Прочие Детективы

– Что вас привело ко мне? – он вновь нарушил молчание. Молодой человек, в самом деле, был не в себе. Наконец, он опустил правую руку в отвисший карман серого суконного пальто и сделал несколько шагов, остановившись только тогда, когда его путь преградил стол. – Арестуйте меня, – совсем тихо выдавил…

— И что? — То же самое, что ты сейчас видел. Правда, те газеты были пожелтевшими, выгоревшими от времени, а здесь краски вон какие яркие да сочные… Но суть та же. Должен, однако, сказать. — Халандовский поднялся, включил свет в комнате, положил на телевизор пульт. — Должен сказать, Паша, что те фашистские…

«А что, если это зима? — сказал он сам себе. — Может, летом здесь стоит такая жарища, что леса горят, как солома, и остаются только километры почерневшей земли…» Он тряхнул головой. Он еще не мог ничего сказать, не мог ничего решить. А вдруг эти деревья вовсе не деревья? Свет и тепло, струившиеся с неба,…

- Вот это сила, – усмехнулся тот, поправив голубую помятую рубашку и подняв с пола солнцезащитные очки. – Премного благодарен, душа моя. - Вас били? – поинтересовалась она, сощурив глаза. - Кто? Они? – он посмотрел на мужчин. – Нет, что Вы. Я упал, они Вам не врут. Очень милые джентльмены, чрезвычайно…

Мы много смеялись. С французским акцентом. Помнится, я думал: «Вот так бы всегда». Я обнаружил, что задеть Софию за живое способны пилюли плюс два бокала вина. Тогда я попадаю в фокус, и мы можем наслаждаться кино, как двое влюбленных среднего возраста. А я влюблен в нее. Влюблен, как старшеклассник…

За завтраком в Большом зале Северус прилагал массу усилий, чтобы «сохранить лицо», стараясь не сорваться и не проклясть кого-нибудь из «дорогих» коллег или студентов, которые позволят себе хоть как-то обратиться к профессору зельеварения. Даже просто выдохнут в его сторону. За два месяца его работы…

Эту пару не поселили вместе, в одну каюту. Не только из-за всеобщего разделения — просто по всему было видно, что они не супруги (подобные вещи всегда почему-то устанавливаются точно). Но не выглядели они и влюбленными, иначе окружающие молодые люди не стали бы так рьяно осаждать Краси. Куда бы ни…

— Подождите. Не бросайте меня. Щелкнул выстрел, на сей раз стреляли почти в упор, и он вытянулся без движения. Кровь из раны, смешиваясь с дождем, текла по крыше. Так умер генерал Хуан Альберто Гонсалес–и–Лион, президент и диктатор. Вновь подтвердилась библейская истина: «Взявшие меч — мечем погибнут».…

Сейчас он стоял на Конститьюшен-хилл, разглядывая мрачный фасад Букингемского дворца. За плотно занавешенными окнами тускло горели огни. Четыре дня назад в правительстве разразился кризис ввиду вопиющей халатности кабинета в ходе Крымской войны, и в эти минуты королева Виктория, несомненно, консультировалась…

Мужчина в черном грубо растолкал посетителей, пробежал вдоль аквариума и хотел скрыться за дверью с табличкой «Только для персонала», но из-за двери ему навстречу уже выскочил невысокий крепыш с наголо обритой головой. Беглец резко изменил траекторию и свернул в боковой коридор. Бодрый лоточник и бритоголовый…

– В чём дело? Ты куда собралась? И тут же тяжёлый удар по затылку опрокинул его на дощатый пол. Медленно приходя в себя, Зубов приподнялся на руках и посмотрел вверх. Сквозь дымку возвращающегося сознания он узнал круглое лицо известного в городе криминального авторитета Струны и сразу понял, что попал…

— Гермиона? — Тебе не кажется странным, что Малфой даже не попытался оправдаться? Мне кажется, он кого-то прикрывает, вот только я не могу понять, кого. Она повернулась и поджала губы, заметив, что ликование на лице Рона сменилось раздражением. — Ты серьезно? — процедил Рон. — Я, считай, в одиночку…

За этим занятием полковник не заметил, как открылась дверь, ведущая во внутренние помещения магазина, и из нее вышел высокий, солидный мужчина. – Лев Иванович! – удивленно воскликнул он. – Вот так встреча! Надеюсь, в этот раз повод приятный? Кажется, грядет наш любимый праздник. – Здравствуй, Андрей,…

Но потом родители окончательно спятили – вбили себе в голову, что уже в двенадцать Ире необходимо ложиться в постель, потому что утром рано вставать и ехать в институт. В цивилизованной стране их тут же арестовали бы за насилие над личностью! Восемнадцать лет – зрелый возраст, а они командуют, словно…

Как-то раз, спустя уж как целых пять лет, вновь явился тот самый гражданин, прибывший ночью, но только на этот раз в рессорной бричке и одетый во фрак хорошего покроя. Прошедшие годы не обогатили его здоровье и силу, но он, однако ж, держал себя на сей раз поживей и проворней. Он оставил своего человека…

Высоко над его головой одинокое облачко заслонило солнце. Спасение такое же мимолетное, как замок из песка. Когда облако наконец поплыло дальше и исчезло, небо стало совершенно голубым, каким оно бывает только в разгар шведского лета. Теперь солнце шпарило на линзу, размещенную таким образом, что она,…

– У вас было сотрясение мозга, причем не один раз, – продолжала женщина, – понятно вам? Было три, подумал он; в первый раз в сорок третьем, когда Земляк, маленькая двенадцатилетняя тварь с лицом старого алкоголика, столкнул его в подвал, на камни; второй раз это случилось в пятидесятом, когда он калымил…

Поэтому такие вот грозы, как эта, ночная, были для него настоящим испытанием. Павел знал, что они всегда оставляют после себя разруху. И ладно бы лавочки какие ломали – доски всегда можно сколотить! Хуже, когда они выкорчевывали деревья, тут уж часто помочь было нельзя. Приходилось прощаться с ними,…

Со стоном переворачиваюсь на бок и подтягиваю ноги к груди. Мне больно. Очень больно. Боль ощущается в каждой клеточке. Нет ни одного места на теле, которое бы не болело. Такое впечатление, что я с разбегу врезалась в кирпичную стену. Распахиваю глаза и не могу ничего разглядеть в размытой темноте.…

Дима, в свою очередь, махнул рукой: – Забыл тетрадь по алгебре под клавиатурой. Ваня округлил глаза: – А что она делала под клавиатурой? Ведь была информатика, а не алгебра! Дима ошеломленно посмотрел на него, потом засмеялся: – Ну, ты даешь! Там же мои шпаргалки! – А зачем тебе нужны были…