Прочие Детективы

Довольно тонкие губы абсолютно спокойны. Ни намека на улыбку, хотя от носа книзу идут две четкие, словно прорезанные линии, выдавая былую смешливость. Волосы, каштановые, как я уже говорила, пышные и кудрявые, беспорядочными волнами падают на плечи. Ни колец, ни сережек. Она одета во что-то черное и…

— Оно-то конечно… — вяло согласился Ефим, остывая. С тех пор дежурили по очереди. Но как-то Фришман, встретившись с Юлеевым, вкрадчивым голосом спросил: — Ефимушка, не ты сегодня ночью по «Сатурну» дежуришь? — Ну, я, — досадливо отмахнулся Ефим. — А что, может, подменить хочешь? — Вот именно… подменить.…

— Зато человек хороший, — Фимка выбулькивала слова, щедро разведенные слезами. — Его в милиции ценят, награждают… — Квартиру-то имеет твой милиционер? — осторожно спросила мать. Видно, она страшно боялась, как бы молодая пара не поселилась на их с отцом жилплощади. Правда, селиться некуда — разве только…

Этой пятеркой круг моих знакомств среди мужского населения Тарасова, конечно, не ограничивается, и в деле, о котором я буду рассказывать, участвуют не только они. Но этих, за исключением Страдаева, судьба связала через меня друг с другом надолго. Пользовалась я их помощью не раз. С их доброго согласия…

«Пес, хочешь заработать побольше собачьего печенья? Кинь на доску объявлений свое „хочу!“, и все будет o\'key». По тому, как тщательно скрывал писавший это послание свое имя и свой адрес, Дык сразу понял, что «печенья» будет много, а задача — сложной. Пальцы Дыка быстро забегали по клавиатуре, он промучился…

Я согласилась, и мы обе с разбега плюхнулись в обжигающе прохладную воду бассейна, выложенного небесно-голубой плиткой. Пока мы с визгами окунались и, как дети, брызгались друг на друга, две женщины из обслуживающего персонала заботливо накрывали стол по моему заказу. Как и предполагала Ольга, законченное…

Его пламенная речь очень растрогала меня. Но, увы, у меня вряд ли найдется время пообщаться с милейшим Степаном Ильичом. Впереди меня ждет интересное, весьма авантюрное и очень хорошо оплачиваемое дело. Поэтому мое образование дополнит, по-видимому, лишь прошлогодняя подшивка журнала «Мой прекрасный…

В этот момент к нашему столику подошел официант, и мы разом смолкли. — Что будете заказывать? — вежливо спросил парень в униформе. Мы быстро сделали заказ, и официант удалился, но очень скоро появился вновь, неся заказанные блюда. Настроение у нас было распрекрасное, и жизнь радовала. Мы продолжали…

— Ну что ж… — вздохнул Никита. — Я, в общем-то, где-то в глубине души даже рад, что ты так поступаешь, но не покидает меня чувство тревоги за тебя. — Перестань, — усмехнулась Шувалова. — На тебя какая-то паранойя напала. Первый, что ли, случай в практике? — Ладно, поступай как знаешь, — махнул рукой…

— Отчасти, — полупризналась я. — Честно сказать, впервые сталкиваюсь с тем, чтобы модели предлагали демонстрировать не профессионалам, а обычным женщинам. Это как-то не совсем правильно. — Почему? — с улыбкой переспросила Алена Алексеевна. — Ну хотя бы потому, что у всех нас, — никого пока конкретно…

— Ничего, ничего, — пробормотал он, не адресуясь ни к кому в частности, а потом махнул рукой, причем этот жест, призывающий не толпиться на сцене и разойтись по местам, был, наоборот, обращен ко всем. Увертюра подходила к заключительной части, — вот-вот поднимется занавес над угасающей Виолеттой, которая,…

Тедди услышал, как где-то засмеялись. Хлопнула дверца машины. Звук повторился. Два автомобиля тронулись со стоянки. В соснах на холмах за казино койоты завели свой визгливый, с тирольскими переливами, концерт. На стоянку «Для служебного транспорта» въехал и остановился пикап. Послышался лязг — что-то…

Я получаю очень много писем о ревности и вижу, что с замужеством степень ревности повышается еще больше. Партнера начинают считать своей собственностью. Чем быстрее вы забудете слово МОЙ, тем легче вам будет жить. Необходимо понять, что никто никому принадлежать не может. Нужно всего лишь осознать, что…

– Бабуль, тебя во сколько ждать? – Да как всегда. Подышу свежим воздухом и вернусь. Ты своими делами занимайся, доченька. Ну, доченька и занялась. Врубила «Куин», свою любимую группу, на всю катушку и улеглась на диванчик. Занятия подождут. Бабушка о них уж чересчур печется. Никакого от нее покоя.…

Метель за окном все усиливалась, снег валил непрерывно. — Днем со светом сидим, чудеса да и только, — вздохнул Гордин, — опять нам работа, завалит все, к дальним зародам не проберешься. Трактор пущу. Крыша бы на ферме не подвела, перекрыть-то не всю сумели, а надо. Навалит снег — рухнуть может, — беспокоился…

Не раз она получала выговоры от начальства за надменный стиль, но сделать с собой ничего не могла. Гены есть гены. Дома родители появлялись лишь под вечер, разговаривали мало и с Илюшенькой общались как-то отстраненно. Тот же, в свою очередь, рос ребенком с тонкой душевной организаций, а по сему испытывал…

По завершении ланча я стал чистить пластиковые моющиеся тарелки, а Дорис, оторвав клочок от своего украшения на поясе, протирала стол. Укладывая тарелки в раковину, я провел пальцем по одной из них и выругался: под ногтем собралась полоска грязи, и, кроме того, я его чуть не сорвал. — Ай-ай-ай, — посочувствовала…

И Толик был доволен. Поваживал временами на бывший родительский диванчик непритязательных подружек. Похаживал с ними в забытый всеми кинотеатр, сиживал в недорогом кафе-мороженом. И ждал... Не переставая ждал ее появления. Его воображение по-разному рисовало эту встречу. То они сталкивались на бегу…

— О, девушка! — В окне, словно в рамке, нарисовалась сытая красная рожа. — Еще и одна. А я-то думал, что в такую погоду не сидят дома лишь сумасшедшие мужики. Ты в Пушкин? Я молча кивнула. — Подбросишь? Я опять кивнула, и обладатель волшебной ментовской палочки, радостно хрюкнув, распахнул заднюю…

Лишь легкий дождь, который не переставал накрапывать, дал ему силу уйти, заставив его подумать, что в этом упорном шуршании быстро утонет короткий и резкий звук выстрела. Но он побежал, побежал длинными перебежками, пригнувшись, сторожко озираясь по сторонам. Перед садовой калиткой он испугался собственного…