Проза прочее

– Глупости. Не трать время. – Мы опаздываем? – спросил Ролль. – Пошли, – ответил Проводник. – Куда? – спросил Ролль, вставая. Голова стала легкой. Водка подействовала. – За мной. Проводник шагнул в сторону стены. Ролль пошел следом. Он не знал, куда идет. Перед ним открылась черная дверь. Ролль…

А знаете, почему такая разница? Я полагаю, все дело в боли. Родов без боли не бывает. И литературы – тоже. Ну вот, я снова отвлекся. У меня всегда так: мысли опережают слова и поступки. Я не могу их удержать, они скачут по листу бумаги, как блохи. О каком ШЕДЕВРЕ тут может идти речь? Фигня это все.…

– Лилях, ты не права, помимо тоски, у нее там еще присутствуют осенняя грусть и нежная печаль, – добавила Катя. – Все, хватит надо мной издеваться. Просто мне правда там неинтересно. В клубах одни безбашенные малолетки, в кабаках – братва с шансоном, не мое все это, – перебивая их, сказала Кира. …

Дэниел заметил ее, вымахнул из бассейна и крепко прижал мать к себе. С его крепких плеч каскадом стекала вода, и Лора возмущенно пискнула. Дэниел на это и рассчитывал. Улыбнувшись, он продолжал обнимать ее, пока, не в силах противиться, она не обняла его в ответ. Одежда начала промокать, и она, отодвинувшись…

Рей был влюблен. Влюбленных людей вообще легко заметить: они всегда необычайно рассеянны, непривычно добры и нежны ко всему. Они, будто трудолюбивые пчелы, собирают чувства со всего, что их окружает, где-то у себя в глубине души непонятным образом перерабатывают, превращают во что-то прекрасное и непостижимое…

Когда я вернулся из школы, а родители были на работе, в дверь позвонили. Я открыл и увидел у порога маленькую, очень опрятную старушку лет восьмидесяти в чёрном старомодном платье. Она вошла и представилась: – Здравствуйте, меня зовут Софья Андреевна, как жену Льва Николаевича, поэтому запомнить легко.…

Распахнул настежь створки, впустил в комнату свежий ночной воздух, наполненный ароматом садовых цветов. Хорошо-то как! Кинул чемоданчик под кровать, снял гимнастерку, умылся. Холодная вода приятно освежила лицо, смыла дневную усталость. Затем Костя повалился на чистые простыни и мгновенно уснул – молодой…

Как их большой мир стал иным, так изменился и их малый – человеческий – мир. Они растут в окружении детей приезжих из менее богатых стран, с жизненным опытом, абсолютно непохожим на их собственный. Подведем предварительный итог. Какая литература, какая история будет понятна этим счастливчикам, не…

– Надо запомнить, – пробормотал Николай и тут же опять начисто забыл немецкую фамилию – зато прочно запомнил совершенно бессмысленное слово «Шпуллер». Такие вещи происходили с ним все время: когда он пытался что-то запомнить, из головы вылетало именно это что-то, а оставались разные вспомогательные конструкции,…

«Я сама ее встречала». И эти лукавые ремарки, и предельно, подчас даже запредельно романтическая интонация автора порождают сомнения: что это? Ностальгия по прошедшим временам сильных чувств и отважных героев или ирония над собственной ностальгией? А как ответить на извечный детский вопрос – Йоста…

Никто на участке Лангов пока не встал. Ни светящихся сквозь листву окон, ни дымка в воздухе. Иду мимо дровяного сарая по пружинящей лесной тропинке, выхожу на дорогу, и там меня встречает небо, слегка светлеющее на востоке, с утренней звездой, горящей ровно, как лампа. Из-под деревьев оно казалось мне…

Это не для тебя: чрево матери – тесный тугой мешок. Это не для тебя: беспрестанных рождений ужасный шок. Это не для тебя: муки роста, когда ты не можешь ходить. Это не для тебя, но мы все же сумели с тобой угодить В этот бренный мир, в этот долгий плен, Не проехать мимо больших…

– Бросьте! В моем случае только так все и могло закончиться! – Почему? – Потому что бог боится меня. Слишком много неудобных вопросов его ожидает. Соседка опирается на трость и тяжело вздыхает. Я молчу. Меньше всего сейчас мне хочется говорить о боге. Пожелав старушке добрых снов, я беру пакеты…

«Здравствуй, Сонечка! Сегодня я не удержалась и купила тебе прелестную куклу. Она разговаривает и поет колыбельные! Надеюсь, ты как-нибудь приедешь ко мне в гости, и тогда я подарю ее тебе. Бабушка». «Я ни люблю куклы». «Наталья Сергеевна, я устала повторять! Она не желает вас видеть!» Один раз…

– Знаю, знаю, и еще тысячеюродная тетка. – Ничего не тысячеюродная, мы с ней двоюродные сестры! – Можно было остаться у Флёр и послушать всем вместе. – Да, но я думаю, Флёр хотелось побыть одной. К тому же нам все равно давно пора домой. Папа наверняка что-нибудь готовит на ужин. И уроки у тебя…

Ничего сверхъестественного в таком положении вещей не было: страна стремительно менялась, вместе с ней менялись и органы правопорядка. Но наш герой, как и всякий порядочный военспец, интересовался исключительно своими вопросами и безукоризненно выполнял только ту работу, которая входила в сферу его непосредственной…

Поэтому при переводе я постаралась аккуратно сохранить и передать стиль автора – во всей его юношеской простоте и угловатости – и ни в коем случае ничего не улучшать. Надеюсь, мне это удалось, но любые ошибки, как водится, все равно остаются на совести переводчика. Анастасия Завозова, июль – октябрь…

В этот именно момент он понял, что они зря сменили клавиатуру, зря меняли браузер и низачем поставили десятый Window . Тут вдруг включились запахи. Вообще-то он давно где-то утратил обоняние, не то на одной из военных дорог, не то в тюрьме, но вот включилось обоняние. Пахло плохо. Пылью неухоженного…

«Так вот о книге. Сначала, как я поняла, он взял почитать ее просто в шутку, однако я была ошарашена, когда поняла, что он действительно дочитал ее! Прямо с первой до последней страницы!» После прочтения ее брат незамедлительно позвонил своему адвокату и сообщил, что пора заканчивать с делом. После…

– И давно, по-вашему, он это сделал? – Да где-то днем. Обычно это происходит днем. – В котором часу? – Ну, этого я не знаю. Часов, думаю, около четырех. – Скажите мне еще вот что. Как капитан определяет расстояние? Это очень сложно? Интендант взглянул на озабоченное лицо продолжавшего хмуриться…