Выбор
Шрифт:
– Тем хуже для него, - мрачно бросил Рупрехт в спину дьорвикцу. Несмотря на все своей колдовское искусство, он дышал тяжело, и лицо путника налилось кровью от непривычных усилий.
– Чем раньше мы с ним встретимся, тем быстрее все закончится, и наш король сможет вновь вернуться в Фальхейн. Без мага Эрвин слаб.
– На его стороне выступил лорд Кайлус, - заметил сам Эйтор.
– И наверняка не он один. Альфион ждет война, и я не уверен, что меня поддержат многие.
Тем временем Эвиар легко взбежал на вершину холма и остановился, уставившись куда-то вдаль. Когда его нагнали прочие путники, они поняли, что привлекло внимание эльфа.
– Сюда мы шли?
– уточнил Эвиар, покосившись на короля Эйтора.
– Да, - кивнул правитель Альфиона.
– Это то самое место. А за дальними холмами находится тракт.
– Сомневаюсь, что у них есть лошади, - хмыкнул Бранк Дер Винклен.
– Для чего они обычным крестьянам? Пара кобыл, в лучшем случае, да и то не из тех, что привычны ходить под седлом, - пожал он плечами, выражая глубочайшее сомнение.
Ратхар, пытавшийся после давшегося ему очень нелегко подъема восстановить дыхание, ничего не говорил. Но юноша все же успел во всех подробностях рассмотреть селение. В центре его стоял большой дом, стены которого были сложены из толстых бревен, а крыша выстлана соломой. Дом был намного больше тех изб, которые строили в родном краю самого Ратхара, и мог вместить, пожалуй, десятка два жильцов.
Вокруг главного строения были разбросаны какие-то сараи, хлевы, хозяйственные пристройки, и все это было обнесено высоким палисадом из заостренных кольев. Юноша смог разглядеть даже сновавших меж построек людей, большого пса, развалившегося возле запертых ворот, и пасшихся поодаль коров, за которыми присматривал одинокий пастух, растянувшийся во весь рост на склоне холма.
До путников долетали голоса, мужские и женские, блеяние овец, крики петухов, и стук кузнечного молота, доносившийся из крайней постройки, в отличие от прочих, сложенной из камня. Хутор казался весьма богатым, и Ратхар подумал, что его жители могут быть вовсе не рады появлению каких-то бродяг.
– Лошади у них есть, - между тем уверил сомневающегося рыцаря король.
– Но я не уверен, что эти люди по доброй воле расстанутся с ними. Проклятая страна, - в сердцах воскликнул он.
– Даже владыка этих земель не может взять то, что ему нужно!
– О, с этим трудностей не возникнет, - многообещающе усмехнулся Рупрехт.
– Не сомневайся, государь, эти люди сочтут за благо отдать все, чего бы мы ни попросили у них, и никак иначе.
Эйтор только покачал головой, но ничего не ответил магу. Королю хватило расправы с людьми Эйтора и Кайлсу, чтобы понять, что их новый спутник не очень разборчив в средствах, когда становится действительно опасно. В прочем, сейчас и сам Эйтор не был готов уговаривать и просить.
К сожалению, все произошло именно так, как предполагал Эйтор, и, наверное, к полному удовольствию Рупрехта, получившего возможность еще раз продемонстрировать спутникам, на что он способен.
Спустившихся с холма людей выстрелили запертые на мощный засов ворота, за которыми надрывался почуявший чужаков пес, гавканью которого вторили весьма возбужденные голоса.
– Кого несет, - недовольно прозвучало из-за ворот в ответ на властный стук Дер Винклена.
– Кто такие? Чего надо?
Рыцарь оценил надежность преграды, которую едва ли можно было разрушить и топором, не то, что мечами. Палисад из плотно пригнанных кольев высотой почти восемь футов тоже внушал уважение. Пожалуй, решил рыцарь, этот хутор мог бы выдержать настоящую осаду, и
уж тем более его обитателям не стоило опасаться каких-нибудь разбойников. Если только те не явятся внезапно. Наверняка там, за стенами, хватало оружия, чтобы отогнать прочь незваных гостей.– Отворяйте, - громко произнес Эйтор.
– Я король Альфиона, и мне нужны ваши кони!
На мгновение над частоколом показалась вихрастая голова. Молодой парень, совсем еще юнец, окинул подозрительным, полным страха и опаски взглядом незваных гостей, и каждый из пришельцев отчетливо мог представить, что подумает этот мальчишка, и его родичи, увидев компанию вооруженных людей, одетых кто как, в разные лохмотья.
– Король, значит?
– глумливо рассмеялся невидимка, уверенный в своей безопасности там, за мощным забором.
– Ну, тогда я сам император Эссара. Проваливайте подобру-поздорову, голодранцы, если вам ваши шкуры дороги, - уже серьезно, с ощутимой злостью, добавил он.
– Сунетесь, всех порубим на куски, и псам скормим!
Эйтор опешил. Он никак не ждал такого обращения от собственных подданных. Конечно, людям, что жили на хуторе, это было простительно, ведь не так легко поверить, что рано поутру - ну, пускай в полдень, какая разница?
– в твой дом так запросто является сам государь, причем пешком и почти без свиты, да и те спутник, что с ним были. Походили скорее на грабителей или просто бродяг.
– Позволь, государь?
– Рупрехт вопросительно взглянул на ошарашенного таким поворотом событий короля, и, дождавшись утвердительного кивка, приказал: - Все прочь! Не мешайте мне!
Беглецы отпрянули, не смея спорить с магом, а сам Рупрехт замер в нескольких шагах от ворот, смерив их полным презрения взглядом.
– Хагалаз!
– Повинуясь возгласу чародея, створки ворот, сколоченные из толстых досок, скрепленных железными полосами, с треском вогнулись, слетев с мощных петель и упав на двор.
– Вот так, - усмехнувшись, произнес Рупрехт, шагнув в освободившийся проем.
Нежданных гостей вышли встречать все мужчины, оказавшиеся на хуторе. Первым, с кем столкнулся Рупрехт, оказался, наверное, глава семейства, плечистый мужик, вооружившийся тяжелым топором. За его спиной стояли, стиснув древки короткий рогатин два молодых парня, е еще один держался чуть в стороне, и в его руках путники заметили лук, охотничий, не такой мощный, как у Эвиара, но все же весьма опасный.
– Стоять, - крикнул, пытаясь скрыть дрожь в голосе, самый старший из хуторян.
– Кто бы вы ни были, на шагу дальше, или умрете!
Наверное, крестьяне просто не поняли, какая сила смогла так быстро совладать с воротами, посчитав, что их просто вышибли, навалившись всей толпой. Что ж, при соотношении четверо к пяти у жителей хутора был шанс отстоять свой дом, и они не собирались отступать.
– Бросайте оружие, - крикнул Эйтор.
– Мы не желаем проливать кровь! Я ваш король, и нуждаюсь в помощи!
Возможно, государю Альфиона и удалось бы убедить крестьян в правоте своих слов, но, как часто случается, судьба распорядилась по-своему. Резко распахнулась дверь кузницы, и из е темного нутра выскочил обнаженный по пояс мужчина в кожаном фартуке, размахивавший тяжеленным молотом. Это было не лучшее оружие, слишком массивное и неудобное, но зато первый же удар стал бы для того, кто подвернется под него, и последним. И кузнец, увидев толпу вооруженных незнакомцев, ринулся в бой, решив не тянуть время, воспользовавшись внезапностью.