Чтение онлайн

Походный образ жизни уже стал входить в привычку. Прятаться, защищаться, нападать и убивать тоже. Когда варишься во всем этом круглосуточно, когда от твоих действий зависит не только твоя жизнь, но и тех кто рядом, то быстро учишься принимать решения и действовать на опережение. И в монстрах учишься видеть не людей, а опасность.

И ладно бы только монстры, но и от людей тоже учишься прятаться и защищаться. Сумасшедший доктор не оставил свои бредовые идеи сделать из Златы подопытную, собрал последователей, и преследует их без устали. Свою группу он назвал «Миссионеры», вот так просто, но вместе с тем и громко. Те кто выжил, велись на внешнюю мишуру, думали что их действительно будут спасать. Но энтузиазма их хватало не надолго, ровно до тех пор, пока они не окунались во

внутреннюю кухню группировки.

Ведь там, тех кто не был еще заражен ядом монстров, насильно заражали. А затем тех, кто благополучно пережил яд и не обернулся кровожадным одичалым пожирателем, и тех кто пришел уже с проявленной мутацией, исследовали. И если доктор обнаруживал что-то по его мнению интересное, этих людей ждали жуткие опыты, частенько заканчивающиеся смертью подопытных. Последователи называли это необходимым злом, оправдываясь великими целями и спасением цивилизации. Да и нужны ли им были оправдания? Ведь они творили то, что хотели, потому что чувствовали свою безнаказанность. Вседозволенность дурманила мозг как наркотик, позволяла чувствовать себя чуть ли не богами.

Злата с Максом противились этому произволу и по мере возможности спасали людей из лап миссионеров. Они забирали поломанных, изувеченных подопытных и отводили их в свое тайное место, где организовали поселение. Вылечившись кто-то из освобожденных уходил в поисках лучшей доли, а кто-то оставался бороться против изуверов, которых оправданно считали чуть ли не хуже пожирателей.

Свое тайное место они организовали чуть ли не на виду, под самым носом у миссионеров. Вместе со своей новой группой окопались в лесу, вырыв там землянки. И даже нашли способ сосуществовать с монстрами становясь для них невидимками. Один из мужчин, был из тех кого они спасли от миссионеров, обладал уникальным средством, благодаря которому одичалые воспринимали их за своих, поэтому не трогали. И уникальным средством оказалась... моча, на основе которой изготавливали мазь и ее наносили на кожу и одежду. Мазь получалась вонючей и наносить ее на себя было противно, но жить хотелось сильнее.

Мир менялся очень быстро и каждый день приходилось подстраиваться под новые реалии. Незыблемым оставалось только желание сумасшедшего доктора заполучить Злату для своих чудовищных опытов. Ведь никого с похожими способностями, так заинтересовавшими его, он так и не нашел.

Но найти и поймать вожделенную цель никак не получалось. Ведь окрестности были наводнены монстрами, а чудодейственной мази помогающей оставаться незамеченными у его группы не имелось, да он и не знал о ней ничего. А тут еще слишком правильный Макс со своими замашками спасателя путал все карты. То спасал никчемных людишек, над которыми он проводил опыты, конечно же на благо всех, то запутывал следы и прятал этих людишек вместе с так нужной ему девчонкой. А в последнее время как с цепи сорвался, стал каким-то образом приводить стада монстров прямо под стены базы, причем его самого одичалые пожиратели почему-то не трогали. А вот миссионерам приходилось отстреливаться по нескольку часов к ряду. Обоймы пустели, а пополнить запасы было негде. Нужна была вылазка на дальнее расстояние, но проверенного человека, которому можно доверить такое важное дело, все не находилось.

А между тем зима была в полном разгаре, и ночами были сильные морозы.

Мир меняется к худшему,

Мы меняемся с ним.

И стремиться ли к лучшему

В выбор наш превратим.

Охота не удавалась. Попросту не на кого было охотиться. Голодающие одичалые подъели даже мышей. Близлежащие населенные пункты и палаточные лагеря тоже уже были подчищены от всего съестного и того, что могло помочь выжить в новых условиях. Люди в лагере Макса начали голодать.

