Чтение онлайн

— А из драгоценных металлов получится сделать? — Продолжила допрос Линнет, обходя страшилу в бесполезной попытке понять его устройство.

— Если найдешь пудов двадцать золота, то получится. — Усмехнулась карга. — Только заранее заготовь с сотню глиняных големов защищаться от всех бандитов в округе. Они, будь уверена, слетятся на такое сокровище как мухи на мед. Кстати, надо на рынок за ним сходить. А еще за уткой. Ты утку умеешь готовить?

— Я же не кухарка. — Возмутилась дочь графа, но наставница нагло проигнорировала возражение:

— Вот и славно. Никогда не поздно научиться. Возьми корзинку и топай за покупками.

— Вы же

шутите?

— С чего бы? — Картинно удивилась ведьма, приподняв брови. — Бедная птичка уже мертва, и если ты не умеешь управлять мертвыми, то у нее навряд ли получится самой добраться до нашей двери, заскочив по пути в пару лавок. Так что ноги в руки и бегом, не заставляй несчастную бабулю мучиться в ожидании ужина.

— Хотела бы я знать, как вы без меня обходились. — Огрызнулась Лина, понимая бесполезность споров.

— Страдала, милая. — Усмехнулась карга, похлопывая ученицу по плечу. — Страдала и плакала.

***

Здоровенная плетеная корзина, доверху нагруженная продуктами, в очередной раз больно стукнула по бедру, и Линнет опустила кладь на землю, решив передохнуть минутку-другую. Купленные на небольшом тихом рынке головка сыра, маленький горшочек с медом, жирная утка, четыре яблока, бутыль свежего молока и пара грязных морковин оказались до жути тяжелыми, и не привыкшая таскать что-то тяжелее обеденной ложки дочь графа регулярно останавливалась, переводя дух. Упираясь ладонями в колени, или наоборот запрокидывая голову кверху, она жадно глотала воздух, проклиная дурных советчиков, отговоривших ее обучаться в официальной школе при Башне. Тамошним неофита наверняка не приходилось подрабатывать грузчиками.

Стараясь скрасить моменты отдыха, девушка наблюдала за небосклоном. Угольно-черные вопреки всем законам логики облака завораживали словно в первый раз, а похожие на свихнувшихся светлячков многочисленные пылающие шары лишь усиливали эффект нереальности, то прячась среди грозовых туч, то теряя чувство высоты и опускаясь до земной тверди. Самый наглый даже несколько раз прожужжал над ухом, заставляя замереть в ожидании нападения. Или чуда. Коренные обитатели Скрытых Островов, если к загадочным огням вообще был применим подобный термин, хранили свои тайны не одну сотню лет, и никто не знал, зачем им следить за смертными. Быть может огоньки просто тянулись к любым источникам жизни подобно океану, ищущему луну, но способному лишь на приливы.

— А раньше меня пугали обычные мухи… — Пробормотала Лина, проводив взглядом очередную стайку непонятных сущностей, гоняющихся друг за другом быстрее самых шустрых птиц.

— А что тебя пугает сейчас? — Насмешливо донеслось сзади, и, резко обернувшись, девушка обнаружила за спиной трех неприятных типов в серых балахонах студентов. Отвратительных серых балахонах, одно существование которых являлось достаточной причиной обучаться у независимого наставника, не требующего идиотской формы, созданной кем-то ненавидящим красоту до глубины души. Если у неизвестного модельера таковая имелась в принципе.

Впрочем, троица невоспитанных юношей с непонятным желанием общаться с леди в безлюдном переулке могла принести куда большие проблемы, чем дрянная одежка, вышедшая из моды век или два назад. Вжавшись в стену, Линнет постаралась побыстрее покинуть злополучную подворотню, но один из незнакомцев тут же отрезал путь к отступлению и, обнажив чернеющие зубы в наглой улыбке, хлопнул пятерней о кирпичи в нескольких сантиметрах от головы жертвы.

— Торопишься куда? — Дерзко поинтересовался

он, нависая над загнанной в угол. — Может с нами того?

— Чего того? — Спросила дочь графа, понимая, что имеет дело с худшим из возможных типов мужчин — наглым шутом, мнящим себя по меньшей мере межевым рыцарем, а то и наделенным личными владениями бароном. Шутом агрессивным, оставленным наедине с дворянкой и заметно превосходящим последнюю в силе.

— Того самого того. — Пояснил паяц, довольно скалясь. — Погуляешь с нами. А может и еще чего. Чего не понятно-то?

— Все понятно. А теперь отвали. — Уверенно произнесла Лина, старательно скрывая страх нетерпением и праведной ненавистью, но резкие слова лишь раззадорили придурков.

— Да ладно тебе, не хмурься. — Противным до тошноты голосом заблеял второй незнакомец. То ли коренастый, то ли попросту толстый (уродливый балахон замечательно скрывал фигуру) он неспешно приблизился и, опустив лапу на плечо, сдавил пальцы с силой достойной куда лучшего применения. Например, дотащить за леди корзину, а не ломать ей ключицу.

— Ты не смотри, что братан не очень складно говорит, — тем же начисто лишенным агрессии приторным тоном произнес крепыш, не ослабляя хватку, — он — отличный парень. Да все мы, если хочешь знать, отличные парни. Веселые и добродушные. Замечательно время проведешь, а потом спокойненько вернешься назад. Не думай, я все понимаю: мы не принцы, белых коней нет, на рожу не вышли, да ведь и ты бабенка так себе. Кожа да кости. Не изображай принцессу, соглашайся. Сама же спасибо скажешь.

— Аккуратнее. — Вмешался в разговор третий, поправляя сползшие на нос толстенные круглые очки. Абсолютно апатичный, он безразлично наблюдал за издевательствами, будто происходящее не имело к нему никакого отношения. — Мастер не обрадуется, если и у этой появятся синяки. Не повреди шкурку.

— Мастер не обрадуется, даже если я заверну ее в розовые лепестки и поднесу ему, наигрывая балладу на лютне. — Огрызнулся коренастый, убирая клешню. Развернувшись к очкарику, он несколько секунд буравил того взглядом, но быстро потеряв терпение ограничился лишь смачным плевком под ноги.

— Ну чего? — Попытался подхватить разговор гнилозубый полудурок. — Ага или не ага?

— Если хочешь получить четкий ответ, то стоит научиться разговаривать. — Желчно ответила девушка, демонстрируя достойное королевы самообладание. Спасение зависело от одного простого момента: догадаются ли зарвавшиеся простолюдины о полном контроле над готовой разреветься от боли и страха жертвой, или посчитают ее затаившейся в густой траве гадюкой, едва ожидающей ошибки врага. Проявление слабости означало безоговорочное поражение, а Линнет не хотела отдаваться на милость судьбе в лице мелких бандитов. — Пока из твоих бессвязных бредней не понятна и половина, так что рекомендую в ближайшее время нанять репетитора велийского, или любого другого распространенного языка.

— Че? — Не понял зубастый, зато его приятель в очках тихо захихикал, прикрывая рот кулаком.

— Действительно смешно. — Пояснил он косноязычному другу. — Эта ухитрилась уделать тебя, не скатываясь в брань. Чего и следовало ожидать от дворянки.

— Дворянки?

— Да, кретин, дворянки. Посмотри внимательно: осанка, манера держаться, и, разумеется, взгляд. Неужели не чувствуешь, что на нас смотрят как на конскую лепешку?

— Обожди. — Перебил крепыш, почесывая давно нестриженную голову. — Если она из благородных, то с ней охрана же должна быть.