Юлл
Шрифт:
– И не удивительно, – Левис с удовольствием отпил пару глотков из бокала и откинулся назад на спинку дивана. – Я только сегодня прилетел в Йоханнесбург из Австралии, а до того работал в странах Юго-Восточной Азии над закрытыми темами. Так что ты и не мог обо мне слышать. Но сейчас я свободен. Срок моего контракта истёк пять дней тому назад, о чём я ни капли не жалею.
– А где ты остановился?
– Пока, нигде. Вещи свои я оставил в камере хранения в аэропорту, пошёл прогуляться по городу и встретил тебя.
– Ничего себе встретил, – вдруг, забеспокоился доктор Мабулс. – Слушай, а ты не убил этих парней, которые на меня напали?
– Они,
– Хорошо, если так, – покачал головой Мабулс, – а то они лежали на мостовой будто мёртвые, даже не шевелились. – А где ты собираешься жить, в гостинице?
– Не знаю ещё, – беззаботно махнул рукой Сэм Левис, – я как-то не задумывался. Может быть, ты что-либо посоветуешь, а то я города совсем не знаю.
– А оставайся у меня, – удивляясь сам себе, вдруг, выпалил Мабулс. – Я живу один в трёх комнатной квартире, одну комнату могу выделить тебе. Поживёшь у меня, пока не подыщешь себе другое жильё. С городом познакомишься, да и мне не так скучно будет.
– Хорошо, – сразу согласился Сэм, – завтра я съезжу в аэропорт и привезу свои вещи, у меня их не много – сумка, да небольшой чемодан.
– А чем ты собираешься заниматься? Или решил, пока, отдохнуть?
– Я читал, что у вас тут в городе имеется вычислительный центр, – повернул голову Сэм, в упор, посмотрев на Лео.
– Да, – смутился Мабулс, – и я в нём работаю. Директором центра является Рауль Боун, но он не очень привечает нас – темнокожих.
– Отдыхать лучше где-нибудь на Лазурном берегу средиземного моря или на побережье Флориды, в форте Лодердейл, например, а я приехал сюда работать, хочу устроиться по специальности в ваш вычислительный центр.
– В наш центр? – замялся Мабулс, – видишь ли, это будет очень сложно сделать. Я уже говорил, что Директор центра…
– Да, да, – перебил его Левис, – директор «не привечает нас – темнокожих». Но ты, ведь, замолвишь за меня словечко. А я уж постараюсь найти способ уговорить вашего директора.
– Я попробую, – в голосе Лео не было уверенности. – Конечно, если бы ты предоставил солидные рекомендации от тех фирм, в которых ты работал. Это немного бы облегчило задачу. Но я не могу ни за что ручаться.
– Ого! – вдруг сменил тему Сэм Левис. – Уже половина первого, заболтались мы с тобой. Да и после такой переделки, в которую мы оба попали, неплохо бы отдохнуть. Давай поговорим обо всём завтра.
– Конечно, конечно, – засуетился Лео Мабулс, – сейчас я постелю тебе в комнате, там у меня стоит ещё один раскладной диван, надеюсь, там тебе будет удобно.
Левис не возражал, и Мабулс ушёл в комнату, чтобы приготовить своему новому другу постель. Как только за ним закрылась дверь, лицо Левиса тут же приняло серьёзное выражение. Он резко встал с дивана, быстро подошёл к книжному шкафу, достал из него стопку книг по программированию, математическому анализу и машинным языкам. Положив книги на журнальный столик, Сэм начал быстро-быстро пролистывать их, откладывая просмотренные в сторону. Когда Мабулс вернулся в гостиную, Сэм положил на столик последнюю книгу.
– Вот, – предваряя вопрос хозяина, произнёс Левис, – решил посмотреть твою библиотеку, хорошая у тебя подборка.
– Можешь
почитать, если тебя что-то заинтересует, у меня тут все последние новинки.– Спасибо, – кивнул ему Сэм, – но это всё мне знакомо, у нас была обширная библиотека, в которую поступали новинки со всего света.
Он широко улыбнулся, и быстрым шагом направился в свою комнату.
Мабулс, собрав со стола книги, поставил их в книжный шкаф.
– «А этот Сэм Левис немного странный», – вдруг, подумал он. – «Улыбается приветливо, а глаза остаются жёсткими и холодными. Впрочем, человек мне, вероятно, жизнь спас, а я тут к нему придираюсь. Давно пора спать».
Он повернулся к комнате Левиса, минуты две оттуда доносились шорохи, а, затем, щёлкнул выключатель и все стихло. Лео выключил свет в гостиной, пошёл к себе в спальню, быстро разделся и лёг, но сон не шёл, вероятно, действовала пилюля, которую дал ему Левис. После пережитого дня не чувствовалось никакой усталости. Он закрыл глаза, вспоминая прошедший вечер. В памяти опять всплыла подвыпившая компания белых парней, нападение на него и столь неожиданное спасение, лицо Сэма Левиса, держащего его за плечи, и неподвижные тела на асфальте в изломанных позах со струйками крови, вытекающими из уголков рта.
– «Как это он их? Что это? Каратэ? Кун – Фу? Где и зачем он обучался столь эффективным и страшным приёмам рукопашного боя?»
И тут Мабулсу, неожиданно, пришла в голову мысль, что Сэм Левис, на самом деле, совсем не похож на чернокожего, он только сейчас это понял. Вероятно, кто-то из родителей Сэма был белым, скорее всего, европейцем. Черты лица у него тонкие, европейские, волосы не жёсткие и курчавые, а тонкие, мягкие и волнистые. Возраст определить трудно: кожа гладкая, как у молодого юноши, даже пушка на лице нет, а волосы седые. Рот у Сэма небольшой, губы серые и тонкие, даже далеко не у всех белых бывают такие, а глаза крупные, тёмные, почти без белков, очень серьёзные и умные. Когда он смотрит прямо в лицо, создаётся впечатление, что видит тебя насквозь и читает мысли. И кожа у него необычная, не коричневая или чёрная, а тёмно-серая с матовым отливом, такой цвет кожи Мабулсу видеть никогда не приходилось. Но тут его размышления прервала, накатившая разом усталость, он почувствовал, что проваливается в тёмную приятную бездну и тут же уснул.
– Тимкэс, это я – Хограс. Как у тебя дела? Как устроился?
– Всё нормально, Хограс, у меня приветливый хозяин и хорошее жилище. Сколько я имею времени?
– Пока не могу тебе точно сказать, думаю, не больше семи – восьми дней, я ещё не говорил об этом с Брастом, он, пока, ничего про тебя не знает. Ты же знаешь, я не одобряю твоё чудачество, и я согласился на это только ради тебя. Думаю, что Браст это не одобрит, когда узнает, а не поставить его в известность я не имею права. Если он прикажет, тебе придётся немедленно возвращаться.
– Будет очень жаль. Я могу узнать много интересного, да и отдохнуть не мешает, надоело мотаться от одной базы к другой, занимаясь отысканием резервных зон, в которых приходится изнывать от скуки в горах.
– Но – но! Ты это, поосторожнее. Браст и с тебя, и с меня голову снимет, если информация о нашей деятельности просочится к аборигенам.
– Не очень-то маскируется наш Браст. О нас и так почти все аборигены знают. По-моему, мы им все глаза намозолили.
– Вот тут ты не прав, Тимкэс. Браст знает, что делает, они смотрят и не видят, а, если и видят, то сами своим глазам не верят.