Торлор
Шрифт:
Ревя от ярости, танлик развернулся, готовясь вонзить в противника ядовитые клыки, и неожиданно ударил хвостом, снова сбивая с ног закованного в броню полуоборотня. Поднявшийся нейтер, взвился в воздух и опустился прямо на середину спины лысого, впечатывая его в землю. Отпрыгнув к Чуу-уру он, водя руками по своим бокам, попытался залечить полученные раны.
– Смотрю не очень получается - нейтрально проговорил Чуу-ур.
– Ничего, немного времени, и я справлюсь - проквакал Рикар, не переставая водить руками по бокам. Меня так просто не взять,
– Чего он не нападает?
– спросил Чуу-ур, снова смотря на застывшую змею.
– Думаю дело в тебе.
– Это почему?
– Потому что даже я, получив раны в этом месте, могу их залечить. Многим правилам научил меня Тобол Наво, но одно из них сейчас нарушилось.
– Какое правило?
– Посмотри на танлика. Он не может закрыть раны, полученные от твоего меча. Такого вообще не может быть, это его мир и только он один здесь хозяин.
– Видимо уже не один - задумчиво проговорил Чуу-ур - смотря на глубокие раны в чешуе змеи.
– Нам можно передохнуть пока он пытается найти решение.
– Какое решение?
– Решение как восстановить целостность себя, если он не сможет залечить раны он не станет с нами сражаться.
– Почему?
– Это очень опасно для него, так он может погибнуть.
– Думаю дело в "единой" технике - задумчиво проговорил Чуу-ур.
– Я слышал о такой, причем здесь она?
– Я уверен что танлик думает что я ее использую, а следовательно он уверен что я могу причинить ему здесь вред. Поэтому раны и не заживают. Он сам себя поймал в ловушку.
– Может и так. Но тогда нам нужно воспользоваться этим и покончить с ним - воодушевился нейтер - давай я его прижму к земле, а ты кромсай его в куски.
– Да он и сам хорошо это делает - Чуу-ур показал лепестком в сторону лысого.
Змея стремительно меняла цвет, становясь пепельно-серой. На ее теле возникла набирающая черноту сеть.
Через мгновение эта сеть разрезала змею на малые части, скатившиеся все вместе.
– Что это он сделал?
– удивленно проговорил Рикар Мь"нтош.
– Видимо он не смог залечить раны. И его решение в том чтобы не залечивать их, а совсем наоборот. Он разделил себя на части и, кстати, линии сетки как раз прошли по ранам. А теперь он снова себя собирает, но во что-то другое.
И действительно развалившиеся куски начали склеиваться, формируя нового зверя. Чешуя у него огрубела, превратившись в костяной панцирь, а вместо одной, появились еще две головы на длинных шеях.
– Потолще кожу выбрал - досадливо проговорил нейтер, бессильно опустив руки - а у меня не выходит.
– Что не выходит?
– Да раны убрать, еще его яд заморозил мне все внутренности, этот танлик совсем не прост.
Тем временем лысый вязал в узлы окружающее, и Чуу-ур никак не мог понять, что ожидать от противника. Заключительным действом, представшим перед ним, стал подъем трехголового зверя на задние лапы.
– Что он делает?
– нейтер выглядел обеспокоенным.
–
Не знаю, все вкруг перевито так сложно, что не разобраться.– В битве, я тебе больше не помощник - прошептал нейтер, садясь на свои толстенные ноги. Его живот стал постепенно темнеть приобретая вид загнивающей плоти - не знаю что он сделал, но я уже не чувствую ничего ниже груди.
– Его яд рвет связи твоей искры, еще немного и от системы каналов ничего не останется.
– Тогда я совсем не смогу сопротивляться - констатировал нейтер.
– Яд очень искусно воплощен, нейтрализовать его не задев твою искру очень сложно, поэтому я атакую танлика - Чуу-ур рванулся в сторону трехголового чудища, оставляя парализованного нейтера.
– Не так быстро - прошелестело в его голове, и танлик с грохотом опустился на передние лапы, замыкая тем самым созданное плетение.
На мгновение пропал свет, а потом, земля под ногами, темное подернутое кляксами грязи небо и неожиданно возникшие стены стали одновременно приближаться и удаляться с колоссальной скоростью, полностью нарушая правильное восприятие окружающего.
Чуу-ур еще как то держался, видя силовые линии что приводили все это в действие, в отличии от потерявшегося нейтера, сидящего с широко раскрытыми застывшими глазами.
Голова полуоборотня налилась свинцовой тяжестью, образовавшаяся воронка в области живота начала свой безумный танец, вызывая приступы головокружения. Неодолимое желание закрыть глаза и упасть, приложившись распухшей головой к земле, стало настолько сильным, что Чуу-ур опустился на одно колено, с трудом борясь с наваждением.
Тихий смех дошел до его сознания - хватит сопротивляться, ты проиграл - я искуснее тебя в единой технике. Пожалей хотя бы старика, он будет мучиться здесь столько же, сколько и ты. И снова тихий довольный смех с примесью легкого сумасшествия.
Подняв голову, на миг потерявший контроль и распластавшийся на земле Чуу-ур, услышал жуткий непрекращающийся крик нейтера. Окружающее растворяло Рикара, разъедая его плоть. Перерабатывая и вмораживая в землю, на которой он сидел. Уже четверть его почерневшего отвратительного живота ему не принадлежало, став единым целым с элементами окружающего. Яд, попавший в организм нейтера, и воля танлика делали свое дело, причиняя неимоверные страдания буквально вживую перевариваемому Рикару Мь"нтошу.
Чуу-ра стошнило. Облегчение, принесенное исторгнутым комком слизи, позволило немного яснее мыслить. Горечь во рту напомнила о словах нейтера, что это всего лишь техника танлика, а не реальность.
Поэтому, закрыв глаза, он двинулся в сторону танлика.
– И куда ты собрался?
– прозвучал в его голове удивленный вопрос.
– Дойду, сразу узнаешь - выдохнул полуоборотень, стараясь скрыть возникшую слабость.
– Не дойдешь - довольный голос лысого вызвал у Чуу-ура приступ бешенства, и он почти побежав в сторону танлика, со всего размаха, наткнулся на прозрачную стену.