Зимнее солнце
Шрифт:
— Тогда разрешите сходить на связной пункт? Думаю, пришло время обратиться к адвокату Лиды.
— Адвокату? — резко обернувшись к эльфу, ляпнула я. Тот едва заметно скривился, явно недовольный моей реакцией, — А, ну да, адвокату…
Теперь уже Уварс странно покосился на меня. Я только нервно сжала край скатерти, пытаясь сообразить, что еще мог придумать эльф. А может и не он? Первым порывом было оттащить парня в сторону и устроить ему допрос с пристрастием. Однако, поймав озабоченный взгляд Шерненса, я на время отказалась от этой идеи.
— Конечно, Шерненс, вы можете идти. Однако я не могу отпустить вас одного, сами понимаете, — словно извиняясь, произнес капитан. Тот согласно
— Постараюсь, — неопределенно пожал эльф плечами.
Оставшаяся часть ужина прошла в полном молчании. Хотя у меня так и чесался язык как следует расспросить эльфа, но элементарная предосторожность не позволяла это сделать. Вид у парня был очень странный. Я раньше никогда не видела его таким напряженным, словно Шерненс готовился не к походу на местный эквивалент почты, а в логово к злому дракону, как минимум. При этом он бросал на меня такие взгляды, расшифровать которые я была не в состоянии, но при этом они чувствительно отзывались на коже крупными мурашками. Редкие, ничего не значащие фразы только разогревали мое любопытство. Наконец, когда все тарелки и подносы со сладостями опустели Уварс, довольно крякнув, произнес:
— Что ж, Алерг, Мерл, вам предстоит сопроводить нашего уважаемого эльфа, а всем остальным — спать! Желаю вам крепкого сна без сновидений, мягких перин и теплых одеял, — я невольно улыбнулась на привычное прощание капитана, которое в данной обстановке стало намного уместнее, чем среди полуразоренных палаток. Сейчас же все советники встали, отдавая своему командиру честь и провожая его умиленными взглядами. Как бы строг не был Уварс, но для воинов он был, порой, роднее отцов и матерей, оставшихся в богатых Домах. Однако, как только он скрылся на втором этаже, лекверы немедленно отправились вон из громадной столовой, посмеиваясь и хлопая друг друга по плечам. Я подождала немного и двинулась за ними следом.
— Лида, — рядом со мной нерешительно мялся в дверях эльф.
— Да, — стараясь не выдавать своего волнения, откликнулась я.
"Теперь-то он точно мне все расскажет!" — с некоторой обидой подумалось мне. Однако продолжение речи Шерненса меня поразило еще больше:
— Прости меня за все.
— Да, ладно. Если ты про сегодняшнее… происшествие у меня в комнате, то я уже и не злюсь. Так что можешь быть спокоен.
— Да нет. Хотя и за это тоже извини. Ты всегда можешь на меня рассчитывать, каким бы странным не казалось мое поведение. И знай, что ты мне очень дорога. Возможно, даже дороже, чем та распроклятая жемчужина Гервену, — эльф горько усмехнулся.
— Шерненс, ты чего? — все еще не понимая, куда клонит парень, тихо спросила я. Но он только погладил меня по плечу, и немедленно вышел, присоединяясь к ждущим его сопровождающим. Первым порывом было догнать приятеля и потребовать объяснений, но что-то остановило меня.
— Ты идешь спать?
— Что? — не сразу поняв вопрос, выдохнула я. Викант терпеливо повторил. Выглядел он тоже не ахти, с подозрением косясь в сторону входной двери, из которой уже выходил эльф. Но как только она закрылась, леквер мгновенно расслабился. Я только плечами пожала.
— Тогда, как у вас там говорят: спокойной ночи? — попытался привлечь он мое внимание.
— И тебе того же, — еле слышно отозвалась я, отчего-то сомневаясь в том, что ночка будет спокойной.
