Чтение онлайн

Торн резко поднялся с кресла, и отработанным за десятки лет движением, вскинул правую руку, нацелив указательный палец на вошедшего. " Ты -- Таал-иис-хаал! И этим все сказано! Твои преступления тебе известны, так как назывались до этого много раз моими предшественниками, ведущими Великий Суд. Тем не менее, напоминаю тебе еще раз, что ты обвиняешься в развязывании Великой Воины, уничтожении прекрасной Планеты Утренней Росы, а так же безжалостном убийстве пятнадцати миллиардов человек на нескольких обитаемых мирах. Кроме того, ты обвиняешься в чрезмерной гордыне , в преступной беспечности и в крайнем эгоизме. А сейчас -- да пусть вершат Весы Справедливости Великий Суд!" Он замер, почтительно склонившись в полупоклоне. Сначала ничего не происходило. Прошла минута, другая.... Вдруг воздух перед склонившимся в поклоне старцем стал дрожать и мерцать , как будто его разогрел внезапно вспыхнувший невидимый очаг. Еще минута, и призрачные Весы Справедливости вдруг возникли , к ак всегда, беззвучно, из н и откуда. Торн отошел чуть в сторону, и, по-прежнему почтительно склонившись , внимательно наблюда л за тем, как Весы делают свою , им одну подвластную и понятную работу. Несмотря на то, что он видел это уже тысячи раз, этот непостижимый простому разуму процесс Великого Суда всегда внушал ему восторг и благоговение . Мерцающие в метре от пола Весы качнулись, дрогнув своими яркими, как синий жидкий огонь, чашами и замерли. Он стоял не дыша, буквально впившись взглядом в призрачный циферблат весов с бегущими на нем прозрачными символами . Что же ждет негодяя? Великий Огонь? Вечный холод? Жалкое существование в личине навозного жука ? Но на призрачном экране высветилось что-то совсем другое, непонятное и незнакомое... , впрочем нет, смутно знакомое, где-то он уже видел эти черты... Б оже милостивый, да это лицо ... и лицо знакомое, еще как знакомое! Торн в смятении сел назад в свое кресло, потом опять вскочил и пару раз прошел взад-вперед около весов, не замечая, что сейчас он уже выглядит совсем не величественным, а скорее, смешным. Впервые, за всю свою практику вынесения приговоро в Великого Суда , он был поставлен в тупик. Боже мой, ведь это было лицо Мара, его единственного соплеменника, с кем он еще поддерживал связь. Что бы, о боги, это могло значить?

А тем временем странник, пришедший в зал , продолжал стоять в оцепенении, не в силах осмыслить то, что только что услышал. Какой Великий Суд? Какая взорванная планета какой-то там Росы? Какие якобы убитые им пятнадцать миллиардов людей? Это же просто какой-то абсурд, полная чушь! Во всем мире не наберётся столько жителей! А его имя? Какой-то там тал-хал? Нет, это полный бред! Реальными здесь были только эта захламленная комната, долговязый, высохший и, судя по всему, абсолютно ненормальный старик в черном, буравящий его пронзительным взглядом угольных глаз, лишенных белков , да призрачно мерцающее в углу сооружение, отдаленно напоминающее большие весы, на циферблате которых почему-то уютно разместился оставшийся где-то на далеких болотах Сысой. Да-да, пусть маленький и призрачный, но именно Сысой, и в этом нет никакого сомнения. И тут странник почувствовал внезапную боль в левом виске, а уже через секунду боль стала такой сильной, что о н

невольно вскрикнул. В его г лаза х потемнело , находящиеся в комнате предметы расплылись, и перед его взором , как во сне, стали мелькать яркие картинки, мерцать и переливаться, набегая одна на другую: вот он в какой-то большой и темной пещере, по стенам -- сотни маленьких и больших мигающих разноцветных светляков, и тут о н вдруг ВСПОМНИЛ! Нет, это н и какая не пещера, и по стенам ползают не светляки, это -- рубка флагманского суперкрейсера "Жало Ярости", предводителя непобедимого флота Великой Планеты Алых Сияний, которую недруги называли Планетой Закатов, а о н - командор этого крейсера по имени Таал-иис-хаал, и перед ним -- пульт управления смертоносным вихрем, могущим плавить как воск целые миры, а сам суперкрейсер идет полным ходом во главе сверкающей сталью армады таких же грозных суперкораблей к Зеленой Планете, которую ее недалекие жители именуют Планетой Утренней Росы! Он полон праведного гнева и желания наказать этих негодяев, которые подлым обманом заманили и похитили его возлюбленную . Он твердо реши л ее спасти , спасти, чего бы это н и стоило . Эти трусы ничего не смогут ей сделать, они знают, что вся мощь нашего великого флота тогда неминуемо обрушится на их недалекие головы . И хваленая защита, на которую эти надутые индюки надеются, как на господа Бога, эта так называемая "Небесная броня" их абсолютно не спасет. Он знает секрет, как ее расколоть! О да , о н много бы отдал, чтобы посмотреть , как изменится вечно надменное выражение этих постных надутых ослов, когда они узнают всю правду! Пора положить конец их влады честву среди звезд. Его любовь рассказала ему их секрет , секрет, могущий все изменить, секрет, с помощью которого можно покончить с ними раз и навсегда. Но о н не кровожаден. Зачем ему все это? Он вовсе не хочет крови, страданий, войны и смерти. Он хочет только вернуть себе свою любимую. Кто она? Как она выглядит? Как ее имя? Голова гудела, как потревоженный пчелиный улей. Кровь