Уловка
Шрифт:
— У меня свои условия. Без них прототип будет уничтожен. Никаких вспышек. Он просто растает изнутри.
Мужчина застыл, ожидая указаний. После паузы он кивнул и махнул идти за ним. Толстые металлические двери были позолоченными, на них был выдавлен круг с логотипом Цзиня. После сканирования ладони двери открылись, и мужчина кивнул. Я прошел первым, ощущая его присутствие спиной, но подавляя желание схватить нож. Было еще рано для этого. Мы пошли по огромному зданию, шаги разносились эхом. Я опустил маску, размял шею, невольно поразился размаху здания.
Солнце проникало
Вертикальный город был продуман как самодостаточный, чтобы из него не нужно было уходить. Оказавшись внутри, я видел лично, как заманчиво было жить там, где Цзинь продумал все необходимое для ю.
Мы прошли главное фойе по пути к лифтам. Оно было изящным, с двумя нефритовыми консолями в роли приемных. Башня была зловеще тихой, готовая вместить тысячи людей, но только мы с прихвостнем Цзиня двигались в ней. Мы молчали. Мужчина вызвал лифт — говорили, что он самый быстрый в мире — и мы прошли внутрь. Я встал в дальнем углу серебряной кабины, мужчина — в другом. Я не видел на нем оружия, но он был готов убить меня по приказу.
Я не нервничал и не боялся. Я был готов. Готов встретиться с человеком, который жил и процветал на страданиях и смертях мей, который так долго не получал наказания за убийства. В этот раз я не буду привязан к стулу. Не все было так, как я хотел, но это нужно было сделать на территории Цзиня. Он должен ощущать власть. Мне нужно было лишь спровоцировать его, разговорить и пережить это. Но я никогда не боялся умирать. Пока друзья были в безопасности.
Страж Цзиня нажал кнопку 188-го этажа, ввел код из четырех цифр для доступа. Желудок сжался от скорости подъема. В ушах хлопнуло, я сглотнул, готовясь к встрече.
Двери лифта открылись бесшумно. Я вышел первым, отошел в сторону от стража. Я сразу заметил поразительный вид на Шанхай, раскинувшийся внизу, порозовевший от заката. Река Хуанпу вилась серебряной лентой среди города, гладкая и изящная. Корабли и лодки покачивались, как игрушки, на воде. Загрязнения были заметны, напоминали нависшего над Шанхаем монстра. Но это не уменьшало красоту древнего города, полного зданий, людей и истории.
Я увидел Цзиня в стороне на миг позже, он был в дорогом черном костюме, спокойно сцепил ладони перед собой.
— Поражает, да? — он спросил, но звучало скорее как утверждение. — Я приберег этот этаж для себя, — он махнул рукой на широкое пространство. — Я еще не продумал дизайн, но возможности бесконечны, — Цзинь кивнул на мою сумку. — И возможности для изобретения мисс Цай бесконечны, — он протянул руку, словно я мог сразу отдать ему прототип, как подношение.
— Я так не думаю, — ответил я. — Какие гарантии, что меня не убьют, как только вы получите, что хотите? — я кивнул
на двух стражей в тени, грозных и тихих.— Даю слово…
Я рассмеялся.
— Ваше слово ничего не значит.
— Потому что твое слово тоже не имеет веса, — холодно сказал Цзинь. — Но в мире бизнеса наши слова важны. И я не убью тебя при дочери.
Кровь отлила от моего лица, ладони онемели.
Дайю.
Она вышла из-за колонны, и ее вид был ударом по лицу. Меня тошнило. Дайю была в узком черном платье с золотыми и серебряными украшениями. Она была бледной, хоть и с сильным макияжем в честь церемонии, но выражение ее лица ничего не выдавало.
— Что она тут делает? — спросил я, не глядя прямо на нее. Цзинь должен верить, что Дайю для меня ничего не значила, хоть я с трудом подавлял бурю эмоций. Вся бравада пропала за миг. Все изменилось с появлением Дайю. Как Цзинь использует ее против меня?
— Я хотел, чтобы моя дочь, наследница корпорации Цзинь, увидела, что случается с теми, кто крадет у меня, — Цзинь поднял руку, и худой мужчина шагнул вперед. Он не был одет как наемники Цзиня, он смотрел то на Цзиня с его стражей, то на меня. Я сжал ремешок сумки. — Проверь, настоящий ли у него прототип, — приказал Цзинь.
Мужчина замешкался, и Цзинь сказал:
— Живо, — он вздрогнул и засуетился, виновато кланяясь, когда забрал у меня сумку. Я отдал ее без слов.
— Этот прототип вам не принадлежал, — сказал я. — Вы украли его у Джени Цай. Изобретение принадлежит ее семье, как она пожелала.
Я в несколько широких шагов приблизился к Цзиню, отдалившись от Дайю. Я надеялся, что все работало, как хотела Линь И, и что все это слышали и видели. Лицо Цзиня было нечитаемым, как у его дочери, но глаз дергался. Это показало, что он злился. Никто не перечил ему. Никто не осмеливался.
— Я предлагал ей большую сумму денег, — сказал он. — Больше, чем нужно было.
— Она не хотела денег, — ответил я. — Джени не согласилась с вашей идеей, и вы убили ее за это.
Я услышал тихий звук со стороны Дайю — вдох — но не взглянул на нее.
— Бедная женщина погубила себя, — Цзинь вскинул бровь. — Она не выдержала давление учебы на доктора. Печально.
Цзинь верил своей лжи, словно мог переписать реальность, скрыть правду, все изменить для своего преимущества.
— Ее семья не подтверждала этого. Это удобная история, которой вы прикрылись, — ответил я. — Но я знаю правду.
Цзинь холодно улыбнулся.
— Не важно, что ты знаешь, Джейсон Чжоу. Ты — никто, — он взглянул на нервного мужчину, чей морщился от смятения, пока он проверял прототип. — Ну? — спросил Цзинь.
— Это прототип с катализатором, мистер Цзинь, — ответил мужчина. — Но в него встроено что-то еще.
Цзинь кивнул, один из его наемников шагнул вперед, направив на мою грудь пистолет.
Я ощутил, как напряглась Дайю. Я желал лишь, чтобы она не рисковала собой.
— Лучше так не делайте, — я улыбнулся с нахальством, которое всегда было моей защитой. — Если убьете меня, прототип растает изнутри. Он настроен на самоуничтожение, если мое сердце перестанет биться.