Я - кукла
Шрифт:
– А...А...А...
– ее голова неестественно повернулась и большие глаза застыли над приподнятыми ресницами.
– Лилия.
– позвал я - Лилия.
Она не шевелилась. Я схватил ее за руку, пытаясь нащупать пульс. Пульса не было.
– Что же это такое? Что же это. Ведь там ничего не было.
– бормотал я.
На меня наступила какая- то апатия, мне стало все безразлично. Я вышел в коридор и заглянул в ванну. В ванне неподвижно лежало тело Мишы. Я открыл дверь на лестницу и вышел из дома.
* ЧАСТЬ 8 *
Ноябрь 1993г. Сербия. Белград.
– А как погиб следователь Костромин?
–
– Воробьев вы живы? Как вы здесь оказались?
– спросил он.
– Работаю. Но простите, я спешу.
– Нет стой.
– сказал он, загораживая дорогу.
Я не рассчитал свою силу и он покатился с лестницы вниз головой. Когда подбежал к нему, шея его была неестественно вывернута и я понял, он мертв. Народу на лестнице было немного, никто, судя по всему, ни чего не понял. Я закричал: "Врача. Срочно врача." - и ринулся на выход. Ни кто даже не подумал задержать меня.
Так как штамп в декларации о досмотре груза я получил, мы тут же поехали в Италию.
– Вам знаком снайпер, которого вы захватили?
– Да.
– Почему же вы его не ликвидировали. Вы же знали, что он вас раскроет, а это значит, вам грозят большие неприятности.
– Да знал. В спецлагере я висел на волосок от смерти и, в какой- то степени, ее присутствие не только продлило мне жизнь, но и спасло ее. Это была благодарность. И, потом, я все же надеялся на благополучный исход. А когда я попал сюда, то понял, что я нужен и это тоже вполне устраивает тех, кому служу.
– Хорошо. Пока отойдем от этого вопроса. Ваш шеф, у которого вы служили раньше, а так же некоторые лица других группировок, которые вас знали, погибли. Самое странное, мы не нашли ваших следов в этом деле. Что же произошло?
– Я помогал разрабатывать некоторые операции по их уничтожению. Но сам не участвовал. Мне удалось столкнуть лбами эти две группировки. И там началась кровавая каша. Были третьи, более молодые силы, которые были заинтересованы в ослаблении своих противников. Эти силы выделяли своих ребят и я, под видом противоположной стороны воюющей группировки, устраивал резню ее противников. Потом наоборот, я натравливал ребят на другую сторону, вопя на всех перекрестках, какие кровожадные то те, то другие.
– Вы сказали в ослаблении противников, а почему не уничтожении? Было бы проще, захватить их кормушку и делу конец.
– Некоторые кланы просто неистребимы и, зная систему пополнения их рядов, это просто, обрести себя на длительную войну. Особенно это касается закавказских кланов.
– Могли бы вы сказать, за что вы уничтожили своих противников? Или по другому, не могли бы вы объяснить причины уничтожения людей?
– Лидия и следователь были случайностью. Лидию я хотел пугнуть, она отделалась бы разбитой мордочкой, а вот следователь, здесь все несколько запутанно. Дело в том, что этот следователь был из КГБ. В ходе работы со мной, он применял приемы садиста. Меня он пытал, мучил и еще при нем я еще высказывался, что если буду жив, его удавлю. О нем я как- то не вспомнил, когда вырвался из лагеря, а когда увидел в таможне,
то подумал, что он неспроста здесь и я попался, что это облава и когда он встал поперек, я просто отпихнул его и постарался удрать. В отношении моего шефа и остальныхэти меня продали, причем дважды. Первый раз, когда во время разборок, всю вину своих провалов свалили на меня и пытались за это убить. Второй раз, когда я был взят, меня ни кто не выкупил. Даже этого паршивого черномазого, из- за которого разгорелся весь сыр- бор, мафия сумела выкупить и спасла от смертной казни. Меня же ни мой шеф, ни кто другой, даже, не пытались этого сделать.– Вы говорили о третей стороне, которая участвовала в этих разборках. Кто это?
– Молодежь. Новое хищное, еще более изощренное поколение преступников, которое стремится захватить все рынки сбыта, столкнув старых "воров в законе", находящихся у власти. Я думаю, все группировки, что поделили сейчас власть, со временем попадут под их влияние. Поверьте, они уничтожат всех конкурентов и будут владеть городами и областями.
– Полковник, у меня к лейтенанту вопросов больше нет. У вас, наверно, есть что-нибудь к нему.
– Да, пока, тоже ничего. У вас лейтенант есть ко мне какие-нибудь вопросы?
– обратился он ко мне.
– Да. Я прошу увольнительную и вашего разрешения съездить в город .... в госпиталь к своему другу. И еще, нельзя ли устроить мне свидание в тюрьме с Гердой Калниш.
Они переглянулись.
– Хорошо. По поводу, увольнительной, я ее вам дам, а вот с Калниш, придется подождать. Мы устроим вам свидание. Обещаю. Еще что-нибудь?
– Полковник, можно ли сохранить ей жизнь.
– Вы много хотите лейтенант. Она наемник и, по законам нашей страны, ей обеспечена смертная казнь. Суд рассмотрит и решит ее судьбу.
– Она сломалась. Для женщины такие удары, это перелом на всю жизнь.
– Не будем устраивать дискуссию по этому вопросу. Все. Идите.
* ЧАСТЬ 9 *
Декабрь 1993г. Сербия. Больница в городе....
Я прибыл в уже знакомую больницу и обратился в справочную.
– В какой палате Шипов А.?
– Шипов А. Состояние удовлетворительное. Температура 36,9. Палата 7, хирургическое отделение, второй этаж по лестнице направо- затараторила медсестра.
– Скажите, а работает здесь медсестра, ее звать Мила. Фамилии, к сожалению, я не знаю.
– Справку о медперсонале не даем.
– фыркнула она.
Ну как в России- подумал я.
Порывшись в вещмешке, я вытащил большое яблоко и положил его ей на окошко.
– Это такая беленькая из хирургической, она должна быть сегодня. Я ее видела в начале смены.
– сказала девчушка и уволокла яблоко в громадный карман халата.
– Спасибо.
– и я пошел вправо по лестнице.
Вот и второй этаж. Прохожу палаты 3...,5...,7... и иду дальше. Вот название "автоклавная", "ст. медсестра"... и я останавливаюсь. Стучу в дверь и слышу знакомый, рассерженный голос.
– Погодите. У меня обед, подойдите позже.
Я уже вламываюсь в двери. Мила сидит за столом с бутербродом в руке. Рядом на столе дымит кружечка кофе, разнося приятный аромат, гораздо лучший, чем запах больницы.
– Виктор.
– стонет она- Боже, Виктор.
Я подхожу к ней и целую ее сначала в голову, потом, в пахнувшие ветчиной и кофе, губы.