тяжелыми молотками стучала в висках. Какие-то обрывки видений, как давно забытый сон, вихрем кружились в его воспаленном мозг у , и никак не состав ляли цельный и единый образ.... Ч ерные, шелковистые волосы, белозубая улыбка, продолговатые глаза цвета крепкого чая ... Н ет, это н и как не складывалось в единую картину... Д очь крупного военного чиновника Зеленой Планеты и знаменитой актрисы его родного мира, и о н, командо р крейсера Планеты Алых Сияний... В от невысокая стройная фигурка машет ему на прощание рукой в темном проеме в ходного люка какого-то корабля... В от отблеск свечей на столике и смятое атласное покрывало на низенькой кровати в неведомой комнате... В от увитый цветами маленький балкон , выходящ ий на головокружительный обрыв... Г де и как они могли встретиться? Как они смогли познакомиться, подружиться , а главное, полюбить друг друга? Его голова гудела, как пустой котел. Эта часть воспоминаний была, даже нет, не стерта. Она была кем-то ампутирована. Удалена, аккуратно удалена неведомым хирургом раз и навсегда. Вот о н стоит в своей капитанской рубке, похожей на огромный улей с мерцающими стенами, вот он шлет руководству Зеленой Планеты свое послание, в котором говорит, что имеет полномочия начать всеобщую атаку на их мир , что имеет в своем распоряжении секретный код доступа к их защ и тной броне , но мо ж ет обменять его на н ее одну. Он о бещает тут же покинуть их сектор, а они (о, о н точно знает! Но откуда?) перекодируют свою защиту в течени е полутора общемировых минут, и тогда их Б роня снова станет абсолютно неуязвимой. Конечно, жители Зеленой Планеты могли бы сменить все код ы на свое й броне и без него, но это миллион капсул с миллион а м и файлов и , не зная, какой именно код взломан, придется менять их все, на что уйдет дней десять, и это , по меньшей мере. А так - они моментально сменят только тот код, который он им передаст , в одном- е динственном секторе . К тому же, он знает, что основные космические силы Зеленой Планеты сейчас находятся далеко от своей материнской планеты, они заняты подавлением мятежа в одной из своих у даленных колоний. Вот о н мучительно долго ждет ответа...и ответ приходит. Чопорный голос из динамика громкой связи, с плохо скрываемым презрением монотонно бубнит явно заученный текст. Ему сообщается, что п о действующим сейчас законам, за предательство священных идеалов планеты Утренней Росы полагается смертная казнь, а тело преступника должно быть с о ж жено в соплах двигателей ближайшей к месту преступления воздушной тюрьмы, но тут их мудрое правительство решил о проявит ь неслыханную милость и беспримерное великодушие, чтобы еще раз наглядно показать превосходство Великой Расы над прочими населяющими окрестные планеты дикарями...Он молча выслушал и эту хвалебную тираду, смолчал и с терпел, пусть издеваются, главное то , что они согласны на предложенный им обмен! И в от , через полчаса, казавшихся вечностью, маленький трехместный корабль флота Зеленой Планеты наконец, приближается и стыкуется с гостевым отсеком его суперкрейсера... Е го бортовые анализаторы определяют, что пассажиры корабля-пришельца – это двое мужчин и одна женщина . О н вскакивает с кресла и быстро бежит в гостевой отсек, несется как безумный, окончательно потеряв голову и забыв обо всякой осторожности , не предупредив охрану и не включив детекторы плазмы . В отсеке его уже ждут двое мужчин, пришельцы, как все жители Зеленой Планеты, ироничны и высокомерны. Один из них высокий, костлявый, с худым и злым личиком, другой, наоборот, низенький и плотный, с клочковатой бородой и неприятной ухмылкой на ярко красных – губах . В ысокий молча протягивает руку за капсулой кода, а бородатый в это время небрежно швыряет на пол тело человека, завернутого в красную ткань... да, он знает, красный костюм - это одеяние смертников . Он знает об этом и судорожно , окончательно позабыв обо всем на свете , рвет жесткую материю голыми руками, да, да, это именно она и она жива , жива ! Он хватает ее за плечи и крепко прижимает к своей груди , уже абсолютно не соображая, что делает , в нарушение всех писанных и неписанных инструкций и простого здравого смысла, предоставив пришельцев самим себе . В следующий миг высокий чужак налету ловит брошенную ему заветную капсулу с кодом и тут же начинает отступа ть назад, под защиту силовых экранов своего маленького корабля , а низенький внезапно выхватывает спрятанный под складками плаща лучемет , и с криком "Да свершится суд!", открывает шквальный смертоносный огонь..... Свет вмиг меркнет перед его глазами... К ак же так, как же, так просто, так глупо, как так можно было попасться? Неужели это все? Тут его взгляд падает на женское тело, неподвижно лежащ е е на полу в луже алой крови... Кровавая пелена неожиданно застилает его взор ... Он , несмотря на простреленную и в и сящую неподвижной плетью руку и сочащейся алой кровью бок , одним отработанным движением выхватывает свой личный лучевик (о, да! это его оружие было на месте , в кобуре у пояса !) и в мгновение ока разрезает обоих врагов на неровные, брызжущие темной кровью клочья, тут же хватает из отрезанной, и все еще мелко подрагивающей ладони высокого проклятую капсулу с кодом и в три прыжка