Торадора!
Шрифт:
Просто он спокойно размышлял над своими проблемами.
Для начала нет постороннего, чтобы неверно все истолковать. Если бы присутствовал некто, неверно меня понимающий, было бы лучше развеять его заблуждение. Поскольку существует парень, который вот так когда-то все понял, пусть это заняло много времени. Хотя это неприятно... ведь ничего не поделаешь, следует так поступить, именно так и есть.
Глядя вверх в голубое небо, Рюдзи зажмурил один глаз из-за ослепительного блеска. Сегодня - ясный день, ветра нет. Лепестки сакуры, которые только начинали осыпаться, беззвучно танцуя и кружась в воздухе, мягко
Все так же охваченный жалкими комплексами, которые он не в силах был отбросить, Рюдзи снова решительно шагнул вперед своими начищенными вчера вечером туфлями.
Сегодня была великолепная погода для церемонии начала учебного года.
* * *
"Ух ты! В одном классе с Такасу?" - "Как и ожидалось, в нем чувствуется сила", - "Слегка страшновато", - "Кто-нибудь, подойдите и заговорите с ним", - "Не, это мне не под силу", - "Иди ты", - "Эй! Не толкай...!" - и так далее.
(...Что бы вы ни сказали, нынешний я не будет принимать это близко к сердцу).
Рюдзи продемонстрировал отношение, что он стоит выше всех этих взглядов своих новых одноклассников, взирающих на него издалека. Продолжая сидеть на своем месте, он слегка приосанился, кинул в пространство острый взгляд и слегка облизнул пересохшие губы. Его колени начали машинально отстукивать от нервной дрожи. Если взглянуть со стороны, он напоминал облик хищника, который злится в погоне за беспомощной дичью. Однако...
– Похоже, как обычно имеются субъекты, которые до странности заблуждаются в отношении тебя. Ладно, полагаю, скоро все утихнет. Я - на твоей стороне, и, кроме того, ребят из прежнего класса "А" здесь достаточно распределено.
– Ага. Вообще-то все в порядке, не беспокойся, - со слабой улыбкой мальчик ответил своему закадычному другу Китамуре Юусаку, с которым сумел оказаться в одном классе и на этот год. Стоит отметить, что у Рюдзи было превосходное настроение. Оно состояло отнюдь не в том, что он в жестоких предвкушениях облизывался на добычу перед собой. По правде сказать, скорее он хотел улыбнуться во все лицо так, что даже губы растянулись бы до ушей, и улететь со стула подобно ракете.
Разумеется, он пребывал в таком состоянии не из-за радостного факта, что они с Юусаку смогли оказаться в одном классе. Самое большее, что он сделал бы в таком случае - с улыбкой произнес: "И на этот год снова вместе, Китамура".
Мальчик был счастлив настолько, что хотел взлететь по...
– Привет, Китамура! В этом году мы в одном классе?!
...Вот какой причине.
– Что? Аа, Кусиэда, ты тоже в классе C?!
– Что, только сейчас заметил? Как жестоко, это же - долгожданный учебный год, поэтому хотя бы вовремя проверил поименный список.
– Извини, виноват, действительно - неожиданная встреча. В этом году будет проще с заседаниями старост клубов.
– А-ха-ха, точно! А, Такасу... верно? Ты помнишь меня? Ведь мы многократно сталкивались рядом с Китамурой.
– ...
– С-слышишь? Ничего, что я зову тебя "Такасу'?
– ...А, хоро...шо.
Это было слишком внезапное явление богини.
Перед глазами Рюдзи подобно Солнцу ослепительно сияло улыбающееся лицо. Тепло, как от утраченных
солнечных лучей, падавших в квартиру через окна на южной стороне дома, в одно мгновение залило ярким светом все вокруг. Рассыпающиеся во все стороны частицы сияния окутали мальчика, и он не мог больше держать глаза открытыми.– Кусиэда Минори, кажется?
Ах, наконец-то, наконец-то, наконец-то! Исторгнувшийся из него голос звучал чересчур грубо, и от этого Рюдзи хотелось заорать. Почему я не сумел ответить ничего, кроме этого, почему что-то более изящное...?
– Ну надо же! Ведь ты помнишь мое полное имя, я так рада! ...Ах, вот неудача, там меня кто-то зовет. Пока, Китамура. После школы - первое в этом году собрание новых учеников вторых классов. Не забудь это повторно! Такасу, еще увидимся!
И Рюдзи с максимально предельным для него дружелюбием... кое-как попытался помахать рукой вслед повернувшейся к нему спиной девочке.
Однако его движение запоздало, и богиня не смогла этот жест увидеть.
Тем не менее...
(Она сказала, что рада... Она сказала, что мы еще увидимся.)
Кусиэда Минори.
(Она сказала, что рада... Она сказала, что мы еще увидимся.)
Вероятно, мое самое заветное желание - иметь возможность оказаться в одном классе с Кусиэдой Минори.
(Она сказала, что рада... Она сказала, что мы еще увидимся.)
Она меня, она меня.
(Она сказала, что рада...)
– Такасу?
– ...Ох!
– Рюдзи откинулся назад вместе со стулом, поскольку Китамура неожиданно придвинулся к нему чрезвычайно близко.
– Чему это ты так улыбаешься?
– Пра...во же... ничего такого.
– Вот как?
– Юусаку поправил средним пальцем очки, и Рюдзи не смог удержать слабого восхищения по отношению к другу. В этом мире единственным человеческим существом, которое замечает мою улыбку, является этот паренек.
К тому же есть еще одна вещь, за которую он заслуживает восхищения.
– ...Китамура. Ты, как бы это сказать... нуу... в том, чтобы болтать с девочками (тут его мозг услужливо подсказал: "Точнее - с Кусиэдой"), ты - мастак.
– Что? С чего бы это?
– в глазах Юусаку, широко раскрывшихся под очками, была не скромность, а неподдельное изумление. Похоже, он действительно этого не сознает. Имея перед собой такого малочувствительного субъекта, Рюдзи невольно подавил продолжение фразы.
Его сегодняшний легкий разговор с Кусиэдой Минори - в достаточной степени "мастерский"... нет, не только сегодняшний. С первого класса старшей школы Китамура всегда с нормальными чувствами беседовал с Кусиэдой Минори, которая состояла в том же клубе по софтболу[13]. Рюдзи все время находился рядом и с трогательным усердием продолжал по крупицам получать ее улыбки и приветствия. Если говорить в футбольных терминах, то я был свободным защитником. Однако, мне еще ни разу не доводилось участвовать в нападении.