Для Сотворителя каждое собрание являлось настоящим экзаменом по конспирации и актерскому искусству. Причем скрываться от прозорливых взглядов и подбирать нужные слова становилось все сложнее и сложнее. Тем более сегодня, когда все чувства и устремления леквера были устремлены не на выслушивание
доклада Совета и Всевидящей, а совсем в другую сторону. Стоило закрыть глаза, как перед ними возникал навязчивый женский образ, и чудилось, что стоит протянуть руку, и можно будет коснуться тонкой руки. И только речь докладчика мешала Сотворителю полностью раствориться в том, более приятном для него измерении, чем просторный зал приема. Как формальный глава страны (реальное управление уже давно находилось в руках узнающих и главы Совета), он обязан был выслушивать порой такой бред, что самому становилось стыдно за своих подчиненных, за их талант лгать, точнее, за его отсутствие. Сам Дэрлиан обладал им в такой степени, что даже каштановые глаза его не выдавали своим случайным блеском. Врать в лицо его научила сама жизнь.— Ну, так что там с этой человеческой девчонкой? — чуть искривив губы в усмешке, поинтересовался леквер.
— Как нам стало известно, — густым басом начал ордевус, — отряд, сопровождающий преступницу, уже прибыл в Киарсу. Еще несколько суток, и они достигнут столицы.
— Никаких происшествий в отряде не было?
— Нет, Сотворитель. Капитан Уварс — достойный леквер, способный провести любую операцию, — мужчина хмыкнул. Плохо скрытый намек достиг своей цели, и он с ленцой кивнул:
— Вернется, выпишите капитану Уварсу вознаграждение.
— Сделаем.
— Ну-ну! А как же мертвые земли? Ведь трое воинов погибли, а у остальных были высосаны сущности, — поправляя густые светлые волосы, не преминула сдать своего конкурента узнающая, — Или вы это не считаете происшествием?
— Это правда, Сверт? — нахмурившись, уточнил Дэрлиан. Генерал со злобой покосился на Всевидящую, однако, кивнул. По упитанному лицу леквера пошли багровые пятна гнева, сливаясь с цветом его мундира. Сотворитель мельком отметил, что этот мундир неплохо было бы сменить на синий, командующего полком, — Значит, генерал, вы признаете, что Уварс не смог сохранить жизни своих подчиненных?
Сверт еще раз кивнул. Он-то уж отчетливо мог прочитать в этом "Уварс не смог" явное "вы не смогли", пока еще "вы". На миг ему даже показалось, что его красный мундир стал синеть, но к счастью для леквера, это было лишь видение.
— Но ведь они проходили через мертвые земли! — попытался оправдаться командир армии.
— А кто, скажите, мешал их обойти? — с иронией парировала Всевидящая, — Насколько мне известно, у них была такая возможность. Да, конечно, такой путь намного короче, но ведь и цена за спешку могла быть заплачена большая. Уварсу еще повезло, что в их отряде появился этот… Шерненс.
— Тот самый эльф? — полуутвердительно уточнил Дэрлиан.
— Он самый. Подручный Элистара, занозу бы ему в одно место.
— Но-но, Азули, не следует так отзываться о наших подданных. Ведь для того, кто все видит, не должно быть различий между лекверами и людьми, большими и малыми народами. Или я ошибаюсь? — взгляд Сотворителя уперся прямо в переносицу узнающий, отчего девушка невольно поморщилась. Ей давно был противен не только Гервен, но и весь мир. Но еще более отвратителен был, без сомнения, главный леквер с его проницательностью и любовью лезть не в свое дело.
— Конечно, Дэрлиан, — теперь пришла очередь кривиться мужчине. Почти никто даже из его ближайшего окружения не обращался к нему по имени. Во-первых, потому что формально у Сотворителя не должно было быть имени. А, во-вторых, он сам привык отзываться совсем на другое сочетание звуков. Правда, это было давно, и сейчас подобные воспоминания приносили лишь горечь. Однако Всевидящая часто пренебрегала правилами, отлично зная, что все сойдет ей с рук, — Простите меня, я больше не буду так отзываться о ваших подданных.