Чтение онлайн

— У меня был тяжелый график, — вру я.

— Марк, — девушка вдыхает, топчась на месте, — В моей голове было столько разных мыслей. Я даже подумала, что это из-за нашего поцелуя. Хоть ты и сказал, что все нормально, и чтобы я не брала в голову, но мне показалось, тебе это не очень понравилось, что я перешла черту в нашей дружбе.

— Не говори глупостей, — я встаю напротив нее, облокотившись на столешницу, а она упирается своими ягодицами о барную стойку, служащую обеденным столом, — Ты никакую черту не перешла, как я сказал, все нормально. А что насчет поцелуя… — я лукаво улыбаюсь. — Мне понравилось, если

хочешь можем повторить.

Ее глаза вспыхивают, превращаясь в две черные точки. От меня не ускользает, как она быстро смотрит на мои губы и сглатывает. Неужели она тоже что-то чувствует ко мне?

— Хорошая шутка, — отвечает она, возвращаясь к своему телефону, а я вновь чувствую разочарование. — В любом случаи, я и так разбудила тебя, а тебе нужно отдыхать. С победой, кстати.

— Спасибо, — говорю я, причем совершенно искренне.

Она со вздохом кивает.

— Может останешься у меня? — не веря, что эти слова вылетают из моего рта. Она смотрит на меня подняв бровь. — Не смотри на меня так, — я улыбаюсь, — я ничего противозаконного не предлагаю. Всего лишь ночевка у друга.

Если честно, мне совершенно не хочется оставлять ее одну в таком состоянии и, если еще честнее, мне не хочется больше называть себя ее другом, но что делать с этим, я пока не знаю.

— А что, если твой бывший нагрянет к тебе с извинениями или что хуже с очередными оскорблениями, — продолжаю, — не будет ли безопаснее остаться у меня, хотя бы до утра?

Я вижу, как она анализирует всю ситуацию и пытается принять решение, но уже через пару секунд она сдается:

— Ты прав. Этот диван раскладывается? — девушка указательным пальцем показывает на небольшой темно-зеленый диван, стоящий в углу кухни.

— Да.

— Отлично, значит я сплю на нем.

— Есть одна проблема.

— Какая? — недоверчиво спрашивает она.

— У меня нет дополнительного комплекта постельного белья, — я пожимаю плечами. — Я не думал, что он мне когда-то будет нужен.

— И что ты предлагаешь?

— Давай переспим?

— Что? — ее глаза округляются и после этого я понимаю, что сказал не то, что должен.

— Я имею в виду, переспим ночь вместе на кровати, — я говорю быстро. — Обещаю, приставать не буду.

Она слегка краснеет, смотря на меня темно-карими глазами.

Ох, Дашка, если бы ты только знала, что я хочу с тобой сделать, не болтала бы так много.

— Обещаю, — я протягиваю мизинец правой руки.

— Обещаешь? — спрашивает она, но соединяет свой мизинец с моим.

— Конечно, — мы разъединяем пальцы, и я чувствую легкое покалывание. Да что со мной такое? Веду себя как сопляк. — Давай я тебе принесу во что переодеться.

— Все, что могу предложить, — спустя пару минут я отдаю ей плотную белую футболку, подаренную командой на один из моих дней рождения.

— Спасибо, — она берет приготовленную для нее вещь и направляется в спальню. — Пойду переоденусь.

Она уходит в другую комнату, но не закрывает за собой раздвижные двери. Эта изюминка в этой квартире. Раздвижные белые двери с черными полосками, огораживают зону спальни и прихожей. Стоя на кухне, мне отлично видно зеркало в полный рост, стоящего в прихожей и открывающий вид на девушку.

Я не должен смотреть, не должен. Но не могу оторвать взгляд.

Даша

через голову снимает свою толстовку, которая оказывается на флисе, и я обнаруживаю, что под ней ничего нет, кроме кружевного черного лифчика с широкими лямками, сужающиеся к плечам. Я нервно сглатываю. Чувствую себя подростком, впервые увидевшего женскую грудь. Девушка надевает футболку, выглядящая на ней как платье-мини, снимает легинсы и заново натягивает длинные белые носки. Видя Дашу в своей одежде, в районе сердца начинает ныть. Каждый день бы видел ее в этой одежде в своей квартире. Возникшая мысль не пугает меня, а, наоборот, радует.

Проходя мимо зеркала, Даша хмурит бровь, сначала я думаю, она замечает меня, потому что я никак не могу отвести от нее свой взгляд, но потом я понимаю, она рассматривает небольшую черную надпись с левой стороны футболке.

— Если хочешь меня — улыбнись, — читает Даша вслух. — Ты правда носил эту футболку на людях?

— Да, — не могу сдержать улыбку. — Парни подарили на прошлый день рождение. Я надевал ее какое-то время, пока они же не попросили ее больше не носить.

— Почему?

— Потому что в команде есть так называемые весельчаки, которые каждый раз подкалывают сокомандников, когда те улыбались, не специально и не осознано. В общем и целом, детский сад.

— Трусы на лямках, — продолжаю она.

— Ты запомнила? — смеюсь я.

— Есть такое, — Даша входит на кухню. — А значит, ты хочешь меня?

— Что? — я чуть ли не давлюсь собственной слюной.

— Когда я прочитала надпись на твоей футболке, ты улыбнулся, — она мило пожимает плечами. — Не значит ли это, что ты хочешь меня?

«Конечно, хочу», — хочется ответить мне.

Я смотрю в ее глаза и подхожу чуть ближе, оставляю между нами небольшое расстояние. Ее улыбка пропадает, а дыхание учащается. Я отчетливо это ощущаю. Я слегка наклоняюсь и у меня кипит в жилах кровь, когда я осознаю, что Даша не отстраняется, а, наоборот, смотри на меня с вызовом.

Громкий звук рядом с нами рассеивает всю атмосферу. Хватает совсем немного времени, чтобы понять, звонит телефон Даши. Я недовольно морщусь, когда она бросается к нему. Девушка опускает уголки рта и сужает глаза.

— Кто звонит? — задаю вопрос я.

— Леша, — она приоткрывает рот, я встречаю ее настороженный и напряженный взгляд.

— Не бери трубку, — я сжимаю челюсть. Она несколько секунд смотрит на меня, выключает звук и кладет телефон обратно на столешницу.

— Ты прав, я не буду брать, я обещала себе.

— Вот и умница. — Но телефон продолжает звонить и звонить. — Давай я отвечу или заблокирую его.

— А не будет ли это еще хуже?

— Мне плевать, — я делаю шаг вперед, но телефон перестает вибрировать и дальше звонки не идут. — Вот и чудесно. Пошли спать.

Я выключаю освещение, а Даша молча вытаскивает телефон с зарядного устройства и идет следом за мной. Мы также молча ложимся на кровать и мне не нравится появившееся напряжение. Этот придурок портит все, даже не находясь рядом.

— Дашка, — зову ее, когда мы оба лежим под одеялом на спине. — Все будет хорошо.

— Надеюсь, — говорит она. Я чувствую, как она расстроена, как пытается сдержать вырывающиеся слезы.

— Если пообещаешь мне не плакать, то можешь задать один любой вопрос, — в темноте улыбаюсь я.