Торлор
Шрифт:
Оказалось, что лекарь был не так и далеко. Мы прошли около шести домов в сторону от широкой дороги, и мой попутчик стал стучать в добротно сделанную дверь из темного дерева. Кольцо в его руках сначала грохотало, но с каждым ударом звук становился все тише и тише. В какой-то момент он просто повалился на дверь и медленно сполз на землю, теряя сознание.
Приложив к стене свою ношу, я продолжил его дело, громыхая так сильно, что закладывало уши.
Наконец послышался шум, и дверь, с сильным скрипом, тяжело распахнулась.
– Редко она у вас открывается?
– спросил я первое, что пришло в голову, смотря на тщедушного старичка в длинной накидке.
–
– надменно спросил он, вздернув свой крючковатый нос вверх.
– Не только - ответил я, кивая головой в сторону лежащих - примите постояльцев?
Старичок осторожно подошел, всматриваясь в лежащие тела. Подпрыгнув как ужаленный, он засвистел в изогнутый свисток, висевший у него на шее.
Что тут началось.
Четверо громил выскочили один за другим и втянули раненных в дверь, косясь на меня набыченными глазами.
– Оплата услуг требуется?
– спросил я, у вытянувшего за дверь свой нос, старичка.
– Нет, сиятельный господин - учтиво ответил он, слегка кланяясь - как такое произошло?
– Очнутся, сами расскажут - мне почему-то стало неуютно под взглядом лекаря - там еще один. Совсем не далеко - только боюсь, ему уже ничем не поможешь.
– Покажете?
– Конечно, отправьте со мной одного из ваших..
– замялся я на секунду - помощников.
– Я сам пойду - вызвался старичок.
– Помогите лучше живым, а мертвого дотащит ваш вышибала.
– Вы правы.. вы правы - залепетал доктор, скрываясь в двери.
Вышедший амбал, без вопросов пошел за мной, держась немного сзади, чем видимо выказывал свое уважение.
Взвалив на плечи обездвиженное тело, он также, молча, удалился в обратном направлении.
Идти к лекарю мне не хотелось и, подняв стоящую нетронутой корзину, я пошел далее, намереваясь все-таки увидеть реку.
Сочные плоды скоротали мое не долгое путешествие. Нужно включить их в мой рацион, смотря на оставшиеся три, подумал я и решил немного потерпеть.
Река не произвела на меня должного впечатления. Крутые берега в редкой растительности выглядели не ухоженными. И вдобавок от нее ощутимо тянуло холодом, так что я решил у нее не оставаться, тем более что вода была сильно мутная и неприглядная.
Развернувшись, я неспешным шагом пошел обратно. Навстречу мне попалась семейная чета богато разодетая и шедшая в сторону реки. Родители слуги и несколько молодых девушек создавали видимость небольшой толпы. Посторонившись от них, я украдкой наблюдал за важно шедшими горожанами. Проходя мимо, они окидывали меня оценивающими взглядами, замаскированными под легкую небрежность. Почти у каждого глаза замирали на корзине с моими плодами. У самой последней девушки они стали как тарелки, и она удивленно уставилась на меня.
– Угощайтесь - не нашел я ничего лучшего как предложить яркий плод.
На миг замерев, она словно под гипнозом, протянула руку.
– Он очень вкусный - подбодрил я ее, проходя мимо.
И уже скрывшись за поворотом, я услышал сдавленные крики, по всей видимости, рассерженных родителей.
Я ускорил шаг, съедая предпоследний плод.
Добравшись до своего пристанища, мне пришлось отправиться в комнату, чтобы привести себя в порядок.
Желание приключений заставило меня снова выйти на улицу, где я столкнулся со своим новоявленным начальником.
– Не уходи, за тобой скоро зайдут - отчеканил он и быстро удалился вверх по улице.
Что делать, пришлось возвращаться. В дверях меня снова качнуло в сторону.
Смещенный центр тяжести ненавязчиво напомнил о себе, и я решил скоротать время за небольшой тренировкой.Разместившись на кровати, я погрузился в созерцание самого себя. Состояние сна накатило неожиданно и резко, грани предметов заострились, появились новые тени с множеством оттенков. Невесомость тела, нарушала темная сфера, медленно вращающаяся вокруг своей, постоянно меняющейся оси. Еще и крутишься, подумал я, стараясь понять насколько критично это вращение для моего существования. Одно можно было сказать точно, поворачивалась она с одинаковой скоростью, в отдельные моменты резко ускоряясь или замедляясь. Попытавшись вычленить закон этих ускорений, я концентрировался на вращающемся черном шаре. Самопроизвольно и стихийно.. это все что пришло мне в голову после продолжительного изучения странного феномена. Доставшиеся от змея горошины мирно дремали в правом плече, отгородившись странной беловатой коркой от системы моих каналов. Не беспокоят и ладно, подумал я, все же предвидя в будущем какой-то подвох.
Стараясь почувствовать предел, я все больше отдалялся от окружающего, самостоятельно оживляя ворона на своем плече. Кроме легкого покалывания по всей площади татуировки я больше ничего не почувствовал, но и это давало надежду на возвращение. Если честно, то я уже начинал скучать по своему маленькому мирку.
Система каналов на удивление быстро восстановилась. Рассматривая ее, я понимал, что с каждым разом сеть адаптируется к внешним факторам, пытающимся ее разрушить. Она стала эластичнее, тверже и прочнее.
По всем параметрам я был в норме, кроме непривычно расположенного центра тяжести, отсутствия связи с пределом и странного легкого недомогания в ногах, словно я прошел громадное расстояние без отдыха.
Почувствовав чужое присутствие, я открыл глаза и встал с кровати, как раз когда дверь моей комнаты открылась.
– Рене?
– прозвучал хриплый голос не заходящего вовнутрь человека.
– Здесь.
– Идемте за мной - чувствовалось, что вежливое обращение это не конек пришедшего. Голос, что привык отдавать короткие команды, так я охарактеризовал его, выходя из своей комнаты.
Встретившись с взглядом бесцветных глаз, я был немного удивлен, внешними данными и одеянием говорившего. Он был на голову ниже меня, очень крепок, словно слеплен из жесткого, пересушенного теста. Лысая голова на широкой шее, только усугубляла впечатление, что передо мной круглый говорящий шар. Маленькие глазки под массивными надбровными дугами, широкий приплюснутый нос, тяжелый подбородок и крошечные уши, напрочь перечеркивали все возможные заявки о его благородном происхождении. Что-то было в нем от неудачной скульптуры, вырезанной рукой не слишком квалифицированного творца. Широкие штаны и толстый халат, подвязанный обычной, но очень толстой веревкой, завершали странный образ.
– Неужели здесь и так принято - сопоставляя одеяния горожан мне было немного удивительно видеть столь скупо одетого человека.
Развернувшись, он не проронив ни звука, быстро посеменил по коридору.
Выйдя в город, мы блуждали довольно долго, пока не пришли к богато украшенному особняку с широкой лестницей в шесть ступеней. Войдя в здание, сразу оказались в большом зале, завешенном тяжелыми гобеленами.
– Ждите здесь - прозвучал жесткий приказ, от которого моя левая бровь немного поднялась вверх, когда я провожал взглядом, удалявшегося в угол помещения колобка. По его тону, он ставил себя намного выше, чем я.