Детская проза

Як на Малого, то він миттю забрав би собі пса. Але все лихо в тім, що тато з мамою нізащо не хотіли заводити в хаті пса. А крім того, раптом звідкись з’явилася якась тітка й гукнула: — Рікі, сюди! І Малий тоді збагнув, що цей песик ніколи не стане його власним. — Видно, я довіку не матиму…

— Чи є тут хтось? — Є, є. Залазь і не кричи так голосно, бо зараз увесь дім збіжиться сюди. — Це ти, Адаме? — Та вже ж не дух святий. Оглух ти, чи що? — Може, й оглух. У вухах повно води, і взагалі, наче на дні річки побував. Просто потоп якийсь. Казик гучно чхнув,…

Никита огляделся по сторонам и подумал: действительно, что я тут? Солнце садилось, со стороны леса потянуло прохладой. В животе заурчало от голода. Никита поглядел на бабушкин забор, вздохнул и поднялся на ноги. * * * – Овощи? Овощи я не люблю. Бабушка, ничего не ответив, воткнула в гору…

Вздохнув, Артём вспомнил дедушку. Если тот и в самом деле погиб, то никаких сомнений: в последние часы самым печальным для него было наблюдать за смертью мира вокруг. Его карту затягивало безграничным чёрным пятном. Оно неумолимо съедало далёкие страны, соседние города. Замерло, когда вокруг дедушки…

Мишка сидела в манеже и грызла решетку. Все свои резиновые игрушки она уже выбросила из манежа, иначе грызла бы их. Зуба еще совсем не было видно, только слюни текли по подбородку. Дани кое-как утер ей лицо и тут заметил бутылочку с соской. Мама налила в нее чай и велела Дани напоить сестру. Да только…

— Ну нельзя же так поздно в школу приходить! — Лучше поздно, чем никогда! — прокричал Вовка любимую пословицу и выскочил наконец из дома. Примчался Вовка в школу и тут же наткнулся на завуча Михаила Яковлевича. — Где сменная обувь? — грозно сверкнул глазами Михаил Яковлевич. — Дома забыл, — промямлил…

— Никак не подходит, — подтвердил Алесик. И они пошли. Лес начался сразу же за Сосновкой. Деревня, по-видимому, так называлась потому, что своим краем прижималась к огромному сосновому бору. Сосны были стройные, высокие, до неба. Ствол у каждой снизу — бурый и шероховатый, а сверху — гладкий и золотистый.…

— Тише, тише! — сказала она. — Разве так метут! И показала, как надо мести: тихо, ровно и сор не расшвыривать. Так они вместе подмели пол и постелили пёстрые дорожки. Чисто стало в избе! — Вот и всё! — сказала Таня. — Нет, не всё, — сказала бабушка, — сейчас пойдём гусей кормить. Она насыпала…

А кошка сидит на земле, счищая с лапы воробьихины перья, смотрит на них – рыжая, зелёные глаза – и сожалительно мяукает : – Мяа-аконький такой воробушек, словно мы-ышка… мя-увы… И всё кончилось благополучно, если забыть о том, что мама осталась без хвоста … Справочное бюро Почему воробей…

Ближе к вечеру ветер совсем упал. Паруса повисли. Яхта медленно дрейфовала по течению куда-то на зюйд-ост. На горизонте виднелись неясные очертания холмистых берегов… Глава ВТОРАЯ в которой Славе отказывает воображение Берег уже близко. В спокойной зеленоватой воде чуть колышутся отражения…

– Я изворотлив, устрашающ и полон сил! Хильда изящно обогнала наш BMW, перегородила ему дорогу и начала отсчет. Отсчет очень нужен, когда все действуют одновременно. – Паркинг – есть! Контакт – есть! Пять-четыре-три-два – прыгунки наготове – прыгунки! На слове «паркинг» раздался визг тормозов,…

В повестях Струмского педагогические пружины искусно скрыты писательским тактом и умением с помощью добротного знания детской психологии. Нет сомнений, что к тому «дереву», которое так заботливо выращивает автор «Наско-Почемучки», легко привьются «черенки» высокой человеческой нравственности и гражданственности.…

Шли века, человечество умнело, оно справилось со страшными болезнями – чумой, оспой, холерой, сделало миллионы научных открытий, легко перелетает за считаные часы из одной страны в другую, даже покорило космос. Но на удивление, никто из людей, даже самых умных, до сих пор не догадался, что к ним всегда…

В этом переплетении мечты, романтики, устремленности в будущее с «обыкновенной» жизнью, с ее повседневными делами и заботами, — в этом весь Нагишкин. Нет, пожалуй, не весь. Нагишкин был на редкость одаренной натурой, очень разносторонней, щедрой на мысли и чувства, и это богатство отразилось в его книгах.…

Войлочные ковры, которыми застилали тор, были черного, коричневого и реже белого цвета. Они делались из хорошей шерсти, были мягкими и теплыми. Чтобы уберечь их от вездесущих детей, коврами застилали лишь дальнюю половину тора, а ближнюю прикрывали циновкой, которой ой как доставалось от нас. Мы часто…

— Не сомневайтесь. Всё именно так. Вы молодцы обстановку знаете, похвалил Жуков штабных офицеров. — Но у меня точнее. Оказывается, побывал уже генерал Жуков и под Юхновом, и под Медынью, и под Калугой. Прежде чем в штаб — поехал прямо на поле боя. Вот откуда точные сведения. Во многих битвах принимал…

— Не сомневаюсь, — устало согласился папа, — но вы-то погибнете! Верочка мне не простит и… я не могу больше ждать. Я сегодня должен быть в части. Неужели вы не видите, что творится? Бабушка молчала и смотрела в окно, повернувшись к папе спиной. Тогда папа вскочил, снял с вешалки у двери винтовку, перекинул…

Здесь, в гостиной моего друга Альфреда Рассела, висят по стенам ящики с бабочками, и мы чаще, наверное, чем о других животных, говорим о том, как охотились за бабочками , — именно охотились, пробираясь по темному жарко-влажному лесу, заросшему папоротниками, пальмами и саговниками, проваливаясь в…

Мне показалось, что глаза её блеснули слезой. От этого я почувствовал большую важность задуманного мной дела. Мама быстро вышла из комнаты и вскоре торжественно внесла большую синюю тетрадь. — Вот, — сказала она, — в таких тетрадях я когда-то записывала лекции в институте. А одна оказалась лишней.…

— Пойдем погуляем, — позвал я его. — Брось, какое тут гулянье!- сказал он.- Дождик шпарит как из ведра. Пойдем в физический кабинет. Там сегодня опыты показывают. Приглашение было заманчивое. Я очень любил опыты. — Пойдем,-согласился я.-Только нас не пустят. — Пустят. Вот увидишь, — заявил…