В связи с этим собирали вылазку. Несколько крепких ребят вызвались добровольцами. Посовещавшись и обсудив сложившуюся ситуацию со всех сторон, решили,

что будет три группы по два человека. Каждая группа пойдет по своему маршруту, и попытается добыть необходимые для обитателей лагеря ресурсы.

Из-за того что не хватало припасов, а людей в их небольшом поселении становилось все больше, Злата уже пару недель как питалась кровью. Сначала это была кровь животных, пойманных на охоте, а также столь необходимым ресурсом для нее добровольно делился Медведев, который был единственным в их поселении кто знал о пикантной особенности девушки. Потом под присмотром Максима она понемногу пробовала кровь обратившихся существ, которых они специально отлавливали для этого. От их крови насыщение происходило быстрее, и хватало его на большее время. Но вместе с этим прибавлялась энергия, повышалась выносливость, скорость и регенерация. Словно ее питательность для Златы была выше.

Поэтому, в отличие от остальных членов группы, она не страдала от недостатка питания, а была полна энергии и сил. Злата быстро научилась обращаться с арбалетом и чаще других совершала вылазки с целью охоты. Арбалет как вид вооружения тоже был не случайным выбором, а все потому что это было тихое оружие с достаточной дальнобойностью, чтобы не подвергать себя ненужной опасности.

Вот и в этот раз девушка решила испытать удачу и попытаться добыть на охоте хоть какую-то добычу. Она уже довольно часто стала выбираться одна. Так девушке было проще, потому что сейчас она была быстрее любого из их лагеря, да и сил у Златы было больше, благодаря тому что питалась кровью. Ей очень нравилось, что скорость ее сейчас могла сравниться практически со скоростью автомобиля. А еще ей нравилось, что она могла себя защитить, как от одичалых пожирателей, так и от людей.

Пробираясь через заснеженный лес, она чутко прислушивалась к окружающему пространству. Но не слышала ни одного шороха издаваемого живыми существами, да и следов животных она тоже не наблюдала. Внезапно, со стороны дороги, послышался звук едущей от военной базы машины. Злата тенью скользнула в том направлении. Вдруг авто остановилось, и из него выскочил мужчина, рванув к ближайшим кустам. За всем этим Злата наблюдала стоя за деревом, которое росло на холме возле дороги.

– Вот же черт,- простонал мужчина из кустов,- та тушенка явно была испорчена. Живот режет хоть вой, а задницу сейчас порвет к чертям собачьим.

– Ну еще бы,- ответил водитель, тоже выходя из машины и прикуривая сигарету,- эта банка стояла открытой наверно недели две, а ты накинулся на нее как с голодного края явился. Никто даже пикнуть не успел как ты все ее содержимое заглотил. Тебя даже плесень,- хохотнул водитель с удовольствием затягиваясь никотином,- по краям, не смутила.

– Да ну тебя,- зло просипел из кустов страдалец,- я думал, что ее только открыли. А плесень вообще не видел. Правда, вкус показался странным, но я подумал, что эта банка из новой партии.

– Ага, из такой новой, что плесенью покрылась.

– Хватит ржать,- прорычал мужчина выходя из кустов и на ходу застегивая штаны,- лучше скажи, что док задумал? Он в последнее время вообще с катушек слетел. Кромсает всех на лево и направо без разбора. А та девка, которую всю ночь изучал,- он передернул плечами,- я много чего видел, да и сам не святой, но чтоб так изувечить кого-то... Он же улыбался, как маньяк когда мы ее по пакетам собирали. Девку за забор выкинули, но это даже не труп был, а какое-то кровавое месиво. Он ее всю разделал как мясник.

– Ты с самого начала знал на что, шел,- строго заметил водитель,- когда с ним связался. Все мы знали. Но сейчас не те времена, когда можно нос воротить. Сейчас нужно занимать сторону того, кто сильнее. На базе запасы еды на несколько лет вперед. Да, из-за нападений пожирателей, перебои с вооружением. Но есть надежные стены. Плюс наши люди собрали группу на вылазку за оружием. Когда они вернутся, нашей группе не будет равных по силе.

– Да, ты прав,- ответил другой мужчина,- только вот почти половина наших завтра поедет за оружием с большей частью вооружения имеющегося у нас. На этот период, пока они не вернутся, мы будем беззащитны как младенцы.