Тенета
Шрифт:
Рюн только бросил на него взгляд и прошел к себе, Хадда тоже никак не отреагировал, а Рия стояла и смотрела на эльфа. Он чуть наклонил голову, нахмурился еще сильнее, разглядывая ее в ответ.
– Men, tout medam yo imen yo l`ed, /И все-таки все человеческие женщины уродливы./ - наконец произнес парень и поднялся на ноги.
Рия вздрогнула, растерянно наклонила голову и переступила с ноги на ногу. Мелькнула мысль, что надо бы одеться, но платье было насквозь мокрое, и его совершенно не хотелось натягивать на такое же влажное тело.
– Vini non sou, Riya, /Идем, Рия./ - окликнул
Только тогда она сдвинулась с места, запинаясь за ковер. Прошла мимо эльфа, и тот фыркнул, потерев грудь. Сорвал повязки, подергал себя за свалявшиеся волосы и зашипел, став похож опять на бойцовского кота.
– Ou pi bon pa Kontraksyon jouk, /Лучше бы тебе не дергаться пока./ - глухо заметил Хадда, закутывая Рию в одеяло.
– W'a di di ou m`esi ti fi a, li pran swen ou. /И скажи спасибо этой девочке, она присматривала за тобой./
– Pou di gras a moun a? Pa janm nan vi mwen, /Сказать спасибо человеку? Да никогда в жизни./ - парень хмыкнул и скрестил руки на груди, поворачиваясь в их сторону.
Он сейчас совершенно не отличался от обычного человека. Грудь была испещрена мелкими шрамами, оставшимися от тех страшных царапин. Орк вздохнул и покачал головой.
– Yun elves pinaka-matigas ang ulo, bobo at malupit, /Молодые эльфы самые упрямые, глупые и жестокие./ - пробормотал он, возвращаясь к себе.
Рия слабо поблагодарила Хадду и снова посмотрела на эльфа. Он выглядел куда лучше, проспав почти двое суток. Похоже, парень ее не узнал, не вспомнил, что они вместе сидели в том сарае.
– Non?
– тихо произнесла девушка, стараясь передать вопросительную интонацию. Неимоверно хотелось спать, но имя выяснить хотелось еще больше.
Эльф воззрился на нее с таким видом, словно с ним заговорила блоха.
– Non?
– переспросил он и хмыкнул.
– Non!
– Nou rele, /Назовись./ - внезапно проворчал гном.
– Mwen - Ryunoulvyur.
– Hadda, - подал голос орк.
– Рия, - поспешила добавить девушка и облизнула потрескавшиеся и искусанные губы.
Эльф какое-то время переводил взгляд с одного на другого, а потом словно выплюнул свое имя.
– Glau.
Глау? Рия слабо удивилась. В книгах, насколько она помнила, имена у эльфов были длинными и красивыми. Музыкальными или труднопроизносимыми, но в любом случае не такими короткими. Хотя это "Глау" казалось хлыстом, резко бьющим по ушам.
– Yon non bon, /Хорошее имя./ - прогудел Хадда, укладываясь.
Эльф только пожал плечами и опустился на свою постель. Девушка упала на спину и сморщилась, когда заныли плечо и царапины. Если она сейчас закроет глаза, то уснет мгновенно. Но еще надо развесить платье, чтобы просохло к утру и... хорошо бы поесть. Хотя, похоже, ужин им не принесут.
– Рия, - раздался тихий голос эльфа, и девушка удивленно подняла голову.
– Глау?
– Yon ti fi, voye pa b`et la, /Уродливая седая девочка, посланная Зверем./ - усмехнулся он чему-то и протянул руку.
Рия напряженно смотрела и неосознанно вздрогнула, когда Глау коснулся ее правого плеча и чуть погладил его, совсем невесомо, но глубокая царапина от хлыста словно стала болеть меньше. Он почти сразу отстранился и отвернулся, укладываясь
на бок. Девушка удивленно моргнула, не понимая, зачем эльф это сделал, но спрашивать... спрашивать она не стала. Не стоит.Рия заставила себя встать, развесить на спинке постели платье, и только потом она снова легла, закутавшись в покрывало как в кокон, и позволила себе уснуть.
До утра оставалось слишком мало времени.
Глава шестая. Пожелай мне счастья
К рабству невозможно привыкнуть, если человек знал, что такое свобода, даже не ценя ее. Сейчас Рия понимала это особенно отчетливо, день за днем протирая пыль, моя полы, подметая и переставляя что-то с места на место, чтобы затем все вернуть так, как было.
Со стороны бы, наверное, казалось, что на рабство это не похоже. Их кормили два-три раза в день, раз в три дня купали, стирали одежду и просто заставляли прибираться. Рие с одной рукой было сложнее, конечно, но за прошедшие три как бы мирных месяца она привыкла и наловчилась.
Три месяца
Вроде бы тихих месяца.
Спокойных.
Но за этим спокойствием скрывались ежедневные побои, едкие замечания надсмотрщика, которые Рия, благодаря Хадде, начала частично понимать. Встречи с хозяином и моральное давление этого жестокого человека. Их хозяин - Хюмер Орбо - несмотря на внешность, любил пытки, любил, чтобы его боялись, и на каждой встрече появлялись рабы, которые ему надоели. На глазах новичков им срезали кожу, оскопляли, выкалывали глаза, выжигали языки. И каждый раз Рию выворачивало, за что ее всегда били. Ребра превратились в один сплошной синяк, спина... Девушка иногда саркастично ухмылялась, когда никто не видел: на спине можно было играть в корабли, особенно если добавить еще несколько ударов поперек. Что удивительно - никогда не трогали руки и ноги пленников, зато ничто не мешало ударить хлыстом по уху или лбу.
Надсмотрщик Фаркаш - сухонький старичок в зеленом, он умел бить точно и резко, так, что царапина заживала очень долго, а на ее месте оставался тонкий, пусть и едва заметный шрам. Фаркаш улыбался желтыми зубами, и эта улыбка была во сто крат страшнее, чем оскал Хадды. Хадда, тот никогда не стремился причинить боль, он защищал Рию ото всех по мере сил и возможностей. Он же учил ее общему языку и рассказывал о страшном и жестоком мире, в котором она очутилась.
Хадда оказался троллем, а не орком, как сначала решила девушка. Орки, по его словам, были серыми, больше похожими на камни, да именно поэтому и предпочитали селиться на юге, где находилась огромнейшая горная гряда. Тролли же выбирали север.
– Толстая кожа, - пояснял Хадда, когда рассказывал, - не мерзнем.
Рия кивала, хотя в ее представлении скорее тролли бы выбрали горы, но... книги отличались от реальности. Или реальность от книг.
Этот мир был... забавным и показался бы ей даже интересным, не окажись девушка в таком положении. Единственный материк на всю планету, хотя, конечно, Хадда ничего не знал о планетах или космосе. Местное солнце они считали огромным фонарем, которое когда-то подвесил их Творец, чтобы осветить мир. Сам же Творец, по словам тролля, давным-давно оставил этот мир, отправившись создавать новые.