Детективы

Ленс усмехнулся, понимая, что Молот намекает на группу заезжих карманников о которых ему уже докладывал Макс. – Я понял про кого ты говоришь, Молот. Позволь мне самому позаботиться о них. Мы никому не позволим нарушать порядки на нашей территории. 3 Ленс Руперт уже давно вынашивал планы расширения…

— Ладно. Ну, а интернет на что? — Пфф, чтобы меня потом обманули, как и тебя? Нет уж, спасибо. — Так, Ань, что тогда ты от меня хочешь? Ты отвергаешь просто каждую идею, но при этом ждёшь моей помощи. Что же мне тогда сделать то, убить твоего препода? — Ага, чтобы тебя потом посадили, а я была…

– Наш человек в КГБ, имеющий доступ к информации на самом высоком уровне, полагает, что русские смогут сделать это в течение года, – ответил Даллес. – Технологически мы пока опережаем их, – вмешался Тоффрой, – но они могут… Глаза Тоффроя встретились с жестким взглядом президента, и генерал осекся.…

Сегодня ко мне выстроилась немалая очередь. Посмотрим, что принес новый день. Зайдя в свою обитель, оглядела исписанные стены и пол, на котором расчерчена печать Менадана и скамья со столом, расположенные на нем. Сев на скамью, позвала первого просящего. – Проходи, мой друг. Рассказывай свою просьбу.…

– Спасибо вам, Григорий Александрович, – поблагодарил старика-ректора я. – Сколько у меня есть времени, чтобы покинуть академию? – До полуночи, Белов, – напрягся старик, отчего его кровь чуть ли не вскипела. Похоже, на него надавили, чтобы вышвырнуть меня за стены как можно быстрее. – И это не моё…

– Петр! Сдал? – спросила его девушка в красивом белом фартуке, подошедшая сзади. – Сдал, и переписал письменный. – Как переписал? – Ну, помнишь, Саня-Ваня говорил про тринадцатый билет на консультации. Вот он мне и достался. – Ну, и? – «Пять». Он еще шесть дополнительных вопросов задал, и я…

Снова в затылке нестерпимо зудел барахлящий нейронный интерфейс, пару раз в неделю напоминая о себе магнитным шумом в голове. Помнится, такое было только в первые недели после того, как Такасима сбросил прошивку на заводскую, затерев рекламные импринтинги. Или, может быть, бешеный марафон тех дней повредил…

– Ну дядь Тош, не начинай, а? Матушку напоминаешь. – Да ещё б я родную сестру не напоминал. А по отморозку нашему – сообщу, как сделаю анализы – Ага. А дай мне перчаточку. – Ой, уже что-то заметил, – тот усмехнулся, протянув племяннику чистую перчатку. Облачив руку в тонкий винил, Тим осторожно…

– Разрешите задать вопрос? – Нарушил молчание таксист. Сама просьба звучала, как то, чего нельзя избежать. Евгений кивнул, водитель стал обдумывать, как правильно задать вопрос. – Вам же предстоял неблизкий путь до дома или остановки, угадал? – Водитель вновь кинул короткий взгляд на пассажира. Светофор…

— А ты уверена в том, что сможешь от меня сбежать? — изогнул я коварно бровь, глядя глазами, бездна в которых наполнялась опасным огнем. Это она разбередила его. Выпустила наружу своей игрой, еще не подозревая, как это опасно. Для нее. — Сбегу! А это даже интересно. Новая игра, которая воспламеняла…

Он устремился дальше по длинной улице, позволил потоку фланёров, все прибывавшему, подхватить себя на подступах к Тронной площади, внезапно вынести из тени на свет, от смерти к жизни. Света вдруг сделалось сразу слишком много, и жизни – тоже. Он пошатнулся, почувствовав приступ дурноты. Ярмарочная кутерьма…

Мы бежали сквозь толпу на металлической скорости – быстрее нас мог быть только ураганный ветер. Блуждающие попросту не успевали реагировать на нас. И всё же… Чем ближе мы подбирались к стене, тем громче становились вопли за нашими спинами – нас замечали, о нашем присутствии сообщали, за нами бросались…

– В смысле? – Ну, помнишь, ты нам целые лекции читал, дескать, дешевая энергия – это дешёвые транспорт, жильё и еда? Вот мы тогда подумали да и разжились самой модной теплицей. Там и углекислоты много, и свет специальный, с повышенной усвояемостью, и сорта выведены именно для таких условий. Урожаи…

Колумбийцы, находившиеся в тяжелом экономическом положении, не могли позволить себе обидеть даже беднейшего иностранца, а мы как раз подпадали под эту категорию. Но я все же решил не рисковать: телеграммой попросил Пита прихватить Элизабет и Джона с собой. Если завтра, 4 мая, к власти придут не те,…

Я до сих пор не могу поверить, что получила это назначение. Когда-то, будучи студенткой медицинской академии, я мечтала о работе на исследовательском корабле, на переднем крае освоения космоса. И вот я здесь, старший медицинский офицер флагмана КEК. [Смотрит в сторону, на фотографию в рамке] …

Носильщики с личиной Когиты, укрытым майя-оболочкой церемониального покрывала с вышитыми символами Десяти Директив, двигались в центре процессии. Их движения были выверенными, словно части единого механизма — результат многовековой традиции, отточенной до совершенства. Когда все вошли в храм, Аврора…

– Я все равно проведу свою акцию! – крикнул Ахмед Мурсал. – Все равно сделаю так, как решил. – Нет, – твердо сказал хаджи Карим, – твои взрывы ничего не дают. Ты только напрасно губишь своих людей и людей другой веры. – До свидания, – повернулся к ним спиной Ахмед Мурсал. – Я еще не ваш слуга, чтобы…

— Куда? — хотел крикнуть Барлах, но в этот момент раздался телефонный звонок. Он обернулся. Телефон зазвонил второй раз. Откуда ему было знать, что именно два телефонных звонка служили условным сигналом для включения взрывного устройства. Барлах смотрел на аппарат, понимая, что нужно войти в комнату…

— А ты не мог ошибиться? Ведь борода и усы резко меняют облик. — Только фотокарточка на паспорте могла вызвать сомнения, а на военном билете он бритый и молодой. Ошибка исключена. Есть и еще одна примета: на левой руке у Гадохи татуировка: большой синий якорь у кисти и женское имя — Нина. — Что за…

За неполных три десятка лет лаборант кафедры молекулярной химии Акутин успел серьезно разочароваться в жизни. Родился в Москве, осчастливив своим появлением семью молодых аспирантов. Успешно окончив школу, пошел по стопам родителей, поступил в университет, после которого с головой бросился в науку. Однако…