оказывается в капитанской рубке , около своего пульта. Он вставляет координаты этой, известной только ему одному, бреши в броне противника в волно приемник и включает на нем общую передачу на все корабли своего огромного флота . Затем приводит оба орудия в положение "огонь" и дает всей своей эскадре общий сигнал к массированной атаке на единственный, но самый уязвимый объект врага. В ся эта сцена занимает не больше пяти минут . З еленоватое мерцание легендарной Б рони над Зеленой Планетой кажется таким незыблемым... В се живое гибнет в этой беспощадной зеленой смерти , если щит включен, любой луч, ракета, метеорит, корабль, просто исчезн у т, поглощенны е темной энергией щита, но только, если он включен . Н о сейчас в нем есть отверстие , невидимое никаким, даже самым точным электронным глазом, отверстие, размером не больше мячика для веселой детской игры... И вся ужасная мощь первого удара его флотилии вмиг обрушивается именно на этот маленький незащищенный круж о к . Охранный ф лот Зеленой Планеты яростно атакует, а с ее поверхности взмывают десятки и сотни черных ракет, несущих разрушение и смерть всему живому ... Великая Война началась! Чернильная мгла большого космоса исчеркана вспышками и полосами огня, оставленного в пространстве мечущимися, дерущимися и гибнущими кораблями. Зеленая Планета подергивается д ы мкой от сотен и тысяч пожаров, бушующих на ее повер х ности , великая защитная Б роня разрушена, ее города стерты с лица земли . И в друг ярчайшая вспышка, казалось, заполоняет собой все пространство, поглощая звезды, корабли, черноту космоса . Вспышка, а затем снова холодная тьма... И корабли, и звезды, все на месте...нет только Зеленой Планеты... Н ет Зеленой Планеты, как будто и не было никогда... И вот пришедшее в себя от взрыва и взбешенное им пространство уже кидает и сталкивает друг с другом корабли, ракеты, огромные куски камня, бывшие когда-то миром с десятимиллиардным населением , а где-то далеко горсть уцелевших смертоносных ракет дырявит его родную планету, вызывая землетрясения, ураганы и цунами, и почти лишают ее атмосферы, и еще пять миллиардов человек вдруг вскрикнув, замолкают навсегда. Великая Война закончилась . О на длилась чуть более сорока минут . О бе могущественные цивилизации вдруг , разом, практически прекратили свое существование.

" Теперь т ы вспомнил , что ты наделал?" - голос высохшего существа в черном звучал уже без обвинительных нот. В нем слышалась только безысходная, безмерная печаль - "ты уничтожил практически всю жизнь в нашей звездной системе. Чем ты думал, когда отдавал приказ об атаке тогда? Я просто хочу знать! Ответь мне, если сможешь!". "О, Хозяин неведомого мне места!" – о н удивился, услышав звук собственного голоса, какого-то незнакомого, глухого и хриплого – "я не могу объяснить то, о чем сам узнал только что. Я не только не понимаю и не оправдыва ю поведение и действия человека , жизнь которого видел только что, но даже не могу до конца поверить, что когда-то был им. Сам бы я никогда , по своей воле, не начал эту войну, уничтожившую весь мир. Но я, рискуя навлечь на себя твой гнев, позволю себе заметить, что два прибывших на корабль человека так же виновны в гибели всего нашего мира, как и тот, кем я, как ты говоришь, был прежде! Ведь если бы они просто вернули капитану его женщину, а не убили ее, он н и когда не стал бы начинать свою последнюю атаку " ... "Здесь судят не их! Они тоже получили свое сполна! " - в голосе черного старика явственно про звучало раздражение - "здесь и сейчас ты отвечаешь за сво и деяния! И я с огромным удовольствием отправлю тебя на следующий круг наказаний, которых ты заслуживаешь! Но, прежде чем Весы Справедливости, согласно вол е Высших и Великого Бога , вынесут свое решение по судьбе твоей ничтожной души, я хочу поприветствовать своего брата по крови Мара, и спросить у него, какие заботы его привели в мое скромное жилище? "Привет и тебе, мой дорогой брат по крови! Да хран и т Велики й дни твои !" - и Сысой (да, точно, это был именно он) спрыгнул с чаши весов на пол, с каждой секундой обретая свой обычный вид, тот вид, к которому он привык еще на болотах, в своем таком понятном и родном мире - "я объясню тебе все, о Торн, но сначала, почему бы нам все же не взглянуть на Весы Справедливости? Мы отвлеклись, а Они уже должны были вынести свое решение". "Изволь !" - и старик приглашающим жестом указал на призрачно мерцающие чаши за своей спиной, и вдруг замер на месте, будто громом пораженный. На широкой, таинственно мерцающей, будто огромный призрачн ый светлячок , чаше, причудливым синим облаком висел овал экрана. На нем плыли серые и черные пятна, образуя призрачные силуэты, призрачные,

