Зимнее солнце
Шрифт:
Когда отряд капитана Уварса подъехал к этому величественному зданию, у меня сразу куда-то пропал весь мой словарный запас, настолько прекрасной была эта "улитка". Казалось, что она не имеет никакого фундамента, а просто лежит на земле, втянув свое скользкое тело в раковину. Не знаю, зачем лекверы соорудили вход не на внешних уровнях, а под прикрытием нескольких витков, но пока мы до него добрались, прошло не менее часа. Что-что, а производить впечатление эти умники умели. Тянущиеся вверх башни, громадные статуи, вырезанные так, словно их делали не из камня, а из податливой глины, (настолько четкой была каждая линия в платьях и лицах стоящих на стенах гигантов) были словно специально созданы, чтобы подавить своим размахом преступника, попавшего сюда. И кажется, им это удалось. Во всяком случае, шагая по бесконечному коридору с многочисленными витражными и обыкновенными окнами, балкончиками и открытыми площадками я ощущала себе совершенно не в своей тарелке. Хотя, не думаю, что могла бы чувствовать себе нормально в любом другом здании с наручниками на руках и двумя здоровыми лбами за спиной. Неожиданно из-за очередного поворота
Охранник, стоящий у небольшой двери, толкнул ее, и передо мной предстал легендарный зал заседаний Верховного Суда. Я едва удержалась от невольного присвиста, оглядывая громадную площадку, на которой можно было играть в волейбол сразу десятью командам, и зрительские ложа, словно горы, уходящие вверх. Мои сопровождающие не стали ждать, пока я наслажусь окружающей обстановкой и бодро втащили меня в нее за локотки. Правда, как только мое появление было замечено, тюремщики отпустили свою "клиентку", дав практически полную свободу действий. Конечно, если не считать редких уколов пиками между лопаток. Стараясь не упасть перед столь громадной толпой лекверов, элем, эльфов и людей, я осторожно прошагала до очередной решетки, за которой маняще расположился диванчик. Пока один из конвоиров возился с хитрым замком, пока опускалась решетка, я оглядывала темно-красные кресла, пытаясь найти среди собравшихся хоть одно знакомое лицо. В первых рядах уселись капитан Уварс с двумя своими помощниками, Викант, которому я сразу же подмигнула, в ответ получив лекверский эквивалент воздушного поцелуя — поднятая вверх ладонь с перекрещенными средним и указательным пальцами, а за ними расположились остальные члены отряда.
Как только решетка совсем ушла в пол, я немедленно ринулась к диванчику, без зазрения совести располагаясь на нем прямо с ногами. От расстегивания туфлей меня отвлекли посторонние звуки. Подняв голову я заметила, как к черным креслам движутся одна за другой двадцать пять закутанных в серебристые ткани фигур. Неторопливо они прошли к свои местам и уселись, негромко переговариваясь между собой. Зато замолк зал, до того гудящий, как пчелиный рой. Я уже было собиралась плюнуть на всех их напыщенных петухов, и снова приняться за надоевшую обувь когда дальняя дверь, из которой я недавно вышла, снова растворилась. После нескольких секунд напряженного всматривания в сторону входа мне, наконец, удалось разглядеть почти сливающуюся со сливочного цвета стенами женщину. Еще мгновение, и я с недоумением глядела на одиноко стоящую посреди площадки узнающую, пытаясь сообразить, что она здесь делает. Меж тем Алиса с самым ехидным выражением лица, на которое была способна, повернулась ко мне и подмигнула, словно старой знакомой. После чего, мгновенно забыв о моем существовании, прошествовала к скамейке и расположилась с царственным видом.
