вон и пальто ее висит в передней». Встревоженные родители обыскивают весь дом. Девочки нет нигде. Монтикьяри решает даже заглянуть на чердак – просто для очистки совести. Здесь под балками,…

Витечка производил сейчас очень ответственную и сложную операцию на моем сердце, и мой мозг, так привыкший подчиняться ему всегда, и сейчас помогал Витечке, затормозив все мои реакции. Я слушала его и вяло думала о том, что, наверное, сейчас должна я кричать, плакать, скандалить или встать на колени,…

Однажды, весенним холодным днем Саманин загружал дезокамеры – «вошебойки» – и так намерзся, что не выдержал, открыл дверцу – погреть спину. Тепло оттуда шло не так сильно, как он ожидал, и он все глубже туда вжимался и наконец залез весь, одна голова осталась снаружи, – ребята испугались, а ему ничего,…

Это самое интересное, что я вижу за последние десять лет своей жизни. – А за первые двенадцать? – поинтересовалась Нана. – Тебя под душем. – Ага, расскажи сказочку, может кто поверит. Он вошел и на мгновение растворился во внутренней темноте здения. От здания веяло надежностью и спокойствием,…