но довольно узнаваемые... В от по засыпанной желтыми листьями аллее бредет человек. Бесформенное потертое пальто серо-бежевого цвета, нелепый розовый шарф, шапочка с дурацким мохнатым шариком наверху, грязные ботинки со сбитыми носами... Грузная фигура, бессильно опущенные плечи, руки спрятаны в растянутых карманах, скорбно сжатый рот, двойной подбородок зарос грязной щетиной... О н уже где-то видел это лицо! Да, точно, в своем странном полусне-полуобмороке, тогда, у Сысоя, на болотах! Это л ицо его страшного двойника. Его лицо, только, донельзя обезображенное. Изображение мигнуло, и сменилось другой картинкой: белые песчаные берега странной ярко-зеленой реки, самодельный, и от этого несколько кособокий причал, белый домик с горящей медью на солнце трубой...о, Всевышний! он же совсем недавно проходил это место! Впрочем, о н не успел рассмотреть все как следует. Неожиданно старик в черном дико вскрикнул и , в непонятной ему ярости , метнул в его сторону какой-то круглый предмет, раскрывающийся в полете огненным цветком. Но Сысой не дремал, отбив эту страшную вещь в сторону своей суковатой палкой, совсем как при игре в лапту в его далеком мире . "Торн, безумец, опомнись! Ты идешь против замысла Великого Бога ! Против воли Высших! Ты пытаешься оспорить решение Весов Справедливости ! " - голос Сысоя был сердит - " а нам нужно сейчас поговорить об очень важных вещах. Я знаю, тебе ведомо, что Великий Коланар Пха-М уу к лун т был потерян, а возможно, и похищен. Теперь мы, после стольких лет, стоим, наконец, на пороге его возвращения. Так что успокойся, успокойся немедленно, заклинаю!". Черный старик в отчаянии махнул рукой, и бессильно опустился на пол. Сейчас он казался еще более старым и ветхим. " Хорошо, д елай то , что следует делать, Мар" - с горечью произнес он - "я не буду оспаривать решение Великих Весов , тем более, если это , по замыслу Высших, позволит вернуть утерянный Единый Ключ и восстановить, наконец, целостность Мироздания. Но прошу тебя, во имя нашей древней дружбы, пусть этот негодяй покинет мой дом как можно скорее". "Конечно, Мар, мой дорогой брат, друг и соплеменник" - серьезным тоном произнес Сысой и почтительно поклонился – " обещаю тебе, что эта процедура не займет много времени. Итак, я приступаю. А т еперь, слушай, странник, и слушай очень внимательно, как не слушал никогда в своей жизни!" , – речь Сысоя текла плавно, как спокойная, тихая река - " мир наш велик, но так хрупок. Таким он стал после той Ужасной Войны, и это случилась много-много веков назад. Сейчас уже не важно, кто был в ней виноват. Важно то, что Велики й Бог и его верные помощники Высшие потратили очень много усилий, чтобы наш мир не рассыпался на части и безвозвратно не погиб бы во мраке. И всем им удалось сшить между собой остатки нашего умирающего мира и скрепить их Единым Ключ о м Мироздания, или Коланар Пха-М уу к лун т ом. И е го внезапная утрата была огромной бедой для нас. Все миры нашего несчастного бытия очень скоро стало лихорадить. Неведомые болезни, бессмысленные войны, немысл и мые ранее стихийные бедствия захлестнули все Мироздание. И хуже всего было то, что мы не знали, как это произошло! Несовершенство ли раненной галактики или чей-то злой умысел? Этого , увы, не знал никто. Сотни и тысячи отважных и достойных смельчаков, рискуя своими жизнями, прочесывали все возможные миры в поисках Единого Ключа, но без всякого результата. И вот, наконец, двое из сотен наших героев дал и сигнал, что Коланар Пха-М уу к лун т найден! Но он и не успел и его доставить в Центр М ироздания, связь с ними внезапно исчез ла, и исчезла навсегда. Однако мы не на минуту не прекращали св о и попытки отыскать потер я нное, либо вернуть похищенное. Это было сложно сделать еще и потому, что чья-то неведомая злая воля блокировала наши поисковые усилия и направляла мерцания Коланар Пха-М уу к лун т на те миры, где он никогда не был. Мы потратили на это больше пяти лет! И вот теперь, хвала Велик ому ! Нам удалось его обнаружить! Вероятно, наш неведомый противник, допустил промах. Всего один, но для нас этого было достаточно. Мы, наконец, знаем, где Единый Ключ. Один из наших лучших разведчиков обнаружил тот мир, где находится Коланар Пха-М уу к лун т . Он хранится в жилище у того нелепого существа, которого ты видел уже не раз. В его несовершенном, изломанном и суровом мире. Этот человек несколько десятков раз уже пользовался Единым Ключ о м, даже не понимая, что он делает, причинив жител я м нескольких миров кучу неприятностей. Но зато, благодаря этим редким минутам, когда звучала Великая песнь Единого Ключа, мы и нашли его . И теперь ты должен его нам вернуть . Наш разведчик знает это место, но он разведчик, и тронуть Единый Ключ он не может. Таковы законы Равновесия, если это тебе о чем-то говорит. Мы не можем призвать наших героев, все еще ищущих Коланар Пха-М уу к лун т , из тех далеких миров, где они находятся сейчас , достаточно быстро. А времени терять нельзя. Равновесие может быть нарушено в любой момент. Поэтому именного ты заберешь Коланар Пха-М уу к лун т из этого серого и унылого места и возвратишь его нам. Ведь это именно ты когда-то нарушил космическое равновесие, развязав ужасную войну, приведшую к гибели целых миров, до этого процветающих. Теперь ты должен вернуть нам то, что связывает остатки этого несчастного мира, разрушенного тобой. То несовершенн ое м есто , куда ты попадешь, вероятно, опасн о , но ты, с твоей подготовкой, сможешь с этими опасностями совладать. В любом случае, как только ты найдешь то, зачем тебя послали, ты станешь свободным, и свободным на века. После этого твое наказание будет считаться исполненным и твоя душа, наконец, перестанет подвергаться суровым испытаниям. Таково решение Велик ого Бога ".

