Текст полностью
Шрифт:
Парнишка горько вздохнул и рассказал, как сначала ушли мужики в поисках огня, а потом пришла и их очередь. Хлеб в деревне давно закончился, пришлось в дорогу взять зерно. Он сразу же решил зёрнышки приберечь, потому что они напоминали о доме. От голода спасали мамины лепёшки из высушенного кислого молока и муки. Лепёшки мама сушила на камнях, нагретых на солнце. Мальчишки сразу же договорились идти в разные стороны, но через день встретились на берегу озера. Парнишка снова вздохнул, рассказывая, как странно вёл себя лес, словно живой, пропуская только в одну сторону. Рассказал, как они обрадовались встрече: вместе идти было не так страшно. Мальчишки долго сидели на берегу озера, решая, куда идти дальше, и очень обрадовались, когда увидели огонь на другом берегу. Потом увидели лодку, стали кричать, чтобы привлечь внимание, думали, что лодкой правит человек. Когда лодка причалила, немного испугались, увидев, что в ней никого нет, но всё равно сели: нужно было добыть огонь.
– Каждый из вас должен узнать свой огонь, узнаете - дам огонь, не узнаете - будете работать на меня.
Мы согласились: без огня домой нельзя возвращаться. Конечно, не надеялись узнать, просто нужно было что-то делать. Бабка махнула рукой, и из трубы вырвался столб огня, разделился на отдельные огоньки, которые сели на забор. На каждом столбике весело трещал костерок. Нам же не было весело: костры были совершенно одинаковы. Зачарованно глядя на огонь, я вспомнил дом, вспомнил, как мама просила подкормить огонь. Вспомнил щепочки, которые нужно было осторожно класть на угли. Сначала поднимался дым, а потом языки пламени жадно охватывали щепки, а я видел рыжего петушка, клюющего зёрна. Иногда, когда мама не видела, кормил петушка настоящим зерном. Я высыпал из мешочка, который висел на шее, горсточку зерна и, не надеясь на чудо, позвал: "Петя, Петя, Петушок, Золотой гребешок." И чудо произошло: огонь сел на мою руку. Видимый только мне петушок охотно клевал зёрнышки. Огонь не обжигал, а ласково облизывал мою руку. Мои товарищи сделали также. А бабка разозлилась, хворостиной загнала огонь в дом и закрыла перед нами дверь.
Пришлось ждать. Чтобы не терять даром времени, починили крыльцо, забор, насушили ягоду, грибы, на опушке всего было полно, а дальше лес не пускал. Нас охватывало отчаяние, очень хотелось домой, пробовали уйти, но место не отпускало. Наконец, бабка вышла к нам.
– Будете пасти огонь!
Выпустила огонь и ушла. Сначала мы обрадовались. Огонь постепенно по земле подбирался к опушке, подул ветерок, огненные петушки подпрыгивали веселее, озорнее. Решили повернуть петушков к избушке, но не тут-то было. Ветер крепчал, он нёс петушков прямо на деревья, и вскоре они весело заплясали на верхушках. Ветер понёс их в лес. А нас лес не пропускал. Мы стали звать бабку, она вышла, захлопала в ладошки, подзывая петушков, те прилетели, сели на неё. Шепча им что-то ласковое, старуха унесла их в дом, а нам погрозила кулаком. Мы сели на землю и горько заплакали. Так проходили дни, ночи, бабка не выходила к нам.
Она появилась неожиданно, держа в руках ярких рыжих петушков.
– Поймаете петушков - отпущу домой.
Опустила их на землю и ушла в дом. От петушков несло жаром. Мы подозвали их - они подлетели, стали клевать зёрнышки, но их невозможно было взять в руки. Я схватил своего петушка сразу и обжёг руки, но не выпустил из рук, а прижал к груди, уговаривая его не жечь мне руки. Боль была страшная, но выпускать петушка я не собирался. Мои друзья оказались хитрее. Они сбегали к реке и намочили водой руки, и только потом взяли петушков. Сначала они посмеивались над моей глупостью, и мне было обидно, что я не додумался до этого. Мы позвали бабку, она недовольно позвала нас в дом, усадила всех на лавку, а мне места не хватило: я сел около печи. И вдруг все петушки, кроме моего, превратились в головёшки. Теперь все с завистью смотрели на меня: мой петушок, не обжигая, спокойно сидел на руках. Бабка стала ругаться, что мы погубили её петушков. Огонь в печи не разгорался, дрова дымили, обугливались. Наконец, мы все уснули, а утром проснулся только я.
Мальчик снова тяжело вздохнул:
– Мне кажется, что я не проснулся, а вижу сон, может быть, и бабка спит.
Волхвы переглянулись: бабка-огонь, действительно, ведёт себя странно. Они попросили избушку помыть окна, пол, снять с углов паутину. Мальчик, открыв от удивления рот, наблюдал, как чьи-то невидимые руки протёрли окна, смели паутину, пол очистился от пыли, печь побелела. От печки до порога встряхнулся и лёг на своё место половик. В избе стало светло и уютно. Теперь можно было внимательно рассмотреть хозяйку: она, действительно, спала с открытыми глазами, иногда даже всхрапывая. Время от времени бабка просыпалась и тут же засыпала. С печки спрыгнул огромный рыжий кот, сел возле хозяйки и стал умываться.
– А ты откуда взялся?
– удивился мальчик.
– Сколько здесь живём - ни разу не видели.
– Кис - кис, - позвал он кота.
Тот презрительно посмотрел на мальчика и потёрся о ноги бабки. Та вздрогнула - и проснулась.
