Чтение онлайн

— Что ты там устраиваешь? — родительница сердито смотрит на меня. — Кому ты кроме нас нужна? Ты посмотри на себя. Тощая как палка, еще эту дурацкую челку обстригла. Зачем? Народ хочешь насмешить? Мы с отцом из кожи вон лезли, чтобы у тебя все было, а ты что…

— Стоп, хватит!

От резкого тона Ильи я вздрагиваю.

— Полина, садись, пожалуйста, в машину.

В оцепенении я не могу сделать и шагу. Слова матери словно яд, разливающийся по моему телу и медленно уничтожающий меня изнутри. Нахожу в себе силы только посмотреть на парня. В его глазах

читается раздражение вперемешку с беспокойством.

Видя мою растерянность, голос парня теплеет:

— Полина, садись, пожалуйста, в машину.

— А вы вообще кто такой? — пропитанный яростью голос матери направлен на Илью.

Она не любит, когда кто-то вмешивается в ее разговоры.

— Полина? — Илья игнорирует вопрос моей родительницы и открывает для меня пассажирскую дверь своей машины.

Он терпеливо ждет, когда я наконец-то выйду из транса и сделаю пару шагов в его сторону.

— Мне задать вопрос еще раз? — она делает паузу. — Не делайте вид, молодой человек, что вы меня не замечаете.

Но Илья намеренно продолжает смотреть только на меня, не обращая внимания на замечания моей мамы.

— Полина, — его голос спокоен.

Моя тревога усиливается, но я ничего не могу с ней сделать. Когда мама рядом все мое нутро сопротивляется.

Мне безумно хочется доказать ей, что я сильная и могу добиться всего сама, но, с другой стороны, ее слова для меня как нож по сердцу и заставляют меня усомниться в себе и своих возможностях.

Я крепко сжимаю ремешок спортивной сумки и делаю пару неуверенных шагов на встречу к Илье.

Но на полпути мама хватает меня за рукав куртки.

— Куда ты собралась? Мы с тобой еще не договорили. И кто это вообще такой? — она бросает на Илью недовольный взгляд.

Не успеваю ничего ответить, как возле нас оказывается Илья и с предупреждающим взглядом смотрит на мою родительницу.

— Отпустите рукав, — его тон ледяной. — И дайте нам уехать.

— Я еще раз спрашиваю: кто ты такой? Как ты смеешь перечить ее матери?

— Если я правильно услышал, то вы сами сказали, что у Полины больше нет матери, — он берет мою свободную руку и переплетает наши пальцы. — Поэтому, незнакомая для нас женщина, отпустите мою девушку.

— Девушку? — фыркает родительница и презрительно оглядывает нас, заостряя внимания на наших сплетенных руках. — Не смешите меня.

Илья большим пальцем поглаживая мою ладонь, и это меня немного успокаивает.

— Я даже не собирался вас смешить, — он вскидывает бровью. — Я всего лишь прошу, отпустить рукав моей девушки.

От их взглядов я ежусь.

— Вот значит ради кого ты съехала от нас, — родительница с разочарованием смотрит на меня. — А что у молодого человека нет собственного жилья? Раз тебе пришлось снимать собственное?

— Послушайте, — резко произносит Илья. — При всем уважении, хотя я не обязан его проявлять по отношению к вам, но ради этой девушки, проявляю. Говоря на вашем языке, я последний раз прошу отпустить Полину, а в противном случае буду вынужден применить силу и сам разъединю

вас.

— Как ты смеешь? — по голосу и выражению лица я вижу, как внутри родительницы кипит ярость. — И ты этому парню разрешаешь так общаться с собственной матерью?

Она смотрит на меня испепеляющими глазами и красными щеками.

Я нервно сглатываю.

Быстро моргаю, пытаясь остановить слезы.

— Мам, пожал…

— Не мамкай мне! — ее голос переходит на крик, и она сильно дергает меня за рукав, причиняя боль. — Посмотрите на нее. Какая неблагодарная. Совсем от рук отбилась. Мы с отцом всю жизнь на тебя горбатимся, а ты нам этим отплачиваешь? Спя с этим? — родительница указывает подбородком на Илью. — Думаешь, такую мы ответную реакцию хотели от тебя?

— Все, хватит, — зло требует Илья. — Сейчас же отпустите ее руку. Вы вообще себя слышите? Да, что там. Вы только что ей чуть руку не сломали!

Мама ошеломленно смотрит на меня и отпускает рукав. Я тут же прижимаю руку к себе, стараясь угомонить пульсацию.

— Пойдем, — он не расцепляя наши руки, ведет меня к машине.

— Я разочарована тобой, — кидает нам вслед родительница. — Наплачешься еще с ним. Кто тебя вообще замуж-то возьмет?

— Вас же кто-то взял, — рычит Илья.

— Что ты сказал? — я чувствую, что мать в бешенстве.

Илья молча усаживает меня на пассажирское сиденье и закрывает дверь. От нехватки воздуха я открываю окно.

Перед тем как присоединиться ко мне, он обращается к моей матери.

— Послушайте, хоть вы и устроили этот никому не нужный концерт под названием «Нет у тебя больше матери», но я вам все равно скажу. Мать из нас вышла фиговая. Вы всю свою нереализованность выплескиваете на вашем родном ребенке, а она тут не причем и не должна от этого страдать, — он делает паузу, повернув голову и быстро посмотрев на меня. — Дам вам совет. Научитесь вести нормальный диалог и перестаньте во всем обвинять Полину, а иначе, вы ее окончательно потеряете.

— Все сказал? — холодно рявкает она в ответ. — Я сама разберусь, как мне общаться с дочерью. Защитник тоже мне нашелся. Иди поимей какую-нибудь другую легкодоступную девицу, а от моей дочери отстань.

— Вы что назвали только что свою дочь — легкодоступной девицей? — у меня леденеет кровь.

По моим щекам текут слезы, а сердце болезненно сжимается.

Не знаю, что окончательно стало спусковым крючком, то ли слова матери о том, что она считает меня легкодоступной, то ли от желания Ильи защитить меня, а может все вместе.

Единственное, что я сейчас хочу, это оказаться в кровати и свернуться калачиком под одеялом.

Нахожу в себе последние силы противостоять всему этому и через открытое окно пытаюсь докричаться до парня.

— Илья, пожалуйста!

Он тут же слышит мой голос и его брови сходятся на переносице, когда он видит мое заплаканное лицо.

Илья больше ничего не говорит моей матери и молча садиться в машину.

— Малышка.

От его ласкового голоса, мои слезы льются с новой силой.