Он хотел что-то сказать, спросить, возможно, возразить, но Сысой, быстро наклонившись к нему , дунул прямо в его лицо, да так неожиданно сильно, что ему показалось, как будто налетел порыв колючего, зимнего ветра. И будто серая мутная пелена вдруг упала перед его глазами....

После долгого и унылого сидения дома, он был очень рад своей новой работе. Большой стол, кабинет, так не похожий на обшарпанный клоповник его прежнего рабочего места, коллеги, хотя за спиной и втихомолку посмеивались над его неизменно нелепым одеянием, в лицо уважительно называли "Виктор Павлович". А главное, знакомое течение привычных цифр, платежек-счетов-балансов, давало ему так необходимое чувство уверенности в незыблемости повседневного бытия, пусть местами несправедливого, пугающего и даже опасного, но зато такого родного и привычного, как мамина герань в горшке на окне у него дома. Впервые сидя за собственным рабочим столом, и в первый раз за десять лет своей работы, барабаня по клавишам почти нового компьютера, получив зарплату, куда большую, чем на предыдущем месте, он чувствовал себя вполне счастливым. Еще бы, он главный бухгалтер фирмы по производству мебели "Санни Дей"! И пусть фирма насчитывает всего десять человек, включая директора, бухгалтера, продавца, водителя, двух экспедиторов и четверых грузчиков-мастеров, но это была настоящая мебельная фирма, и ее мебель люди покупали! Наконец-то его бухгалтерские способности были оценены сполна! Бухгалтерия всегда была его страстью, а бесценный опыт серых банковских будней, когда на него взваливали всю самую неблагодарную и тяжелую работу, теперь ему очень помогал. В результате его фирма успешно и в срок сдала в местную налоговую свой квартальный отчет. За это он был премирован, да так хорошо, что смог поменять дома развалившийся допотопный кухонный шкаф и купить большой обеденный стол. Директор фирмы, видя, что "парень, все же, смыслит кое-что в счетах", назначил его главбухом, правда, поручив ему еще в нагрузку и должность кассира. Тем не менее, жизнь положительно стала налаживаться! Его старый студенческий друг Вовка, или просто Вован, до этого времени отнюдь не рвавшийся поддерживать с ним дружеские отношения, уже пару раз приглашал его попить пива в соседнем кафе, и даже (неслыханное дело!), разок заходил к нему в гости! Он пива не любил, кабаков избегал, но сейчас, сидя за липким столом, покрытым чешуей, и слушая Вовкину болтовню, он чувствовал себя очень мужественным и таким уверенным в себе. К тому же порядком поднадоевшие морозы отступили, снежные горы, недавно казавшиеся такими незыблемыми, стаяли без следа, обнажая невесть откуда взявшийся ковер нежной, изумрудной травы, яркое весенние солнышко играло в мелких весенних лужах, а теплый ветерок тихонько пел, невольно настраивая на романтический лад и повышая настроение. Он любил весну! Такую короткую, но такую прекрасную. Старушка-мама не могла нарадоваться, что у него так все замечательно. "Мой сын-главный бухгалтер!" - с гордостью говорила она своим подругам, пришедшим за чашкой чая обсудить свои старушечьи дела. И тут же вздыхала - "ему бы невесту найти хорошую, да где ее сейчас возьмешь? Одни деньги да разврат у нынешних девиц на уме. Не то, что в наше время!" Старухи тоже вздыхали, и кивали седыми головами, соглашаясь. И он уже почти забыл о своих страхах и обидах, так угнетающих его на прежнем месте работы, а жуткое зимнее происшествие со стрельбой и вовсе казалось ему ночным кошмаром. За целый месяц никто о нем не спрашивал, никто им не интересовался. И он совсем успокоился.

