Западня
Шрифт:
— Сутулый! — в один голос воскликнули Джек с Барнаби.
Теодор улыбнулся. Ему было приятно, что клиенты получают столько информации. В его практике бывали случаи, когда год кропотливой работы не приносил ничего, кроме уныния, хотя все счета исправно оплачивались клиентами.
С этого момента записи Теодор сделал увеличение, и лица Мартина и Сутулого стали видны лучше.
Они о чем-то договаривались, Мартин был подчеркнуто любезен, а Сутулый перед ним заискивал.
— К сожалению, уличный шум не давал возможности записать, о чем они говорят, — сказал Теодор. — У меня была с собой акустическая
Наконец беседа закончилась, и Сутулый вернулся в здание.
Мартин выехал на проезжую часть, за ним поспешил серый «Глостер», и последним в этой компании двинулся Теодор.
— Кто же это может быть? — спросил Джек. — Я имею в виду сыщика.
— Сейчас я немного прокручу. Ага, вот здесь… Как видите, на этот раз Мартин оставил машину возле одного из зданий в деловой части города. Нетрудно заметить, что площадка, где он оставил машину, охраняется. Видите пост?
— Вижу.
— Корпоративная стоянка. И обратите внимание, какие на ней машины.
— Да, — заметил Барнаби. — Тачка Мартина там едва ли не самая скромная.
— К сожалению, на записи этого не видно, но, проходя на территорию, Мартин махнул перед охранником специальным пропуском.
— Я не вижу вывески, — сказал Джек.
— Ее нет. Мартин пробыл внутри около двух часов. Все это время парень из «Глостера» прогуливался по периметру охраняемой зоны. С собой он носил еще какой-то компакт — может, инфрадатчик, может, что-то еще. Не исключено, что он сумел добыть еще какую-то информацию.
— Но кто же он?
— Можно только предполагать. Смотрите дальше, пока этот парень обходил здание, я прошелся вдоль его «Глостера» и на заднем сиденье машины заметил несколько кофров…
Теодору пришлось снимать сквозь пыльное стекло боковой двери, однако объектив четко выделил фирменный лейбл, повторявшийся на всех кофрах — «Шэдоу скин».
— Знаете, что это такое?
— Нет, — честно признался Джек.
— «Шэдоу скин» выпускает самое совершенное и самое дорогое шпионское оборудование. Стоимость того, что лежало на заднем сиденье, навскидку, вероятно, двести кусков.
— Вот это цены! — поразился Барнаби.
— Вот именно. Так упакован может быть только специалист, работающий на правительство, либо штатный сыщик какой-нибудь крупной компании.
— А удалось что-то узнать про это здание?
— Да. Как раз это оказалось сделать нетрудно. Это фирма «Баярд», по крайней мере, так она называлась три года назад. «Баярд» является филиалом огромного охранного агентства «Филипп Таккер». У агентства много представительств и филиалов, а занимается оно охраной особо ценных объектов. Причем масштабы у них такие, что, скажем, человек с кошельком в пятьдесят миллиардов батов для них не слишком желанный клиент. А вот транснациональные корпорации и даже правительства часто пользуются их услугами.
— Значит, Мартин трудится в этой организации? — спросил Джек.
— Ну, если вас это заинтересует, я могу поработать и в этом направлении.
— Хорошо, Теодор, об этом мы еще поговорим.
На экране появился вышедший из здания Мартин.
— Вот он, наш молодец, — сказал Барнаби. — Работает, значит, на «Баярд». А вот у меня вопрос: «Филипп Таккер» — важное агентство, так?
— Очень
важное, — подтвердил Теодор.— А чего же оно здесь охраняет? Какие такие в вашем городе есть тайны и ценности?
— Ну… кроме нескольких ювелирных фирм, двух— трех банков и военно-воздушной базы в полусотне километров от города, никаких важных объектов я не знаю.
— А знаете возле реки приплюснутое здание, похожее на коробку из-под печенья? Вроде бы там было золотохранилище.
— О нем нет никакой информации, только слухи, будто там все еще хранят что-то важное. Якобы это связано с компанией «Фьорд».
— «Фьорд»? — переспросил Джек и подмигнул Барнаби. — Это которая производит программы для сверхбыстрых ваквантеров?
— Вот-вот. Для больших стратегических машин. Говорят, будто в этом здании хранятся исходные коды программ.
— Ух ты! — поразился Барнаби, хотя ничего не понял.
— То есть, если слухи верны, это хранилище подходит компании «Филипп Таккер» для приложения своих сил. Правильно?
— Выходит, что так, — согласился Теодор.
— А нельзя ли как-то выйти на парня, который таскается за Мартином? — спросил Барнаби. — Может, обменяться с ним информацией…
— Нет. — Теодор покачал головой и улыбнулся. — Это чистое самоубийство. Если уж кто-то пытается сунуться в дела «Баярда», а правильнее сказать, в дела «Филиппа Таккера», то это очень большой игрок. А большой игрок не станет вести переговоров со всякой мелюзгой вроде меня. Прихлопнут сразу.
— Ну ладно, включайте дальше, — сказал Джек. Теодор снова запустил просмотр записи.
— Все, тут мы едем домой… — пояснил сыщик. — Я старался держаться подальше, поэтому машины Мартина почти не видел, ориентировался только по «Глостеру». Он притормаживает, и я тоже, он ускоряется, и я за ним.
— А это не может быть кто-то из ваших городских коллег? — спросил Джек.
— Едва ли. Я практически всех в городе знаю. Я могу не вспомнить имя, но в лицо сразу бы узнал… Вот тут мы стоим возле ресторанчика «Лотос» — Мартин зашел перекусить. Мой коллега из машины не выходил. Я тоже. Через сорок минут Мартин вышел, и мы поехали к нему домой. На шоссе ничего интересного не происходило, я прокручу…
Следующее включение было уже в сумерках.
Неожиданно серый «Глостер» оставил Мартина и поехал прочь.
— Он точно знает, что объект возвращается домой, — прокомментировал поведение коллеги Теодор. — Видимо, уже провожал его сюда раньше и решил, что есть дела и поважнее.
— Например, срочный доклад начальству… — предположил Джек.
— Скорее всего, так и есть.
— Значит, они спешат, — заметил Барнаби. — Хотят опередить Мартина.
Последними были кадры, которые Теодор снимал с дерева.
Мартин в майке перед открытым холодильником. Потом зажегся свет в другой комнате.
— Живет один. Ни жены, ни детей. В гараже нет других машин, кроме его любимицы. На лужайке перед домом не видно велосипедов, кукол, мячей — всего того, что говорило бы о наличии детей.
В комнате на стене большой постер с полуголой девицей, в щель между шторами видны ее бедро, рука и часть надписи… Видите?
— Да, — согласился Барнаби. — Ни одна женщина не позволит мужу развешивать такие картинки. Тем более в присутствии детей.