Проза

Лида чутко прислушивалась и сидела неподвижно, красивая и немного странная, как все красивые девушки в весенних сумерках. Чем дальше, тем больше и больше выяснялось, что жизнь, рисовавшаяся ей в огненных чертах, в сущности, была простой и обыкновенной. Что-то особенное звучало в ней, но что — Лида…

За Минском уже, на шибко разбитой станции, стояли долго и не ведали, когда двинутся дальше. Станция забита эшелонами и тучей народа. На кое-как прибранном перроне, издолбленном взрывами, вечером затеялись танцы под аккордеон, любовь недолговечная закрутилась, мимолетные страсти вспыхнули. Данила на танцы…

— Наша деревня особенная! — Савинцев оглянулся по сторонам, долго молчал, как будто подыскивая сравнение, и, не найдя его, со вздохом закончил: — Всем деревням — деревня! — По его рассказам выходит, товарищ лейтенант, что Каменушка — почти город, только в ней дома пониже да асфальт пожиже, — раздался…

Дальше я не знал, что писать, тогда все мои жизненные события на этом исчерпывались. С жуткой тревогой подал бумаги за барьер. Заведующая долго не глядела на автобиографию. Потом как бы случайно взглянула и подала обратно: — Ты что, не знаешь, как автобиографию пишут?…Я переписывал автобиографию трижды,…

Такие служащие не выглядят молодыми. В них нет никакого энтузиазма, они неразговорчивы. На самом деле, они чураются местных жителей. Единственный элемент в Панаме, с которым я общался — цветные хипы, но все они шустрят или кидалы, кто на наркоте, кто на кармане, кто на бабах. С любовью, Билл…

– А где жила потом? – Долго рассказывать, сударь. – Замужем, говоришь, не была? – Нет, не была. – Почему? При такой красоте, которую ты имела? – Не могла я этого сделать. – Отчего же не могла? Что ты хочешь сказать? – Что ж тут объяснять. Небось помните, как я вас любила. Он покраснел до слез…

«Благодари бога, что ты не убийца! Дочь наша жива; но я не отдам уже ее тебе во власть; я сам займусь ею». Сказав это, поехал прочь и до самого ночлега вез меня с собою; не обращая ни взора, ни слов к матери моей. С этого достопамятного дня жизни моей отец вверил меня промыслу божию и смотрению флангового…

Под полосатым тентом официантка расставляла стулья. Он выбрал столик у перил, над прудом. Официантка протянула ему меню. — Несите все подряд, — сказал он. — Начинайте с первой строчки. Я скажу, когда хватит. Официантка улыбнулась. У нее были милые ямочки на щеках. Ветер трепал ему волосы. Светлые,…

Они смотрели индийский фильм "Танцор Диско", но Маргарита почти не видела того, что происходит на экране. Ее смущал взгляд, который то и дело обращал на нее Виктор. Это был взгляд мужчины, который страстно желал женщину. Она понимала это подсознательно, скорее инстинктивно, чем умом, и ее охватывало…

Все четверо выходят вместе; Руслан уныньем как убит; Мысль о потерянной невесте Его терзает и мертвит. Садятся на коней ретивых; Вдоль берегов Днепра счастливых Летят в клубящейся пыли; Уже скрываются вдали; Уж всадников не видно боле... Но долго все еще глядит Великий князь в пустое поле И думой им…

Над женщинами в двадцатых годах шутили и вовсе не делали тайн из любви. Иногда только дрались или умирали с таким видом, как будто говорили: «Завтра побывать у Истоминой». Был такой термин у эпохи: «сердца раны». Кстати, он вовсе не препятствовал бракам по расчету. В тридцатых годах поэты стали писать…

Однако большинство критиков, в сущности, только читатели, а это значит, что они распекают нас почти всегда понапрасну; если же хвалят, то не знают ни удержу, ни меры. Тому читателю, который ищет в книге только удовлетворения природной склонности своего ума, желательно, чтобы писатель угождал его излюбленным…

Увековечив собрания членов кружка, Гофман воспользовался их несхожестью и вложил в уста "серапионов" фантазии самого разного свойства. Зловещие истории о преступных гипнотизерах, вампирах, роковых предзнаменованиях как будто предвещают и сегодняшний бум "ужасов", светлые же детские сказки возвращают…

- Миранда, кто отец этого сукина сына? Женщина подносит к губам палец, давая мужу понять, что здесь не место для подобных разговоров. Тогда Амедео оборачивается к сыну и говорит, указывая в сторону дома: - Ты у меня еще схлопочешь! Сейчас же неси домой! Бобо, скуля, как собака, которой привязали…

– Но женщины часто бестолковы, – сказал Ха-Ха. – Кроме того, она стареет. А женщины, старея, нередко становятся отчасти безрассудны. – Но недостаточно безрассудны, – сказала Гвиневера, прикончив яблоко. – Поганый язык – вот этого у него уж точно не отнять. – Однако нужна ли налогоплательщикам королева,…

Такая жадность мужа к богатству причиняла кроткой Тении большое беспокойство и она не раз предостерегала Фалалея, чтобы он не поддавался этой страсти и жил спокойнее, потому что и того, что он уже успел приобрести, было довольно для жизни без нужды и лишений, но Фалалеи не хотел послушаться Тении, и…

- А теперь позвольте заняться вами. - Михаил смешно округлил глаза, выпятил нижнюю челюсть; лицо его приняло выражение важное и строгое. - Вы институт кончали! Ваш аттестатик? - подался он грудью на Воронова. - А? Чего? Диплом? Все равно кладите на стол, мы проверим и окажем вам поддержку, - он сделал…

Ни один поэт так часто, с такой мучительной и творческой зоркостью не вглядывался в сумрак потусторонности. Пытаясь ее вообразить, он переходит от одного представления к другому с лихорадочной торопливостью человека, который ищет спички в темной комнате, пока кто-то грозно стучится в дверь. То кажется…

Один за другим родились два мальчика, сначала Колька, потом Славка. Бабушка забегала с пеленками, развешивая их по жарким плетням, и, может быть, все так и пошло бы своим чередом: росли бы наследники-внуки, трудом наживалось бы движимое и недвижимое добро. Впоследствии старую, обветшавшую избу заменили…

- Да, сударь, хоть говядинки; смотри, только помягче. - Неужели жесткой! Худой вам не отпустим... худое мы про генеральш здешних бережем. - Ну, вот уж и про генеральш! Экой вы, торговый народ, зубоскалы! - Право, так. Не знаем только, куда эта барыня с почтмейстером деньги берегут. Петр Михайлыч…