Она с удивлением огляделась вокруг, увидела гостей, оглядела себя и заохала, что встречает их в таком виде. Кот важно прошёлся среди гостей, потёрся о ноги детей и мяукнул. Бабка подскочила к мальчишкам, собрала головёшки и бросила их в печь. Дети тотчас проснулись, но молчали, боязливо поглядывая на хозяйку. А та суетилась, собирая на стол угощение. Отправила мальчика, сидящего у печки, доить козу, вытащила противень из печи и застыла, увидев вместо пирожков угольки, бросила противень в печь, села на скамеечку и заплакала. Кот залез к ней на руки, замурлыкал, успокаивая, провёл по одежде хвостом - та стала чистой, потом слез и направился к ларю в дальнем углу, требовательно посмотрел на свою хозяйку. Бабка открыла ларь, достала старенькую скатёрку и накрыла ею стол - на столе появились горячие пирожки, мёд, хлеб, лук, пареная в меду репа. Тут и мальчик принёс молоко. В первую очередь молоко налили коту, который важно уселся во главе стола. Хозяйка радушно пригласила к столу гостей. Волхвы сели за стол, а мальчики, стараясь не глядеть в сторону стола, сгрудились около двери.– Почему они не садятся?
– удивлённо спросила Волхвов хозяйка.
– Тебя боятся, - ответили гости.
– Садитесь, не бойтесь, вы же голодные, - пригласили мальчишек Волхвы.
Стесняясь, сдерживая свой голод, мальчишки робко сели за стол. Давно они не ели ничего горячего, только грибы и ягоды. Они ели и плакали. Просто слёзы бежали сами, справиться с ними не было сил.
– Спасибо, хозяйка, за угощение, - поблагодарили Волхвы, мальчишки шёпотом поблагодарили тоже, - ну а теперь поговорим: нам пришлось бросить свои дела и идти на помощь людям, расскажи, что с тобой приключилось или с хозяином дома.
Кот при этих словах прижал уши. Волхвы, обращаясь к хозяйке, очень строго при этом смотрели на кота.
– А кто хозяин дома?
– спросили мальчишки.
– Мы никого больше не видели.
– Посмотрите внимательно на кота, - посоветовали Волхвы, - это настоящий хозяин дома.
Мальчишки с интересом уставились на кота. Облик того стал меняться. И вот уже за столом вместо кота сидит дед, седой, дряхлый, но с яркими внимательными золотистыми глазами. И всё же неуловимо кошачье осталось в его облике.
– Нельзя нам показываться людям, - недовольно произнёс он.
– Вредить людям тоже нельзя, - ответили ему.
Дед виновато потупился: старый стал - проспал всё на свете. Дети с восторгом наблюдали за удивительным дедом, они уже поняли, что это домовой. Никто же не поверит, что они сидели за одним столом с этим сказочным существом. Так были заняты домовым, что чуть не пропустили начало рассказа хозяйки.
– Прилетел с неба камень, задел трубу, огонь в печи погас. Камень и дверь завалил. Долго не могли выйти из дома: окна маленькие. Кое-как выбрались. К этому времени камень стал таять, оказалось, это ледяная глыба. Долго дед и бабка убирали лёд от двери, потом чинили трубу. Небо затянуло тучами: ни солнца, ни зари не видно, поэтому и огонь не смогли добыть. Легли спать в холодной избе, и бабка заболела. Домовой тоже замёрз, под одеяло залез, пригрелся и уснул. Так крепко спал, что не заметил, как хозяйка во сне встала и к людям пошла, как огонь принесла. Всё проспал: и как дети пришли, и как огонь пасли - ему казалось, что видит интересный сон, но проснуться никак не мог. Кот пристыжено поджал уши, а бабка ласково погладила его по пегой шёрстке.
– Старые мы стали, - грустно сказала она.
– А давайте с нами под землю, - предложили Волхвы.
– Огонь нам нужен, домовые тоже пригодятся. Собирайтесь!
Хозяйка растерянно огляделась.
– Всё бросить? А козы, как они без меня жить будут?
– со слезами на глазах спросила она.
– Берите всё, дом тоже берите, пригодится, - засмеялись Волхвы.
– Выходите все, дом приготовим к полёту.
– Подождите!
– попросила бабка.
– Мальчиков одарить нужно. Они большую работу сделали, нехорошо будет оставить их без награды.
А кот уже встряхнул скатёрку и протянул её хозяйке. Та посмотрела на скатёрку, почти прозрачную от старости, и ласково улыбнулась детям.
– Скатерть- самобранка для всего села. По праздникам расстилайте, меня вспоминайте.
Старший из мальчиков осторожно взял скатерть из рук хозяйки и низко поклонился: он понимал, что получил для села великую ценность.
– Несмотря на старость, эта вещь долго будет служить вашему селу, - одобрил подарок Волхв.
Мальчик спрятал скатерть за пазуху. Все вышли во двор. На трубе избушки сидел ворон. Увидев Волхвов, он приветливо каркнул и стремительно взлетел вверх. Облетев дом, повернул на восход. Вдруг избушка присела, взмахнула ставнями как крыльями и вобрала все пристройки и стог сена в себя. На глазах изумлённых мальчишек она превращалась в огромного яркого петуха. Старушка охнула и бросилась в дом, помахав на прощание рукой. Поднялся ветер. Волхвы и мальчики отошли подальше от избушки. Подпрыгнув, петух неловко поднялся вверх. Несколько мгновений казалось, что сейчас он рухнет вниз, но полёт становился всё увереннее. Облетев поляну, он потянулся вслед за вороном.