Чего-чего, но появления блондиночки в зале заседания я никак не ожидала. А она, забросив ногу на ногу, спокойно разглядывала судей, зрителей, чувствуя здесь себя явно, как дома. Невольно отметив про себя, что выглядит узнающая просто потрясающе, я так и замерла среди маленьких подушек, слегка подавшись вперед. На площадку вылетел высокий леквер и, не делая практически никаких пауз между словами, затараторил:
— Слово предоставляется главному судье, члену Совета лекверов, Анниморру Терсу, — сейчас же откуда-то из-под пола раздался треск, и на поверхность поползла самая обыкновенная трибуна. Стареющий леквер с густой шевелюрой, придававшей ему сходство со львом, подошел к ней, и что-то шепнув подбежавшему помощнику, начал вещать зычным голосом:
— Сегодня мы собрались здесь, чтобы рассмотреть дело о незаконном пересечении границы Кайроса человеком, женщиной из карантинного мира номер три тысяча семьсот пятнадцать, называемом также Земля. Напомню собравшимся, что заповедный лес Кайрос является частными владениями уважаемого леквера Гервена Элистара и также его Домом. Сие налагает еще большую ответственность за нарушение границ, обозначенных и принятых Советом еще седьмого числа второго месяца три тысячи шестьсот девяносто второго года от пришествия первого человека из карантинного мира, — я невольно с уважением хмыкнула, догадываясь, что именно тогда родился крашенный, а судья продолжал, — Эта женщина, известная нам под именем Лида пересекла данную границу сорок девять дней назад, не причинив никакого урону ни частным владениям эивина Элистара, ни Дому, ни самому Гервену. Данное обстоятельство говорит в пользу ныне подсудимой Лиды. Ее появление на территории Кайроса было отмечено в тот же день нашей великой Всевидящей. На поиск и поимку Лиды немедленно был брошен отряд из трех Советников. Однако по прошествии нескольких часов после взятия преступницы на территории Кайроса двое из них, в том числе офицер личной гвардии
Сотворителя Авирн Свертос, были убиты неизвестным лицом или группой неустановленных лиц.Меня перекосило. Интересно, почему же "неустановленных", если любому нормальному лекверу было ясно, что это дело рук узнающих? Не думаю, что тела тех двухметровых парней и девушек испарились, подобно давешним рубиновым джинам.
— Насколько нам стало известно, впоследствии ее сопровождал член личной гвардии Сотворителя Викант Мениас. Вскоре к ним присоединился эльф, о котором изветно только то, что зовут его Шерненс и что он каким-то образом связан с Гервеном Элистаром. К сожалению, никому не удалось выяснить ни полное родовое имя эльфа, ни его возраст. Также нами не был установлен дальнейший путь продвижения Лиды и ее сопровождения, — Анниморру обвел всех собравшихся хитрым взглядом, как бы намекая на то, что все это выглядит весьма подозрительно. И на сей раз, я была с главным судьей полностью согласна. Правда, не в отношении нашего маршрута. Меня больше беспокоило то, что лекверы не смогли нормально установить личность Шерненса. Сам парень ни разу за всю дорогу ничем подобным с нами не обмолвился. Меня лично удовлетворяло одно то, что он соратник зеленоглазого, а Виканта — что он прилично себя ведет, — На тридцать вторые сутки после пересечения границы, Лида была обнаружена в районе Аквер-вер-Стерсе в окружении упомянутого эльфа и элемы по имени Мэрке Варрая. Обнаружил преступницу капитан отряда Уварс Нерс. Они были взяты под стражу и доставлены в столицу. Но по прибытию в Киарсу эльф Шерненс исчез. Капитаном было принято решение не продолжать его поиски, что расценено Советом, как обоснованное и единственно правильное.
Мои брови невольно поползли вверх. Лекверы словно старательно затирали любое упоминание об узнающих. Но если первая недомолвка могла быть списана на недостаточное количество прямых доказательств или свидетелей, то я не думаю, что почти три десятка воинов могли так запросто забыть о пленении Виканта той брюнеткой. Узнающие, казалось, были здесь неким подобием золотого истукана в первые годы христианства. И вроде официальная религия уже другая, но люди продолжают потихоньку поклоняться языческим богам — не то по привычке, не то из настоящей боязни, что древние боги могут обидеться. В роли христианства в данном случае явно выступал Сотворитель. И, по-моему, всех такое двоевластие пока что устраивало.
