Война
Шрифт:
Развалины Мирного
— Командир, вы действительно им верите? — спросил тот самый рыцарь, что накануне получил кулаком в грудь.
— Да, Луи, верю. И скажи мне — каков мог бы быть их расчёт, будь они лжецами?
— Но что если... что если это хитрая уловка? Чтобы мы покинули эти земли. А этот Этьен... Он ведь предатель, и теперь водит компанию с северными варварами.
— Знаешь, друг мой, после общения с ними у меня появилось странное ощущение. Кажется, это мы — варвары, а не они. Их оружие, доспехи — все исполнено с таким искусством, какого наши мастера не знают. Умение общаться с тварями, знания их предводителя... Это нечто из ряда вон
— Слушаюсь, комтур! — Луи ударил себя в грудь кулаком и закричал, раздавая приказы.
***
Мы покинули лагерь спустя час. Когда достигли окраин территории, охраняемой «Стражами», спешились и продолжили путь пешком, продвигаясь медленно и осторожно, с постоянной оглядкой. На поясе у каждого висели флаконы с эликсирами наивысшего качества — драгоценные капли жизни в смертельно опасной ситуации. Клинки были обнажены — в предстоящей схватке любая доля секунды могла стать решающей.
Помимо этого, каждый из нас нёс набор шприцов. Тайник, обнаруженный мной вместе с Этьеном, оказался настоящей сокровищницей — двадцать герметичных пеналов с препаратами, а также некое подобие спутникового передатчика. Однако мои надежды на связь с отцом быстро развеялись — устройство молчало, несмотря на все попытки установить контакт. Лишь глухая тишина в ответ.
Когда до заветной границы оставалось менее километра, я активировал тепловизор — и мир предстал передо мной в мрачной монохромности. Ни единого теплового следа, ни малейшего признака жизни. Будто сама земля вымерла, оставив после себя лишь безжизненную пустыню. Эта слепота, это ощущение пустоты сжимало сердце ледяными пальцами.
— Артур, что-то не так? — Альберт, знавший меня как никто другой, мгновенно уловил перемену в моем состоянии.
— Ничего особенного...
— Не ври, я вижу — ты напряжен, — его голос зазвучал тревожно.
— Нет-нет, наставник, я не о том... Просто вокруг — ни души. Ни одного живого существа крупнее полевой мыши в радиусе полутора километров. — Я медленно повернулся, обводя взглядом мрачный пейзаж. — И эти леса... Почему они такие густые? Логичнее было бы вырубить подчистую, чтобы обеспечить обзор и простор для манёвра. Судя по знаниям, доставшимся мне в наследство, наши предки всегда очищали территорию вокруг поселений, оставляя лишь жалкие островки зелени для украшения.
— Возможно, у них нет ресурсов?
— У них есть возможности куда более впечатляющие, — пробормотал я.
В этот миг моё обострённое восприятие, пожиравшее энергию с пугающей скоростью, зафиксировало стремительный объект, летящий прямо в грудь Эйнару. По размерам и тепловой сигнатуре он напоминал пулю из бесшумного оружия, но... слишком уж крупную для этого. Размером с кинжал. Разве такое возможно?
Эйнар находился в десяти шагах от меня — дистанция непреодолимая для защиты. Но Третий, шедший рядом, успел среагировать. Он бросился наперерез, пытаясь перехватить летящий снаряд. Однако тот обладал чудовищной пробивной силой — тело храбреца было пронзено насквозь, словно бумага под выстрелом крупнокалиберной винтовки. Лишь благодаря этому жертвенному поступку доспехи Эйнара выдержали удар ослабленного снаряда.
— Враг! — мой крик разорвал звенящую тишину, заставив всех вздрогнуть.
— Спина к спине! — рявкнул Резкий, его голос, привыкший командовать, прозвучал металлически чётко.
Мы
сгруппировались, напряжённо вглядываясь в окружающую тьму. Но врага не было видно — лишь шелест листьев и тревожная пустота.— Сканер, балбес... Используй сканер, — прошипела Олька, и я мысленно выругал себя последними словами. Как я мог забыть о таком преимуществе?
Активировав сканер, я увидел мир, преобразившийся до неузнаваемости. Черно-белые контуры тепловизора сменились цветной палитрой, и тогда я наконец различил его.
Страж. Он замер на дереве в двадцати метрах от нас — исполинская фигура ростом под два с половиной метра, массивная, как горилла, если не больше. Ветка под ним не ломалась, и, присмотревшись, я понял почему: это не ветка вовсе. Его левая рука впилась в ствол, а то, что я принял за сучья, оказались его ногами, упёртыми в дерево.
Но самое страшное — я не мог разглядеть его чётко. Силуэт расплывался, искажался, будто само пространство сопротивлялось его обнаружению. Казалось, он создавал помехи, мешающие сканеру определить точное местоположение.
Я активировал подсветку уязвимых зон, не особенно надеясь на успех. Но — о чудо! — система сработала. Тело стража расцветилось разноцветными маркерами, каждый из которых указывал на потенциальный урон от атаки. Данные были приблизительными, но даже это лучше полной неизвестности.
Единственное утешение — он был один. Хотя кто знает наверняка?
Прежде чем я успел указать товарищам на цель, тварь подняла правую руку. Мгновение — и из неё что-то вылетело. Бесшумно. На этот раз я был начеку, все мои системы работали на пределе возможностей.
Страж выбрал своей мишенью Гарда — самого крупного из нас. Взмах шпаги — и брошенный снаряд, срикошетив, упал к ногам Леонарда. При ближайшем рассмотрении это оказался нечто, напоминающее коготь — прозрачный, около двадцати пяти сантиметров в длину, округлый у основания и острый, как игла, на конце.
— На дереве! — я указал шпагой направление.
Леонард молниеносно выхватил пистолет и дал несколько выстрелов навскидку. Одна из пуль нашла цель, пробив тело твари насквозь. Монстр взревел и исчез в листве.
— Вы совсем с ума сошли? — я выбил оружие из рук Леонарда, зло шипя. — Теперь вся округа сбежится!
— Арти, опомнись, — холодно ответил старейшина, перезаряжая пистолет. — Ты думаешь, у них нет связи? Он заметил нас давно и уже мог предупредить остальных.
— Твою... — я сдавленно выругался. — Прости, старейшина.
— Не парься, — он поднял странный снаряд, внимательно рассмотрел и убрал в сумку.
— «Десерт игл» — это вам не шутки.
Лео довольный собой улыбнулся. Когда я ему поведал, что одна из пуль нашла цель. Кстати. На испытаниях он не пробил мой доспех, но оставил внушительный синяк на груди. Обычному человеку, в нашем случае вызвавшемуся Торену — сломал рёбра.
Пока остальные обсуждали произошедшее, я достал из сумки энергетические накопители и один за другим отправил в рот. Запасы сил таяли с пугающей скоростью.
Хоронить павшего или произносить речи мы не стали. Как сказал Алекс: «Боевые потери. Будем оплакивать потом». Его слова прозвучали как приговор. Нам ничего не оставалось, как молча последовать за ним вглубь опасной неизвестности.
Теперь сканер был активирован почти постоянно. Почему почти? Да потому что где я столько энергии возьму? Всё-таки единица каждые три секунды. Потому приходилось делать паузы. Такое моё транжирство спасло нам жизни, но, к сожалению, не всем, не всем.