Чтение онлайн

— Согласится. Это беру на себя, — заверяла его хромая.

— Я против! — воскликнула, но меня никто не услышал.

— Тридцать, — сказал мужчина.

— Сорок пять. Если меньше, то вам придется рисовать ее в моем доме.

Художник закусил губу.

— Пусть будет по-вашему, — сдался он.

Еще с полчаса они обсуждали, когда я буду приезжать к художнику в мастерскую.

Иногда мне становилось не по себе от того, как Ульвира умудрялась добывать себе деньги из ничего. Ее хватка достойна восхищения. Жаль, что я в этих операциях выступаю товаром.

Почти как с родным распрощалась Ульвира с Эмином.

Я наблюдала за этой сценой, сложив руки на груди. Когда дверь за гостем закрылась, наконец, она обратила на меня внимание:

— Нечего злиться, Марианна. Нет ничего плохого, если мы поможем бедному художнику в реализации его мечты.

— Я не злюсь — я не понимаю. Бахрам получит картину, художник — опыт и оплату труда, вы — процент. Что получи я? Зачем мне вам помогать? У меня нет никакого интереса.

Ульвира на миг замолчала и после небольшой паузы сказала:

— Хорошо. Я предлагаю и тебе сделку. За то, что будешь позировать для художника обнаженной, я разрешу тебе самой выбрать дахара, с которым проведешь первую ночь.

Я ни минуты не раздумывала.

— Согласна!

— Это же замечательно!

Ульвира подошла к журнальному столику, на котором стоял серебристый колокольчик, и позвонила в него. На звук прибежала одна из горничных.

— Звали, госпожа?

— Передай повару, чтобы с сегодняшнего дня посытней кормил Марианну. Что-то она у нас совсем исхудала. Так мы много на ее весе не заработаем.

Мы с Харэн сидели напротив секретера Ульвиры.

— Марианна, дай свою руку с браслетом, — сказала глава дома Медянок.

В два щелчка амулет, который столько времени прятал от посторонних глаз Змеицу, покинул мою руку. Черная татуировка разлилась золотом и стала такой же, как в первые дни. Я потерла запястье — непривычно без браслета.

— Зачем это? Я думала, мы до последнего будем скрывать, что я дарайя.

— Тянуть нет смысла, уже ходят слухи, что в городе появилась новая дарайя. За это нужно благодарить нашего старого друга — Лимека. Мерзавец не перестает нам гадить.

— Что теперь будет?

— Все то же самое, но придется раскрыть, кто ты есть. Это немного усложнит задачу. Не стоит пока об этом волноваться. Сегодня же Мульер! И под бурнусом мало кто может тебя рассмотреть.

Ульвира со скрипом открыла ящик и извлекла из него две бархатные коробки. В обеих лежали странные монеты размером с яблоко с гравировкой змеи на гранях. В одной коробке лежали серебряные, в другой — золотые.

— Это коин, — догадалась Харэн.

— Да. Это коины, которые дарит шаяни мужчинам, приглашая их на церемонию посвящения. Сегодня вы обе будете их разносить.

— Разве не я одна должна это делать? — удивилась я.

— Золотые коины дарит только дарайя. Ты возьмешь только три. Серебряные будут у Харэн. Она притворится тобой и разнесет остальные. Мы должны беречь тебя, Марианна. Нельзя позволить, чтобы с тобой что-то случилось. — Хромая выдала мне три монеты, а Харэн достался внушительный мешочек с серебром. Я с сожалением посмотрела на подругу — ей предстоит тяжелая работа. — Для вас приготовили два бурнуса, а через несколько минут прибудет два экипажа. Марианна, теперь ты дарайя, и у тебя больше прав, чем у обычной шаяни. Помни об этом.

— Хорошо, — я посмотрела на монеты в моей ладони, — Кому я должна их отдать?

— Азара

Девлату, как твоему первому господину. Его младшего брату — Бахраму, за дорогие подарки, которыми тебя одаривает… — Я сжала губы в тонкую линию. Уверена, Бахрам подкупил Ульвиру. — … Третий — Камилю Анвару.

— А ему за что? — возмутилась ее выбору.

— За то, что помог найти тебя. Камиль рассказал мне, где тебя искать, и это твоя обязанность — вознаградить его монетой.

— Вы же говорили, что услышали зов Змеицы?.. — смотрела во все глаза на Ульвиру.

— Говорила. Но Камиль облегчил мои поиски. За это я ему очень благодарна. И ты тоже должна быть. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы ты попалась на глаза прислужникам какой-то из нагайн. Так что ты должна быть ему признательна, он сохранил твою жизнь и хранил тайну.

— Это он виноват, что я здесь оказалась.

— Он оказал большую щедрость, помогая тебе.

«Помни мою щедрость», — вспомнились его слова в экипаже, когда он хотел меня забрать. Так вот он о чем говорил.

Умом я понимала, что Камиль поступил правильно — опасно разгуливать со Змеицей по городу. Кто-нибудь обязательно узнал бы отметку, и у меня возникли бы серьезные проблемы. Но душа болела. Как он мог обречь меня на такую участь? Теперь я вынуждена ломать свои принципы и привычки, подстраиваясь под враждебный для меня мир.

Харэн молчаливо посматривала на меня, но не задавала вопросов. Камеристка помогла нам облачиться в бурнусы, и в сопровождение охраны мы заняли два экипажа.

Только когда карета тронулась, я вспомнила, что даже не пожелала компаньонке удачи. Ей предстоит проделать огромную работу за меня. Ульвира, наверное, направила ее ко всем нагам и дахарам города — эта женщина не упустит шанс заработать.

Первым местом, куда меня привез экипаж, стал родительский дом Девлатов. Азар живет за городом, и уже который год все коины приносят в дом его отца — Дариуша. Здесь же получал коины и Бахрам. Я надеялась, что мне удастся незаметно положить монеты и уйти.

Возле дома остановилось сразу три кареты. Девушки в черных непроницаемых накидках почти одновременно уверенной походкой пошли к главным воротам. Я пристроилась за ними на небольшом расстоянии. За поросшим диким виноградом забором оказалась просторная территория с садом, брусчатыми дорожками и трёхъярусным фонтаном у вдоха в главную резиденцию Девлатов.

Навстречу нашей троице шла еще одна группка девушек в бурнусах. Видимо, паломничество к дахарам шло не первый час. Я немного расслабилась.

Входные двери дома были открыты нараспашку, в гостиной нас встретила женщина к строгой одежде.

— Добрый день, шаяни. Азара Девлата сегодня нет на месте, но все коины ему будут обязательно переданы. Бахрам принимает всех желающих. Пойдемте…

Мы послушно пошли за ней к кабинет Бахрама. Она осталась ждать нас за дверью.

Дахар стоял спиной к нам возле секретера, просматривая какие-то бумаги, совершенно не обращая на нас внимания. Я сжала в кармане золотой коин. Ничего не говоря, первая девушка положила серебряную монету на стол. За ней вторая. Бахрам не шевельнулся. С облегчением я положила на край золотой коин. Внезапно мое запястье обхватила мужская рука. Я не успела понять, когда он обернулся. Сквозь сетку бурнуса на меня смотрели два зеленых змеиных глаза.