Талисман
Шрифт:
На окнах не было никаких решёток.
Мужчина, похожий на крысу, взглянул на Джека и передвинул сигарету в уголок рта.
— Новички? Ты и твой приятель, а? — спросил он. — Ничего, скоро обживётесь. Здесь быстро обживаются — верно, Сонни?
Он подмигнул Сонни-Певцу. Певец, казалось, смутился, как младенец.
— Вы же знаете, что вам запрещено разговаривать с воспитанниками, Рудольф, — сказал он.
— А кто ты такой, сопляк, чтобы поучать меня? Лучше иди и пожуй ослиный хвост — это пойдёт тебе на пользу, — насмешливо процедил Рудольф.
Певец посмотрел
— Вечерня! — закричал он. — Вечерня! Все к вечерне! Быстро вставайте, убирайте со столов и идёмте. Мы опаздываем! К вечерне!
Мальчики спустились по ступенькам в импровизированную церковь. Здесь был свежий воздух; в помещении было прохладно. Где-то играл орган.
Мальчики сели на скамьи. Перед ними возвышалась кафедра, оснащённая микрофоном. Это показалось Джеку несколько странным для церкви. По бокам кафедры стояли два видеомонитора. Один из них должен был демонстрировать правый профиль преподобного Гарднера, другой — левый; но сейчас они бездействовали. Стены были задрапированы темно-красной тканью; в левой стене оказалось встроено окно. Джек увидел Кейси. Тот достал пару наушников и надел их на голову.
Да, это была церковь, но здесь с тем же успехом могла бы разместиться радио— или телестудия. Джек внезапно подумал о Джимми Сваттерте, Рексе Хамберде, Джеке Ван Импе.
«Ребята, включайте ваши телевизоры — и это вас ВЫЛЕЧИТ!»
Слева от помоста открылась маленькая дверь, и оттуда вышел Солнечный Гарднер. Он был весь в белом, с головы до пят. На лицах многих мальчиков возникло выражение экстаза.
Волк повернулся к Джеку и прошептал:
— В чем дело, Джек? От тебя исходит интересный запах…
Джек сжал пальцы так сильно, что они побелели.
Солнечный Гарднер, чьё лицо лучилось здоровьем, перевернул страницу огромной Библии, лежащей на кафедре. Джека на мгновение охватило волнение.
Внимательно смотрел на Гарднера сквозь очки Кейси. Затаил дыхание Гек Баст и Певец. Гарднер взглянул на Кейси и тот быстро включил стоящую на проигрывателе пластинку.
— Бойтесь соблазнов дьявольских, — сказал Солнечный Гарднер. Его голос был низким, задумчивым, мелодичным.
— Не поддавайтесь искушению.
Иначе вас скосят, как траву, И перережут, как стадо овец.
Верьте в Господа и будьте хорошими, Тогда вы попадёте в Территории…
(Сердце Джека Сойера замерло в груди)
— И вам Господь исполнит все ваши желания.
Идите Божьей тропой; Верьте в Господа.
Забудьте о злобе и вражде.
Не поддавайтесь искушению, Тогда Господь ниспошлёт вам благодать И заберёт в свои Территории.
Гарднер закрыл Библию.
— Боже, позволь мне сказать от твоего имени несколько слов.
Он долго рассматривал свои руки. В очках Кейси отражалась вертящаяся пластинка. Потом Гарднер поднял глаза, и в сознании Джека зазвучали вдруг слова: «Где мы виделись? Не в королевстве? Ты не хочешь рассказать мне о перевёрнутой повозке, вёзшей бочки королевского эля? А?..»
Солнечный Гарднер внимательно
оглядел своих слушателей. Все лица были повёрнуты к нему — круглые, вытянутые, бледные, розовые, открытые и замкнутые…— Что это значит, мальчики? Поняли ли вы тридцать седьмой псалом? Поняли ли эту прекрасную песню?
«Нет», — говорили их лица. «Не совсем… объясни нам… объясни…»
Внезапно Гарднер крикнул в микрофон:
— Это значит НЕ СТИРАЙТЕ ЕГО!
Волк слегка вздрогнул.
— Теперь вы знаете, что это значит? Вы все услышали?
— Да! — крикнул кто-то позади Джека.
— ДА! — голос преподобного Гарднера заполнил большой зал. — НЕ СТИРАЙТЕ ЕГО! ПОТ! Это хорошие слова, верно, дети? Это очень хорошие слова, верно?!
— Верно… ВЕРНО!
— Этот псалом велит не обращать внимания на искушения! НЕ СТИРАТЬ! ПОТ! Этот псалом говорит, что если вы ПРИДЁТЕ К ГОСПОДУ И БУДЕТЕ ГОВОРИТЬ С ГОСПОДОМ, ВЫ ДОЛЖНЫ БЫТЬ НЕВОЗМУТИМЫ! Понятно, дети? Вы поняли?
— Да!
— Алилуйя! — воскликнул Гек Баст.
— Аминь! — поддержал его сидящий позади него мальчик.
Гарднер взял в руку микрофон и стал прохаживаться по залу. Он напоминал Диззи Гиллеспи, Джерри Ли Левиса, Стэна Кентона и Джейн Винсент одновременно.
— Вы не должны бояться! Вы не должны бояться тех, кто захочет показать вам грязные картинки! Не должны бояться тех, кто скажет, что от мелкой кражи ещё никто не умер! КОГДА ВЫ ОБРЕТЁТЕ ГОСПОДА, ВЫ ПОЙДЁТЕ С ГОСПОДОМ. Я ПРАВ?
— ДА!
— НЕ СЛЫШУ! Я ПРАВ?
— ДА!
— И КОГДА ВЫ ПОЙДЁТЕ С ГОСПОДОМ, ВЫ БУДЕТЕ ГОВОРИТЬ С НИМ?!
— ДА!
— ЕСЛИ Я ПРАВ, СКАЖИТЕ — АЛЛИЛУЙЯ!
— АЛЛИЛУЙЯ!
— ЕСЛИ Я ПРАВ — СКАЖИТЕ О-Е!
— О-Е!
Мальчики раскачивались взад-вперёд, и Джек с Волком не могли противостоять этому общему движению. Некоторые плакали.
— А теперь скажите, — тепло обратился к ним Гарднер. — Могут ли в этом месте родиться дурные помыслы? Как вы думаете?
— Нет, сэр, — выкрикнул худой мальчик с выбитым зубом.
— Верно, — сказал преподобный Гарднер, вновь подымаясь на помост. — Аминь. Господь говорит, — так сказано в Книге пророка Исайи — что если вы тянетесь к Господу, он даст вам орлиные крылья; каждый из вас будет сильнее десятерых; и я хочу сказать вам, что СОЛНЕЧНЫЙ ДОМ — ЭТО ГНЕЗДО ОРЛОВ, ВЕРНО?
— ВЕРНО!
Наступила пауза. Гарднер ходил взад-вперёд по подиуму; его белые волосы развевались на ходу. Когда он заговорил вновь, голос его был тих. Мальчики слушали его, затаив дыхание.
— Но у нас есть враги, — сказал он почти шёпотом.
По залу что-то прошелестело и затихло. Гек Баст угрожающе огляделся, и его кулаки сжались. Лицо Баста было, как у больного тропической лихорадкой. «Покажите мне врага», — говорило оно. — Покажите — и вы увидите, что произойдёт с ним».
Глаза Гарднера, казалось, наполнились слезами.