Утро
Шрифт:
Ханлар кивнул головой, а Азизбеков обратился к вошедшему Рашиду:
– Пригнал извозчика? Очень хорошо! Я уже готов. Возьми, будь любезен, и отнеси в фаэтон вот этот чемодан и корзины. Я сейчас...
Рашиду не терпелось узнать, зачем двоюродный брат едет в Бузовны. Он поднял сверкающий лаком черный чемодан, подхватил две корзины из-под винограда, набитые какой-то ветошью, и вышел.
Азизбеков взял Ханлара за локоть и потянул за собой в другую комнату. Указав на небольшую корзину с двумя ручками, набитую до отказа и сверху прикрытую пучками зелени, он сказал:
– Вот. Все в этой корзине, мой дорогой... Но
– Вдруг ничего не бывает, товарищ Азизбеков. Хотя, впрочем, вдруг и человек может упасть и разбиться... Я до сих пор не попадался. И незачем беспокоиться заранее.
Мешади суровым взглядом посмотрел на Ханлара.
– Нет, Ханлар, - сказал он, - так не годится. Лучше заранее взвесить все, чтобы потом не раскаиваться...
– Не сомневайтесь, товарищ Азизбеков. Корзина в целости и сохранности будет доставлена на место!
Мешади протянул ему руку.
– Ну, будь здоров!
– и, крепко пожав широкую ладонь Ханлара, Азизбеков быстрым шагом направился к выходу. У фаэтона он украдкой оглянулся, не притаился ли тот вчерашний шпик где-нибудь за углом? Не собирается ли накрыть Азизбекова на "месте преступления"?
Азизбеков уселся рядом с Рашидом на высоком кожаном сиденье.
– Гони во весь дух!
– сказал он извозчику.
Лошади помчались. Как только заглох вдали дробный перестук подков, Ханлар взял тяжелую корзину и вышел из дому. Тетушка Селимназ проводила его до крыльца. Все так же висели на одной руке Ханлара брюки и пиджачок. Прокричав рокочущим басом: "Старые вещи покупаю!", он медленно обошел двор и размеренным шагом вышел на улицу.
Фаэтон давно скрылся. Кроме женщины в темной чадре да молодого краснощекого бездельника, который, стоя у ворот, беспечно насвистывал веселую мелодию, на улнце никого не было. Ханлар шел медленно, щупая острыми глазами все углы и подворотни.
В это время Мешади и Рашид мчались по шоссе. Не успели они выехать за город, как сзади показался другой фаэтон. Мешади торжествовал.
– Ага, едут черти, - шепнул он Рашиду и крикнул извозчику:
– Гони, племянник, не жалей лошадей!
Фаэтон преследователей летел как стрела. Рашид поднялся на ноги, глянул назад и взволнованно опустил руку на плечо извозчику.
– Послушай, Амиркули, как же так? Разве ты не лучший фаэтонщик в Баку? У тех - пара лошадей, а у нас две... А ведь они нас догоняют...
Амиркули чмокнул губами и резко щелкнул кнутом. Но дорога шла на подъем. Лоснящиеся бока лошадей потемнели от пота.
Азизбеков даже не сомневался, что позади едет полиция. Никто другой не стал бы в такой жаркий день гнать лошадей. Однако нельзя было позволить полицейским так скоро догнать себя. Он не сомневался, что им не избежать встречи с преследователями, но хотел, чтобы это произошло как можно дальше от города. Надо было выиграть время. Как только жандармы убедятся в том, что ничего запретного Азизбеков не везет в фаэтоне, они повернут, назад в город и примутся за розыски ушедшего с "опасным" грузом настоящего "преступника". Поэтому-то Азизбеков так торопил извозчика.
Уже и сам Амиркули часто оборачивался назад и смотрел на дорогу. Расстояние между двумя экипажами угрожающе сокращалось. Кнут Амиркули все чаще разрезал воздух и опускался на спины лошадей. Преодолев подъем и выехав на ровное место, лошади Амиркули пошли быстрее. На некоторое время второй фаэтон
скрылся из глаз. В лица Мешади и Рашида, ударила плотная струя прохладного ветра.– Вот это дело!
– похвалил Мешади извозчика.
– Если еще чуть прибавить ходу - наша возьмет!
Казалось, и лошади, почуяв погоню, рвались вперед, вздрагивая при каждом щелканье кнута. Но недолго проскакав, лошади устали и замедлили бег.
Видно, извозчик боялся загнать лошадей. Он уж не бил их, а только щелкал кнутом в воздухе.
Вскоре вдали снова показался фаэтон преследователей, и расстояние между экипажами стало сокращаться. Азизбеков считал минуты, пытался мысленно представить себе, как Ханлар вышел из дому с корзиной, кого мог встретить во дворе, на улице и где примерно он мог сейчас быть.
Преследующий их экипаж находился уже в двух шагах от фаэтона. Лошади мчались попрежнему, но уже видно было, что странная скачка идет к концу.
– Я тебе покажу! Ты мне ответишь!
– кричали из экипажа.
– Остановись!
Амиркули оглянулся назад, и у него опустились руки.
– Ох, наделал ты мне беды, бек - сказал он Азизбекову.
– Ведь нас нагоняет жандармский офицер!
– Не бойся, Амиркули, не бойся!
– успокаивал его Азизбеков.
– Я приказал скакать, ты и скакал. Если спросят тебя, так и скажешь. Понял?
Рашид не отрывал тревожного взгляда от брата. Но тот с каждой минутой становился все спокойнее и хладнокровнее. Рашид хотел спросить что-то, но не решился. Азизбеков понимал, как тот беспокоится. Он хлопнул брата по плечу и сказал:
– Не тревожься ни за меня, ни за себя, братец! Пока что дела у нас идут как нельзя лучше. Мне только этого и надо было! Наверно, они потеряют еще немало времени, пока будут рыться в наших вещах...
Рашид не мог больше терпеть неизвестности.
– Мешади!
– сказал он.
– Братец, ты хоть объясни мне, в чем дело? У меня ведь сердце разрывается!
– Не волнуйся, братец. Потерпи еще немного. Сейчас все узнаешь!
– и к удивлению Рашида, Азизбеков залился веселым смехом.
Оба экипажа уже мчались рядом. Жандармский офицер, тот самый, который несколько дней назад производил обыск у Азизбекова в квартире, высоко подняв руку, грозил указательным пальцем фаэтонщику Амиркули. Вдруг его взгляд упал на Азизбекова. Предвкушая верный успех, он злорадствовал: "Наконец-то!.. Хватит водить нас за нос!... Теперь уже вам не отвертеться, сударь!
Попались-таки на месте преступления. Уж не скроете улик..." - и крикнул извозчику.
– Стой, подлец!
Оба экипажа остановились одновременно. Рядом с жандармским офицером сидел черненький человек в штатском. "Ага, тот самый, что вчера околачивался у дома", - подумал Азизбеков. Жандармский офицер спрыгнул с подножки экипажа и поднял руку с револьвером:
– Ни с места!
– закричал он и подскочил, к Азизбе-кову.
– Что вам угодно, сударь?
– спросил Азизбеков сухо.
– Что это за комедия? На каком основании?
– Ах, вы не знаете?
– съязвил жандармский офицер.
– Сейчас узнаете! Выгружайте свои вещи!
Увидав чемодан и корзины, он обрадовался, даже облегченно вздохнул.
Рашид недоуменно смотрел то на Азизбекова, то на жандармского офицера и все еще ничего не понимал. Видя, однако, что двоюродный брат ничуть не испуган, он тоже несколько успокоился.