Заказ
Шрифт:
Чисто в воспитательных целях он поспорил с ней насчет герметика для кабельных выходов. Он сказал, что в полете можно же и универсальным пользоваться, на что она возразила, что кабельный герметик дешевле. Это был резонный довод, но командир сказал, что зато кабельным нельзя заделать дырки в других местах, а мы же не знаем, где у нас будут дырки. Командир не был вполне уверен в своей правоте, но бортмеханик неожиданно с ним согласилась.
В общем, аппрув списка закупок прошел быстро и почти без дискуссий. Бортмеханик полезла на станционный сервер делать заказы, а командир откинулся на
Командир махнул рукой, вывел на планшет управление развлечениями и включил музыку -- не на планшете, а на динамиках кабины. Отсек заполнил мягкий глубокий звук контрабасного пиццикато:
It's dreamy weather we're on
You waved your crooked wand
Along an icy pond with a frozen moon
– Игорь!
– снова использовала укоризненную интонацию бортмеханик.
– А что Игорь? Тут сто ватт и не на полную мощность. Мы до утра больше надышим.
– Ну, как знаешь. Мое дело предупредить. А вообще, я давно хотела спросить. Почему "Алиса"? Твою бывшую ведь зовут по-другому?
– А при чем тут вообще... Ничего нельзя придумать глупее, чем называть корабль в честь бывшей жены.
– А тогда в честь кого?
И тут прошел голосовой вызов по личному каналу. Командир посмотрел на дисплей планшета и закрыл лицо рукой. Бортмеханик вспомнила про его бывшую очень вовремя. Но деваться было некуда. Он нажал кнопку на гарнитуре.
– Игорь, это Ольга. Есть сто секунд?
– Есть.
– пытаясь имитировать нейтральный тон сказал командир.
– У меня к тебе дело.
– Я слушаю.
– Ты совсем не занимаешься воспитанием дочери!
– Но... Ну да, у нас бывают длинные радиомолчания... Но я же присылаю деньги...
– Деньги -- да, но этого же мало!
– А... а что еще я реально могу сейчас?
– Я правильно понимаю, что вы идете на Цереру?
– Вообще-то... ну да. А что?
– Ты можешь отвезти Машу к бабушке.
Командир сделал глубокий вдох, досчитал в уме до десяти и только после этого рискнул ответить:
– Мне кажется, это весьма странная идея.
– Ты, может быть, не в курсе, что Бригитта сближается с Вестой. А эвакуацию гражданских до сих пор не объявили.
– Но... У меня же не пассажирский корабль!
– Мне кажется, на твоем корабле будет безопаснее.
– Оль, я капитан этого корабля! И мне кажется, мое мнение...
Бортмеханик наконец-то поняла, с кем он разговаривает, втянула голову в плечи и посмотрела на командира виновато. У командира почему-то всплыла в голове фраза: "А больше всего было стыдно Максима и Федора, которые мало того, что пьянь политурная, а еще и смотрят с сочувствием". Откуда это?
– А почему на Земле во время войн всяких випов возили на эсминцах и бомбардировщиках, а не на гражданских самолетах?
– Оль, но те эсминцы, если я правильно понимаю, не выполняли боевых заданий, пока...
– Но вы же не собираетесь... Вы же идете на Цереру перегружать реактор?
Похоже, за время боевых походов командир
слишком привык общаться с рационально мыслящими людьми. Или наоборот, за время совместной жизни Ольга слишком хорошо изучила его слабые места. Она, вроде бы, говорила полный бред, но почему-то оказывалась все более и более права. Запрошенные сто секунд разговора давно уже прошли, и командир, в конце концов сломался.Бортмеханик, разумеется, потребовала объяснения, и как ни странно, одобрила его решение.
– А что?
– сказала она.
– У нас ведь правда безопаснее, чем на пассажирском...
– И ты туда же. - вздохнул капитан.
– А куда мы ее поселим?
– Можно твою каюту перегородкой разгородить. Или ко мне...
– А кресло и скафандр? Слушай, пока еще не поздно, включи в заказ, я со своей зарплаты оплачу.
– Не надо из зарплаты.
– сказала бортмеханик.
– У нас есть кресло. Ну...
– по ее лицу было видно, что она поняла, что спалилась, но все-таки продолжила.
– Оно, правда, не кресло, его собрать надо...
– Аполлонские катафоты.
– со вздохом сказал командир.
– Вы что сегодня, все сговорились меня доконать? Давай сюда списки закупок!
– Я сегодня ничего для кресел не покупала!
– бортмеханик испуганно захлопала глазами.
– Я не говорю список, я говорю списки!
– Так... оно же не в списках!
– А откуда оно тогда взялось???
– Я его на "Кентербери" взяла. Ну... по большей части.
– Подожди, еще не легче. Ты хочешь сказать, что мы сдали приз с неактуальным манифестом?
– Почему неактуальным??? - перешла в контрнаступление бортмеханик.
– Оно там тоже неучтенное было!
– Тоже??? Скрипи мои шпангоуты!!! Это что, какой-то международный заговор механиков??? У нас что, на корабле нет актуального манифеста???
– Е... есть. У меня.
– Вот так, значит. То есть это не тот манифест, который у меня???
Ответом ему было молчание и хлопание глазами.
– То есть, получается, мне надо проводить ревизию не базы данных, а непосредственно в трюме и каптерках?
– Нет... зачем... У меня-то база актуальная. Я солью...
– Так а откуда я-то знаю, что ты мне актуальную базу зальешь? Я, вообще, кто на этом корабле??? Я имею право знать, что, кто и почему у нас на борту находится???
Таким образом, бывшая жена обеспечила командира и бортмеханика занятием почти на все время до стыковки со станцией. Результаты ревизии оказались не так ужасны, как боялся командир. Недостач не обнаружилось, да и избытки оказались меньше, чем он сначала предполагал. Так что он решил ограничиться внушением больше так не делать.
Первый импульс гомановского трансфера они выдали на маршевом двигателе, но тормозиться при сближении на маршевом было нельзя: высокоэнергетическая струя плазменного двигателя могла повредить станцию, а у той не было даже возможности отклониться. К тому же, из-за размеров станции, корабль не мог подойти к ней с развернутыми мачтами. Но относительная скорость была небольшой, с ней вполне могли справиться маневровые двигатели. Со словами "кислород дешевле перекиси", командир переключился на холодно-газовый RCS.