Стойкость
Шрифт:
Джесси забирает кошелёк и достаёт из него права. Гравий хрустит под ногами полицейского, мы поднимаем на него взгляд, и перед нами оказывается широкоплечий мужчина в тёмной униформе с тяжёлым оружейным ремнём. Эджкомб наклоняется, встречаясь взглядом с Джесси. Его глаза закрывают очки-авиаторы, так что он напоминает тюремного сторожа, а из-под коротких седеющих волос виднеются капли пота. Я не свожу с него глаз, но Эджкомб как будто не замечает меня.
— Немного превысили скорость.
— Мне так не показалось.
Эджкомб жуёт резинку.
— Водительские права, регистрацию, страховку. Пожалуйста.
Не
Эджкомб возвращается к своей машине, чтобы проверить регистрационный номер. Нам приходится ждать довольно долго. В кабину залетает слепень и безудержно бьётся о лобовое стекло.
Возвращается Эджкомб и отдаёт Джесси все документы.
— На этой дороге скоростное ограничение семьдесят километров в час. По закону, а не по совету. — Он отступает от машины и сжимает свой ремень большими пальцами. — Выйди из машины — нужно поговорить.
Глаза Джесси мгновенно округляются.
— Э...
— Дарси. Быстрей. — Эджкомб подзывает меня указательным пальцем и упирается руками в бока, мимо нас проезжает седан, оставляя за собой облако пыли.
Когда я выхожу из машины, моё сердце готово выскочить из груди, да и Джесси не в восторге от происходящего, но ничего не может поделать. Я иду за Эджкомбом к кузову и становлюсь перед ним, щурясь в лучах солнца.
— Эти парни твои друзья?
— Да.
Он со свистом втягивает воздух через рот.
— И твои друзья разрешают тебе ездить не пристёгнутой?
Я не могу вымолвить ни слова. Заболтавшись на выезде из «Агвэя», я совершенно забыла пристегнуться.
— По закону каждый обязан пристёгиваться ремнём безопасности в машине. Ты знала об этом? — Я киваю. — Тем более ты несовершеннолетняя, поэтому ответственность за тебя несёт водитель. Так что будет твоему дружку штраф на пятьдесят долларов.
Я говорила, что мне стало лучше? Так нет — по мне как будто каток проехал.
Мы стоим молча, а ветер от проезжающей мимо машины раздувает нашу одежду. Эджкомб снимает очки и прячет их в наружный карман рубашки. У него тёмно-карие глаза.
— Дарси, подумай кое о чём. Родители Рианоны Фосс, Чарли Энн и Джим — уверен, что ты их знаешь, — готовы были подарить что угодно своей дочке. Уж очень сильно они её любили. Но ведь большинство родителей так относятся к своим детям, не правда ли? — Я снова киваю. — Представь свою маму на их месте. Каково было бы ей, случись с тобой беда? — Он замолкает, наверное, надеясь, что я закричу и начну молить о пощаде. — Ты постоянно попадаешь в передряги, зачастую опасные. И мне интересно, почему ты это делаешь?
— Я забыла пристегнуться, понятно? Обычно такого не случается.
— Это просто один из примеров. Но враньё — вот что опасно. Особенно если на кону чья-то жизнь.
Я сжимаю челюсть, сдерживая подступающий крик.
— Я. НЕ. ЗНАЮ. ГДЕ. ОНА. — Выдыхаю воздух через нос. — Вы следили за мной?
Трудно поверить, что капрал будет сидеть на посту контроля скорости движения. Не дождавшись его ответа, я бросаю:
— Я не вру, ясно?
Он изучает
меня взглядом, а губы изгибаются в ухмылке.— Но ты и не честна со мной. Так ведь?
Осознав, что больше я ему ничего не скажу, он отходит от меня и указывает на кабину пикапа. Как только я занимаю место между парнями, Эджкомб одаривает нас долгим взглядом и обращается к Джесси:
— Если снова тебя остановлю, то штрафом ты не отделаешься. Понял?
— Так точно. — Меня радует, что Джесси даже не пытается надеть маску серьёзность.
Когда Эджкомб возвращается к своей машине, я понимаю, что сейчас он выпишет Джесси штраф, но вместо этого он заводит двигатель и уезжает. Я сползаю по сиденью и выговариваю:
— Простите. — Какое жалкое зрелище.
— Ничего страшного. — Джесси сбит с толку, наблюдая за удаляющейся полицейской машиной. — Что ему было нужно?
— Он уверен, что я знаю, где можно найти Рианону.
— Слышал, они добрались до Кеньона.
— Он всего лишь взял её машину на время и побоялся вернуть её из-за копов.
Я выглядываю в окно на озарённое солнцем пространство, а передо мной предстают охотничьи серьёзные глаза Эджкомба — кажется, что он насквозь видит и понимает меня. Как будто он уверен, что, в конце концов, я пересилю себя и поступлю правильно.
Понятия не имею, откуда такое взбрело ему в голову.
Глава 15
В понедельник я работаю бок о бок с Шэем, не поднимая на него взгляда. Весь день проходит в туманной усталости — я замечаю только расплывающиеся перед глазами ягоды, поблёскивающий на солнце ручной комбайн и своё тяжёлое дыхание. Шэй собирает голубику играючи, поддразнивая этим парней и насмехаясь надо мной. Мейсон находится неподалеку, но постепенно я осознаю, что он следит за ситуацией, чтобы заступиться за меня в случае необходимости. Джесси я вижу только за обеденным перерывом. Кажется, он хочет поговорить со мной, но этого так и не происходит.
В конце смены я оказываюсь на седьмом месте, а Шэй перемещается на пятое. Мне так и не удается обойти Банковски.
— Давай. Пей.
Мэгс наблюдает, как я выпиваю в три глотка купленный ею энергетик и вытираю тыльной стороной ладони остатки красной жидкости над верхней губой. Мы сидим в её машине на парковке перед магазином одежды для официальных мероприятий, опустив ноги на асфальт.
— Тебя тошнит? — Нелл наклоняется между сидений. Она мало общалась со мной с воскресенья, но сейчас у неё проснулся интерес. — Если да, то лучше наклонись. Меня как-то вырвало от него. Всю обувь себе запачкала.
— Я в порядке. Правда. Перестаньте жужжать.
Мэгс качает головой.
— Ты выглядишь как варёный лобстер.
— Отлично. Спасибо.
— Правда. Наверное, заработала тепловой удар. — Мэгс хватает кошелёк, и мы выходим из машины. — Может пора прекратить соревноваться с Шэем? — Мы одновременно произносим «нет». — Конечно нет. Подожди, пока не сляжешь между кустами голубики. И знаешь, что будет выгравировано на твоём надгробии? «Она никогда не слушала свою сестру».
— Нет, там будет написано, что «Она так и осталась на седьмом месте». Если я столкнусь с Банковски, то переломаю ему руки.