Капитан тоже любил весну. Обычная в этих широтах короткая передышка, между холодной зимой и жарким летом, она не могла не нравиться. Но сейчас ему было не до весенних красот. "Бегемот", тот самый "розовый бегемот", которого он тогда не убил, накрепко засел в его голове. Визиты в милицию к бывшим сослуживцам ничего не дали. Никто не обращался в качестве свидетеля по двойному убийству на известной улице, чтобы сдвинуть с места это уголовное дело, помаленьку начавшее прочно занимать свое место в разряде "глухарей" и "висяков". Само по себе это было совсем не плохо. Ни заказчика, ни исполнителя. Его это, по понятным причинам, устраивало на сто процентов. Но такой уж человек был капитан, что всегда доводил все свои дела до конца. А если это вдруг не удавалось, то он делал все возможное и невозможное, пока не достигал своей цели. Он просто уже не мог выбросить из головы этого нелепого человека, он думал о нем в ресторанах, во время своего обеда, в кабаках, когда позволял себе выпить, дома, в спорт-зале, за рулем, в саунах и интим-салонах, во время встречи с заказчиками, и даже, (небывалое дело!), во время своей работы. За это время он взял пару заказов, правда, не таких сложных, как тот, зимний, но, тем не менее, таких же рискованных, и мастерски их исполнил. И все же этот "бегемот" из дела давно минувшего мешал ему спокойно жить, отравляя его безмятежное существование. Он даже снился ему в ночных кошмарах, коварный, с огромной, распахнутой в дьявольском хохоте красно-розовой пастью, заживо пожирающей его вместе с верхней одеждой и оружием. Капитан похудел и осунулся. Его от природы и так бледное и мрачное лицо, казалось теперь и вовсе жуткой вампирской маской. Обычно сдержанный и бесстрастный, он стал нервным и раздражительным. Пару раз с ним случались внезапные припадки ярости, когда он без всякого повода колотил мебель и швырял об стены посуду. В последний раз, напившись, он умудрился даже поломать кухонный стол. На следующее утро, протрезвев, капитан, превозмогая страшную головную боль, поплелся в ближайший мебельный салон, который находился от него через дорогу. С трудом, при помощи обширной тетки-продавщицы, отыскав в маленьком, арендованном у бывшего магазинчика "Бакалея", складе нужный стол, он пошел оплачивать свою покупку. И тут его словно ударило током. За кассой, старательно пересчитывая мятые купюры, сидел тот самый "бегемот"! Да, он был без своего нелепого грязно-бежевого пальто и идиотского розового шарфа, сменив это все на растянутый, в пятнах, свитер, но это был он! Капитан повернулся боком, воротником плаща прикрывая лицо, и молясь, что бы тот его не узнал. Но толстое, видавшее виды стекло допотопной кассы, искажало черты лица до неузнаваемости. Ему вернули сдачу и чек. И его не узнали. Капитан наскоро договорился о доставке и быстро покинул мебельный подвальчик. Его головной боли как не бывало. "Есть, бинго!" - капитан вздохнул свежий весенний воздух полной грудью - "это я удачно зашел!" - повторил он фразу героя старой и уже подзабытой комедии. "Бегемот" найден! И уже никуда от него не денется. Ему хотелось петь. Теперь уже дело техники. Очень, очень скоро он поставит, наконец, точку в этой затянувшейся истории.

День зарплаты -- это всегда счастливый день! Особенно, если зарплата в пятницу. Тем более, если есть пусть небольшая, но премия. Магазин закрылся на час раньше, а один из рабочих "дядь Миша", справляя свое, растянувшееся на три дня пятидесятипятилетние, уговорил директора на маленькие посиделки с бутылкой-другой вина. В таких случаях он обычно не пил, но тут ему вдруг захотелось присоединиться к веселой компании. Ведь такие случаи бывали так редко! Выпив пару стаканчиков, он, непривычный к алкоголю, расслабился. Жизнь стала казаться куда более яркой и беспечной, чем была на самом деле. И его потянуло на неведомые до этого дня подвиги. После импровизированного праздника он даже заглянул в ларек, чего не делал никогда, впервые в жизни купил бутылку местного шампанского, а на близлежащем цветочном рынке - букетик ландышей по космической цене. Он был хмелен и весел. Неуклюже шутил с продавщицами. Бессмысленно улыбался прохожим. Даже осмелился подмигнуть проходящей навстречу красотке в не по-весеннему короткой миниюбке. В общем, возможно впервые в жизни он чувствовал себя слегка вальяжным и очень уверенным в себе мужчиной, не спеша прогуливающимся по весеннему городу в поисках приятных приключений. Домой он тоже решил идти не спеша, через парк. И надвигающиеся сумерки ничуть не пугали его. Он и не знал, что целых три пары настороженных, не сулящих ничего доброго, глаз пристально следят за его прогулкой, прикидывая, в каком месте заброшенного парка на него лучше напасть.

Боча и Фофан не были такими уж друзьями. Боча -- классический пример трудного подростка из глубоко пьющей семьи бывших работяг, выброшенных с умершего завода при его банкротстве и ликвидации. Дома у Бочи давно нет, ведь нельзя же назвать домом полусгнивший барак на окраине города, без света и воды, вечно полный опустившихся алкоголиков и бродяг. Живет Боча в подвале унылой серой коробки, выходящей своим фасадом в заброшенный парк. Боча давно бросил школу, давно узнал продажную любовь, вкус алкоголя, запах табака, веселье "мультиков", которое давали одурманенному мозгу слитый из баков машин бензин и украденный с прилавков клей "Момент". Одет Боча более-менее прилично, у него на это есть своего рода чутье, краденные и отнятые у прохожих вещи сидят на нем, как влитые. Боча всегда немного либо пьян, либо под легким кайфом. Его речь практически вся состоит из мата, так что человеку неподготовленному понять Бочу довольно трудно. Но эти мелочи никак ни влияют на его природную наглость и решительность, с которой он нападает на жертву, изрыгая страшные угрозы и размахивая куском арматуры или самодельной финкой. Он читает по слогам, но названия фирм, производящих модную одежду, знает наизусть. Не по возрасту высокий и крепкий, он много десятков ночей провел во всевозможных городских отделениях милиции, но как несовершеннолетний, он всегда выходил на волю. Фофан -- мальчик из семьи преподавателей физики. Он начитан, ходит в школу, нормально учится, ладит с учителями, родители уже видят его студентом местного вуза. Внешне Фофан ничем не похож на Бочу. Ему не нужны продукты, вещи, алкоголь и деньги ограбленных прохожих. Он сам добровольно много что передал Боче из своего гардероба, а выдаваемые родителями карманные деньги так же всегда делит поровну. Когда, по выходным, родители уезжают на дачу, Боча ест, пьет и ночует в квартире Фофана. Как это ни странно, но Боча -- кумир Фофана. Ему нравится то, как он унижает людей, нравится страх обираемых ночных прохожих, и их страдания, которые они испытывают, когда Боча разбивает им голову своей железякой или режет их своим самодельным ножом. Тогда Фофан чувствует себя таким могущественным и значимым, как будто он грозный король далеких средневековых стран, или свирепый пират быстроходных корветов о которых так любил читать в детстве. Будучи всегда изгоем в школе, нещадно дразнимый и, зачастую, даже битый за свой тонкий голос и большие уши, став другом Бочи, он приобрел статус опасного задиры и крутого парня. Больше его уже никто не трогает. С Бочей никому дело иметь не хочется. Фофану это тоже очень нравилось. И так сладко ему было стоять за кустом, слыша рядом сопение Бочи, который уже достал свою железку, и поджидать нелепого, и сразу видно, пьяного толстяка с чахлым букетиком, зажатым в полной ладошке, и большой бутылкой, выглядывающей и кармана мятых брюк.

