Вивея
Шрифт:
— Как новенький! — Вынесла вердикт я. — Видишь, это было быстро!
Я посмотрела в глаза парня и прилипшая было улыбка замерла у меня на губах. Его лицо было так близко. Всего в паре сантиметров от… Да, всего в паре сантиметров от поцелуя. Неожиданно я остро осознала, что мы сидим рядом на его кровати.
Кажется, Хант тоже это понял (Или вовсе не забывал?). Левый уголок его губы чуть дернулся, а глаза, с легким прищуром следили за выражением моего лица.
— Пенни за твои мысли. — Проурчал голос с неповторимым акцентом в близости от меня.
— Мои мысли стоят гораздо дороже.
Ресницы Арчи чуть опустились,
— Даже не сомневаюсь в этом.
Ладонь Арчи осталась на моей щеке, и он чуть подался вперед. Едва уловимо сокращая и без того небольшое расстояние между нами. Кровать же чуть прогнулась, принимая движение парня, и я будто очнулась от гипноза:
— Ох! — Я отстранилась и схватила руку англичанина, перенося ее с моего лица на кровать и серьезно осматривая ее. — У тебя же руки изранены! Прости, но экзекуция не закончена.
«Хотя отвлекающий маневр был хорош». — Хитренько проговорил внутренний голос.
Я же велела ему заткнуться и беззаботно тараторила обо всем и ни о чем, не в силах посмотреть на брюнета. И вообще во всю делала вид, что никакого напряжения между нами только что не было. И куда делась вся моя решительность, которой я была наполнена пару минут назад? Как оказалось, целовать Арчи на море или там, где моя одежда точно останется на мне — одно дело. А оказаться в близости с ним на его кровати… Ух. Соберись, тряпка.
«Сама не знаешь, чего хочешь, а парня вводишь в заблуждение». — Посетовала более уверенная в себе моя половинка.
Я резко вскочила на ноги, чтобы взять новую порцию салфеток для боевых ран парня, и… Из-за спешки я буквально запуталась в своих ногах, рискуя впечататься лбом прямо в полку с аптечкой. Было бы эпично: можно пораниться и тут же получить первую медицинскую помощь… Но Арчи резво схватил меня за руку, которой я, ойкнув, махнула в воздухе «на прощание с бренным миром».
Парень потянул меня обратно и я, развернувшись, снова не справилась с управлением, оказавшись непостижимым образом у него на коленях. Все было так резко, что я даже зажмурила глаза, ожидая большого «бум», которого, конечно, не последовало.
— Осторожней. — Услышала я и приоткрыла один глаз.
— Когда-нибудь тебе надоест меня спасать. — Выдала я.
— Это вряд ли. Тем более, что если ты всегда будешь падать в мои объятия. Передо мной, конечно, девчонки не могут устоять, но я не думала, что все так буквально…
Я обиженно фыркнула и, легко стукнув парня по плечу, попыталась выбраться из кольца рук, притянувших меня к груди.
— Эй, пусти.
— Мм… Нет.
Я подняла изумленный взгляд на его лицо.
— Что, прости?
— А что, Вея Прей не привыкла слышать слово «нет»? — В карих глаза скользила хитринка.
Если бы подобное заявление я услышала от кого-то иного — мигом бы ощетинилась. Но Хант явно провоцировал меня не со зла, и я решила поддержать его игру.
Я вскинула брови и вызывающе ухмыльнулась, пытаясь не думать о том, как мой побег с кровати обернулся еще более интимным положением: я сижу на коленях парня, плотно прижатая грудью к его твердой груди и вдыхая… О Боже, его запах. Шутка ли, но мне кажется, что чем глубже я заполняю легкие ароматом тела парня, тем сильнее моя голова идет кругом. Нет, не образно, а буквальное легкое головокружение, как будто я перенасытилась
кислородом. Хм. Я что, правда сравнила Арчи Ханта с жизненно необходимым кислородом?— Вивея Прей. — Поправила я парня, делая акцент на полном имени. — И, хочу заметить, ты сам это сказал.
— И что же бывает с теми, кто не слушает тебя? — Бровь парня игриво изогнулась.
— Ох, они погибают в страшных пытках. В моем особняке под это дело отведен целый этаж в подземельях. Самые страшные виды пыток: испанский сапожок, «Железная дева» и, мое любимое, запереть человека в одной комнате со Сью.
Арчи засмеялся:
— Ты слишком жестока.
Я пожала плечами и отвернулась:
— Сам спросил.
— Вея. — Неожиданно серьезно позвал меня парень.
— Мм?.. — Вопросительно промычала я, все еще смотря куда угодно, только не на притягательное лицо англичанина.
Очевидно, его это не устроило и через мгновение цепкие пальцы со сбитыми, и так и не обработанными костяшками, нежно взяли меня за подбородок и потянули, вынуждая повернуться и поднять на него глаза:
— Расслабься. Я не причиню тебе вреда. — Его взгляд, его тон и его слова совершенно ничего не оставили от игривого настроения парня, которое я видела всего минуту назад. Он сам был напряжен и говорил так серьезно, будто я хоть на миг могла подумать, что он может меня обидеть.
— Я в этом и не сомневалась. — Искренне ответила я, чувствуя, что это правда. — Если ты думаешь, что твое поведение или драки напугали меня — это не так. Совсем не так.
По лицу парня будто прошла тень, как мелкая рябь по глади темного озера. Это длилось всего миг, прежде чем к Арчи вернулось его обычное выражение лица. Он легко улыбнулся и нежно погладил меня большим пальцем по скуле.
— Спасибо.
И снова этот взгляд, глубокий и полный такой подкупающей искренности и нежности, что все мои барьеры, страхи и странные мысли рассеялись, как утренний туман.
— Обращайся, Хант. — Улыбнулась я. Теперь Арчи больше не пытался приблизиться ко мне, теперь это сделала я.
Я наклонилась и нежно коснулась губ парня. Он моментально ответил, увлекая меня каждым новым движением своих губ в более смелый и горячий поцелуй. Положив руки ему на плечи, я провела ими и скрестила на шее парня.
Где-то на задворках ускользающего от меня сознания, я подумала, что чудом его губы не пострадали в драке, и теперь я во всю этим наслаждалась. Их фантастическим сочетанием: мягкостью и твердостью в одном флаконе. Странно, но таким мне казался и сам обладатель этого источника наслаждения. Нежным и спокойным, но, вместе с тем, твердым и надежным, как скала и опасным, как зверь.
Как напоминание о звере внутри Ханта, из его груди послышалось легкое урчание, когда я запустила пальцы в его влажные темные волосы. Я не смогла сдержать улыбки, чувствуя головокружительную власть над парнем и то, что ему нравятся мои прикосновения. Но миг торжества с моих губ был стерт новым потоком поцелуев. Его язык, уже давно покоривший мой рот без права на отступление, не оставлял мне шанса сохранить ясность мыслей. Да я и не желала этого больше. Я хотела другого.
Я почувствовала себя невероятно смелой, раскрепощенной. Не прерывая поцелуя, я переместила одну ногу, чтобы сесть на парне. Удобнее? Нет. Ближе. Даже то, что мои голые бедра сжимали его торс, заставляло мою кровь бурлить, смешивая адреналин и желание.