Детективы

Ее глаза сверкнули. — Это не ваше дело. — Отлично, миссис Уистер. Так в чем же мое дело? — Прежде чем я дам вам инструкцию, скажите: вы вооружены? Фесдей покачал головой. Женщина, казалось, была удовлетворена. — Теперь слушайте меня внимательно, мистер Фесдей. Я хочу, чтобы вы выполнили одно поручение,…

Я сказал: — Пошел вон, пока охрана не заявилась... Может быть, он меня и не понял, но словам сопутствовал сильный толчок. Получив направление в нужную сторону, длинный вывалился из туалета и пошел по коридору, для верности отирая стену плечом. Оставался второй. Он сидел на полу, широко разбросав ноги…

Те утренние занятия в парке поддерживали его на протяжении всего периода культурной революции. И в 1977 году он поступил в Пекинский университет иностранных языков, набрав по английскому высший балл на вновь открывшихся вступительных экзаменах. А через четыре года, благодаря очередному стечению обстоятельств,…

— Да, мэм, — пролепетала кассирша. Наконец пожилая дама получила свои деньги и повернулась, держа в руке купюры, словно желая продемонстрировать всему миру, какие они новенькие и хрустящие. Перед ней стоял молодой человек приятной наружности, лет тридцати с небольшим. Он весело улыбался. — В чем…

Рею только что исполнилось восемнадцать – у него были проблемы в школе, в семье, но в таких ситуациях проблем не возникало, он знал, как действовать. Слегка покачиваясь, он направился к фонарю и сказал: «Привет!» Она не ответила. Молча повернулась и пошла, и Рей понял, что его пригласили следовать за…

Рассыпающийся в прах, истлевший букет был перевязан алой лентой. Трясущимися руками он развязал узел, выбросил цветы, разгладил атласную ткань. Рассудок отказывался воспринимать происходящее, но память… — «Это ее лента: вот концы подшиты небрежно, более темными нитками… я помню, я целовал душистые волосы…

Изменение в одежде — одна из многих граней <изменения> вообще. Конкретный символ изменений в Испании — памятник Хемингуэю у входа на Пласа де Торос в Памплоне, сделанный моим другом Сангино. Изменения порой угадываются не в декретах, газетных перепалках, болтовне в кулуарах министерств, в репрессиях…

Теперь же московские пассажиры растворились в толпе: спекулянты с неподъемными сумками, провинциалы с тележками колбасы, беженцы с грязными молчаливыми детьми, бездельники в кожаных пиджаках, военные в камуфляже, безработные с угрюмыми глазами, нищие с плакатиками, мальчишки с кипами газет и коробками…

- Когда вы отправляетесь? - Как только найду пароход. Завтра пойду на пристань и запишусь матросом на первое попавшееся место. - Я бы хотел поехать с вами, - серьезно произнес Билли. - Что же вам мешает? - Я берусь за одно многообещающее предприятие в Америке, его затевают Мансуэлли. Они…

Что же еще? Я жил один, если не считать моего ученика Тома Монка, который, когда торговля заканчивалась, уединялся на верхнем этаже «Редкой Книги», где он ел и спал в комнатенке размерами чуть больше чулана. Но Монк не жаловался. Как, впрочем, и я. Я оказался удачливее большинства тех четырехсот тысяч…

Весь день я перебирал в уме все факты, пытаясь применить к ним какую-нибудь теорию, которая примирила бы их между собой, и найти «точку наименьшего сопротивления», которую мой погибший друг считал отправным пунктом всякого расследования. Должен признаться, что это мне не удалось. Вечером я бродил по…

Я и открыла… Было тепло и очень тихо. Так что слышалось журчание воды в батареях парового отопления. Сильно пахло лекарствами и почему-то свежим сеном. Окна были задернуты тяжелыми шторами, только поверх их пробивался свет. Я разглядела потолочный плафон — роспись под Шагала: местечковые ухажер и барышня…

— При каких обстоятельствах вас обокрали? — Я в театре была, а прислуга ушла в гости. Вернулась я из театра, замок взломан, дверь открыта, все шкафы перерыты. — Какие вещи у вас украли? Фаворитова подробно перечислила. Мы записали отличительные признаки ее вещей и дали задание агентам угрозыска…

Вот только в данном случае уловка не сработала. Едва он успел забрать в руку крошечный пакетик, как кто-то врезался в него сзади. – Извините меня, старина, – то есть, синьор, – поправился говоривший, а говорил он на английском языке, казавшемся истинно оксфордским. Так должен был бы вести себя цивилизованный…

Тимур кивнул. Бензин – общий. А железный конь у Гены – еще тот обжора. Хрен прокормишь. – Зола – это туфта, – сказал Холера. – Профиль надо менять... Эх, на фарцу бы конкретно сесть, вот где бабки гуляют... – Размечтался, – фыркнул Тимур. Фарцой занимаются избранные. У кого бабки на товар есть,…

Первого и единственного супруга, Ольгиного отца, она похоронила семнадцать лет назад. Несчастный случай. Убило током на стройке, где он трудился сварщиком. Забыл повесить табличку, чтобы не включали питание на силовом блоке, и полез чинить трансформатор. Потом в ее жизни появился разведенный отставник,…

– Уважаемая Зинаида Аркадьевна. Вы разумный человек, в офисе работаете. Представьте хоть на минутку, что началось бы, существуй такой закон на самом деле. Вокруг нашего отдела очередь бы стояла в три витка. Из желающих получить компенсацию. – Но мне люди врать не будут! Лучше б люди ей сами компенсировали.…

– Им грозит эпидемия, – прогнусавил Катальдини, судмедэксперт штата Луизиана, взятый на борт по просьбе губернатора. – Они же купаются в дерьме! – Скорее в моче, – уточнил лейтенант Стейбл, приникший к запотевшему окну вертолета. Зрелище ассоциировалось с войной. Некоторые улицы, превратившиеся в…

И тогда они решили бежать. Ушли сразу после полуночи. Каждая молча и неторопливо выбиралась из своего барака, пока все трое не сошлись возле ворот. Самая младшая, четырнадцати лет, сущий гений во всякой электронике, взяла на себя заботу о проволочных обманках: указание на ложное направление могло дать…

– Вот чудеса! – вслух подумал Фабель. – Какое отношение может иметь Матиас Дорн к делу Кастнер? Он повернул с Гроссе-Фрайхайтштрассе на Давидштрассе. Машина проехала мимо щитов, которые стыдливо прикрывали вход на узенькую Гербертштрассе – пешеходную зону на всем своем протяжении. Несколько лет назад…