"Сейчас" - капитан бесшумным, пружинистым шагом следовал прямо за своим, так долго и тщетно разыскиваемым "бегемотом", когда тот только углубился в безлюдный и сумеречный парк. Капитану были знакомы эти места. Когда-то, много лет назад, будучи еще сотрудником милиции, он работал на одной из этих аллей, вон той, где еще уцелел уличный фонарь, исполняя заказ по ликвидации некого проворовавшегося бухгалтера, задолжавшего серьезным людям огромные суммы. Сработал чисто, а потом еще и выехал на место собственного преступления, как старший опер группы. Капитан невольно улыбнулся. Еще и потом родственникам этого прохиндея сообщил, все мол, Бобик сдох! Да, работа есть работа. Вот и этот тюфяк неуклюже бредет в то же самое место. Что их сюда тянет? Как мотыльки на свечку, прямо таки. Капитан ослабил кобуру по мышкой и достав верный ТТ, снял его с предохранителя. Да, здесь "Калашников" не нужен, здесь работа тонкая! Он ускорил шаг, догоняя ни о чем не подозревающего толстяка. Вдруг, толстяк резко остановился, и даже попятился назад, как будто налетел на невидимое препятствие. Из гущи заброшенных кустов на дорогу вышли двое, детина с железным дрыном в руке, и тощий парень со смешно оттопыренными ушами. "А ну, ты, б..., бабосы давай по-бурому, пока е....не раскрошил!", - детина витиевато выматерился и крутанул железкой на головой "бегемота". Ушастый доходяга мерзко захихикал. "Вот это да! Ну, так еще лучше, его сейчас ограбят и покалечат, а он только докончит начатое, и все будут считать убийцами этих, невесть откуда взявшихся, придурков-отморозков!" - капитан замедлил шаг, и хотел уже бесшумно скользнуть в соседнюю аллею, но одна из раскиданных повсюду сухих веток предательски хрустнула под его ногой. "Эй, чмо, а ты чего там маячишь, быстро б..., тоже сюда вали!" - громила среагировал на треск мгновенно. Капитан легко мог бы уйти. Пока эти придурки заняты несчастным "бегемотом", у него масса времени. Но одолевавший его более месяца кошмар поиска исчезнувшего свидетеля, все же не прошел для него даром. Разом заиметь себе вместо одного свидетеля целых три? А если "бегемот" просто отдаст этим гадам все, что у него при себе есть и выживет? Опять потом ловить его месяцами? А если болтать на допросах станет? Припомнит, заодно, и зимнюю историю? И, уже более не слушая голос собственного холодного разума, капитан одним, за много лет отточенным рывком, выхватил пистолет.

Он был буквально поражен ужасом, когда из кустов внезапно появились двое грабителей. Весь алкоголь из головы моментально испарился, ноги в секунду стали ватными, а сердце бешеным молотом застучало где-то в голове. Он выпустил из руки мятые ландыши и попытался отступить назад, с ужасом глядя на высокого и плотного грабителя, который наклонив свою наголо обритую, всю в страшных шрамах, голову, с тупой злобой смотрел ему прямо в лицо. Второй грабитель, которого он сначала даже не заметил, худой и ушастый, противно захихикал. "Ну чо, б..., ты не понял, или как?" - здоровяк взмахнул железным прутом, зажатым у него в руке. Затем кинув взгляд куда-то за его спину, прорычал кому-то невидимому: "Эй, чмо, а ты чего там маячишь, быстро тоже сюда вали!" И тут случилось нечто абсолютно немыслимое. Он, совершенно неожиданно для себя, резко пнул здоровяка ногой в колено, а правой рукой, как копьем, ударил ему куда-то между ребер. Громила охнул, и железяка просвистела в сантиметре от его головы, не причинив вреда. "Беги, беги, ДА БЕГИ ЖЕ!" - отчетливо прозвучал чей-то голос у него в голове. И он побежал что было мочи, не глядя под ноги и не разбирая дороги, напролом через ветки и кусты. Сухие хлопки выстрелов за спиной (один, второй, третий....) прервались чьими-то дикими воплями, впрочем, быстро стихшими. Это только придало ему сил, и он побежал еще быстрее. Еще один рывок, еще совсем чуть-чуть, пересечь бы только этот чавкающий весенней грязью газон, да взлететь по разрушенной лестнице...