— По пути сюда на отряд было совершено нападение… — леквер попытался сделать трагическую паузу, но не смог, поспешно продолжив, — рубиновыми джинами.
По залу прокатилась волна вздохов и шепота. Зрителям такой поворот дела пришелся явно не по вкусу, что сразу стало понятно из следующей реплики Анниморру:
— Это означает, что мы просто обязаны ответить гномам жесткими политическими и экономическими санкциями, вплоть до расторжения некоторых пунктов перемирия. Нападение на членов Совета — это вызов всему цивилизованному миру лекверов.
Шепот сменился громкими выкриками. Я фыркнула. Ну вот, теперь я еще и в развязывании войны виновата. Наверное, Уварс был абсолютно прав, говоря, что убить меня было бы намного проще. И как выясняется не только для меня, но и для всех.
— Существует и еще одно обстоятельство, которое мы обязаны принять как смягчающее. Лида является теперь гражданкой нашей страны вследствие того, что сутки назад между ней и Викантом Мениас состоялась помолвка. Посему с этих пор мы обязаны обращаться к ней в форме, в которой обыкновенно обращаются к гражданам. А теперь слово предоставляется эивине Лидии Мениас. Прошу сопроводить ее к трибуне.
Гервен едва не упал с роскошного сидения. Эта девка и тут сумела выкрутиться наилучшим для себя образом! Сидящая рядом Руалла едва слышно пролепетала:
— Герв, я ослышалась, или наша Лида теперь невеста?
— Нет, сестрица, на сей раз ты совершенно права. Но какова стерва! — не без уважения произнес крашенный, — Чем больше я узнаю эту девицу, тем больше поражаюсь. Мне кажется, это еще не весь запас козырей у нее в рукавах.
— Будем надеяться, — вздохнула девушка, поводя затекающими плечами. Одно в этих креслах плохо: долго не просидишь, хоть они и кажутся такими мягкими и удобными. Видимо поэтому все судебные заседания редко продолжались более трех часов. К тому же само время для проведения суда было на сей раз выбрано неудачно. Солнце уже начинало клониться к закату, продолжая с угрожающе быстро скатываться вниз. Лекверское солнце было еще коварнее, чем человеческое, поэтому даже летом в этом мире темнело быстрее и раньше, чем на Земле. Что уж говорить о полюсах, где оно вставало раз в год, лениво обходило дозором льды и снова пряталось уже через несколько дней после восхода. В свое время Гервену удалось поймать это необыкновенное зрелище полярного заката на одном из островов. Он до сих пор помнил огромное синее море, словно зовущее в свои соленые глубины, белоснежный снег, казавшийся еще белее, чем даже в разгар зимы в Кайросе и тонкую полосу светила, уже через секунду скрывающуюся из виду.
Теперь же зеленоволосому лекверу было не до ностальгии по прошлому. Решетка во второй раз за вечер ушла в пол, и к трибуне направилась уже знакомая группа из человека и двух советников. Лида даже сейчас не могла вести себя нормально, неся расстегнутые туфли в руках, которые ей, наконец-то освободили. Конечно, ведь по закону никто не мог так обращаться с настоящим гражданином этого мира, тем более находящимся в таком высоком положении. Семейство Мениас хоть и было не из самых богатых или влиятельных, но зато имело великолепную репутацию, что порой было важнее даже титулов. Гервен невольно пожалел того ненормального, что дал себя захомутать этой человеческой женщине. Если верить рассказам Шерненса, теперь подтвержденным еще и докладом главного судьи, Лида не была ни глупой, ни сумасшедшей. Скорее наоборот, девушка отличалась острым умом и хитростью. И, приходилось признать, что и смелостью.