но какой этот газон топкий, как болото какое-то!.... "нет, ты уже не успел" - голос в его голове зазвучал снова, и в этот раз как-то обреченно. Он резко обернулся. Капитан легким, быстрым шагом шел ему наперерез по чистой и освещенной единственным уцелевшем фонарем дорожке, а за спиной у него, в конце аллеи, зловеще чернела груда невесть откуда взявшихся мешков. Мешков? Нет, это что-то другое.... Ведь грабителей не слышно... Это их тела. И сейчас он тоже станет таким же окровавленным, мертвым, бесчувственным мешком. И его утром найдут на этой аллее, найдут так же, как нашли его отца восемь лет назад. Несмотря на парализующий страх, он почувствовал досаду. Это же надо так запаниковать, чтобы даже не увидеть дороги! Ну почему, почему всегда и везде так! Он только начал себя чувствовать человеком, только попробовал свободно задышать, и вот какая-то злая сила его снова окунает в дерьмо! Странно, но душащий его животный страх неожиданно стал уступать место злости. Он даже хотел прокричать что-нибудь обидное в адрес убийцы, такого не суетливого, спокойного, самодовольного и уверенного в себе. А капитан и вправду, казалось, не спешил. Его действительно забавляла ситуация - загнанная жертва посреди размытой весенними ручьями хляби старого газона, увяз, бедолага, по самые колени в грязи, и стоит, как кролик в садке, и ни туда, ни сюда. Ждет, когда его пустят на гуляш. Впрочем, ждать ему уже осталось не долго. Работу на сегодня пора заканчивать, а то и так пришлось потрудиться. И патронов перерасход вышел, так что сейчас надо одним....Капитан подошел к нему почти вплотную и передернул затвор. "Падай, и прямо СЕЙЧАС!". И тут вновь случилось нечто невероятное. Он как будто, вмиг, полностью перестал владеть своим телом. Кто-то невидимый, но нечеловечески сильный, резким толчком вдавил его в грязь по самый подбородок. Он с удивлением и ужасом, как в страшном сне, наблюдал за собственной неожиданно восставшей ногой, которая в течение секунды резко ударяет убийцу в колено, и за своей вмиг взбесившейся рукой, которая с несвойственной ему силой и скоростью бьет негодяя в подбородок. Капитан никак не ожидал такого яростного и стремительного сопротивления. Острая боль в колене помешала ему выстрелить точно, и пуля ушла мимо, куда-то в жидкую грязь. Следующий сокрушающий удар в подбородок заставил его попятиться, и он едва не выронил пистолет. Черт, невероятно, но этот, такой неуклюжий и безобидный на вид бегемот, оказался просто каким-то мастером боевых искусств! Надо стрелять прямо сейчас, пока он еще чего- нибудь не ... Капитан так и не успел, по старой привычке, мысленно закончить собственную фразу, как после третьего, невидимого глазу толчка, навзничь рухнул прямо в грязь, выпустив, бумерангом улетевший куда-то в чащу спутанных кустов, пистолет. Он попытался вскочить, но в ту же секунду его голова оказалась намертво припечатана к серой крошке истлевшего бордюра, капитан почувствовал резкую боль в затылке и в тот же миг провалился в черный омут глубокого обморока.....

Он стоял и смотрел на дело своих (или уже не своих?) рук и просто не мог поверить своим глазам. Он жив, а страшный убийца его отца (и его, его убийца!) лежит ничком в грязи, с разбитой седой головы стекают струйки крови..... он почувствовал внезапный приступ дурноты и, пошатываясь, побрел к выходу из этого проклятого парка. Обе руки саднило, кожа на кулаках была содрана до крови, кроме того, сильно болела нога, только что выкинувшая такой немыслимый фортель, она, скорее всего, вывихнута или даже сломана, не дай бог... "Ничего она не сломана, просто все у тебя в ужасном состоянии. Мышцы почти атрофированы! Как можно быть таким нетренированным?" - холодный и резкий голос в его голове, мерещившийся ему в минуты смертельной опасности, никуда не делся, он был на месте, и он даже читал ему нотации! Тут он вспомнил, что где-то читал про такое, что, мол, есть такое заболевание, когда люди слышат всякие голоса, чаще всего весной и осенью, ну да, сейчас же весна! Ну вот, тогда у него эта, как там ее, шизофрения, да, точно она! "Хватит забивать себе голову всякой ерундой" - голос был строг и непреклонен - "как можно довести себя до такого ужасного состояния, мышц почти нет, один жир кругом! Твоим телом управлять было намного сложнее, чем убить болотного душегуба! Ни одного удара хорошего так и не прошло!" "Кто ты?" - он поймал себя на том, что спросил это вслух - "где ты прячешься?" "Я в тебе, дурья ты башка!", - голос звучал уже чуть раздраженно - "ты - это теперь и я тоже! У нас теперь на двоих только одно тело осталось, и это тело твое, к великому моему сожалению!". "Но как же так? Кто ты? Как и зачем ты в меня вселился?" - он уже почти кричал. "А ну тихо. ТИХО Я СКАЗАЛ", - в голосе явно чувствовалась угроза - "не хватало, что бы нас здесь обнаружили, у кучи мертвых тел. Я тебе не причиню никакого вреда. Но потом об этом всем поговорим. А пока руки в ноги - и давай, двигай! Сейчас твой недруг очнется! Я его только на время обезвредил. Иди, или ты предпочитаешь, чтобы я тебе помог? Смотри, мне не жаль, но ноги-то твои!" "Нет, нет" - он суетливо замахал ободранными руками - "я уже бегу, бегу!".