Стоит ли любить вампира?
Шрифт:
– Дыши медленно, вслушивайся в собственное дыхание, наблюдай за ним.
В голове метались всякие мысли, никак не относящиеся к данной ситуации, я постоянно сбивалась на них вместо того, чтобы следить за дыханием.
– А теперь произноси: Моя кровь такая-то и такая, обладает такими свойствами, а потом представляй, как будто она меняет цвет или сияет, придумай что-то своё.
– Вслух?
– Как хочешь.
Моя кровь… хм, а что говорить то? Моя кровь наделяет вампиров определёнными свойствами? Что я хотела бы получить?
– Только говори конкретные вещи, не размыто.
Моя кровь становится… нет,
– Ну как?
– Не знаю… но чувствую себя разбитой…
– На это требуется по началу куча энергии. Потом лучше будет получаться, - заверил меня Дэвид, похлопав по плечу и улыбнувшись.
– Не могу понять… почему ты помогаешь мне?
– Не знаю. Хочется. – Он отвернулся, улыбка стёрлась с его лица.
– Спасибо. – Я потянула руку и сжала его кисть, после этого встала и, пошатываясь, пошла к жилому корпусу. Там, забравшись на пятый этаж, я смогла только расстегнуть кофту и упасть на кровать. Меня поглотила темнота.
Посреди ночи я проснулась от того, что мой телефон вибрировал в руке. Я заснула, держа его в руках, как упала, там и лежала. Я протёрла глаза и уставилась на телефон. Док?
– Да алло?
– Быстро в лабораторию! Ты нужна Рэю.
Я резко села на кровати, сон слетел словно дым. Что-то плохое случилось, я испуганно уставилась на надпись: «Вызов завершён». Через секунду меня уже не было в комнате, я неслась по темным ступенькам, перепрыгивая через одну и несясь к выходу. Что с Рэем? Что с ним? Внутри все словно сковало… я влетела в лабораторию, оскальзываясь на кафеле в мокрых балетках.
– Что с ним?
– Его ранили. – Спокойно сообщил мне Док, я почувствовала, как начинается кружится голова и отключается мозг, - Идём. Нам понадобиться твоя кровь.
– Что? Моя кровь?
– Да. Ему нужно подлататься… а твоя кровь, если уговоришь её, поможет ему быстрее это сделать.
Док подошёл ко мне и дёрнул за собой, я, всё так же оскальзываясь, вошла за ним в соседнюю комнату, там стояли его несколько лаборантов, на столе лежал Рэй. Я зажмурилась, вдохнула, выдохнула, опять посмотрела на него. Металлический стол был залит кровью, он сам был весь в ней, одна рука лежала рядом, ещё одна неестественно вывернута. Я снова зажмурилась. Не хочу его видеть таим. Не смотреть…
– Амелия, - меня встряхнули. – Ты ему нужна. Сейчас. Прямо сейчас. Сосредоточься. Ты должна это сделать.
– А если я не смогу…
Альфред отвёл глаза и погладил меня по голове:
– Ты должна. Давай.
Рэй издал ставленый хрип. Я, стараясь туда не смотреть села на холодный пол, сложила руки в намасте и сосредоточилась. Очистить мозг, убрать все мысли и переживания. А если я не смогу… если он умрёт тут?.. Не думать о Рэе. Нет, думать, но не в том ключе. Вспомни, каким он был, ему нужен чудодейственный эликсир, он ему нужен прямо сейчас. Сосредоточься. Дыхание. Я начла дышать, медленно вслушиваясь в собственное дыхание и колотящееся сердце, иногда меня прерывали голоса лаборантов стук металлических предметов
и хрипы, заставлявшие меня содрогаться. Дышать и слушать дыхание, почувствовать своё тело, свою кровь.Я наделяю свою кровь заживляющими свойствами. Как только она попадёт к Рэю, она залечит все его раны и соберёт его обратно, срастит все и отрастит то, что нужно. Он будет чувствовать себя хорошо и здорово. Снова будет улыбаться… Я представила, как кровь наполняется блёстками.
Боже, Рэй, только выживи. Ты же вампир, черт возьми. Живи!..
– Все, - тихо проговорила я. – Берите.
Пока Док забирал у меня кровь, я сидела на стуле с закрытыми глазами и удерживала эту картинку у себя в голове, потом только приоткрыла, когда они начали химичить с этой кровью над Рэем. И вдруг раздался странных вздох. Тишина.
Я встала со стула и заглянула на стол. Рэй собирался по частям, как я и представила в уме, кровь втягивалась в него, сшивая его, залечивая и затягивая раны. Потрясающе…
– Ты смогла, - тихо и восхищённо произнёс Док, как и остальные лаборанты, пялясь на чудо, происходящее на столе. Я стояла онемевшая и ошарашенная. Это сделала я? Это сделала моя кровь? Голова закружилась, я оперлась на стол, чувствуя себя странно. Всемогущей? Возможно. Кира говорила там что-то о молодости, смене цвета глаз и волос? Охотно верю теперь… Удивительно… это и правда возможно. Как? Как это возможно? Но это действует. Дэвиду причитается, пронеслось в голове.
Я отшагнула от стола, когда Рэй, захрипев, закашлялся и, наконец сел на столе, обводя нас удивлёнными красными глазами.
– Что за…? Док?
В глазах стало горячо, и я, наконец, смогла выдохнуть. Я смогла.
С возвращением с того света, родной… черт, а он и правда стал мне почти родным. Кажется, я не могу жить только в отношениях, когда только секс, я не могу не привязываться. По щекам потекли слезы, я была так рада, что он жив…
– Амелия?..
Я развернулась и вышла из комнаты, потом из лаборатории и только в коридоре смогла пустить свои слезы на полную катушку, не хочу, чтобы Рэй их видел. Видел, что я поддалась сентиментальным соплям, как он говорит. Черт, да как не поддаться! Я же девушка, а не камень…
– Ну все, хватит, – Док вышел вслед за мной и обнял меня, прижав к себе, - теперь все будет хорошо. Ты справилась, дорогая.
Я всхлипнула. Я чувствовала себя опустошённой и потерянной. Проплакавшись на плече Дока, я спросила:
– Что с ним теперь будет?
– Ничего. Отоспится пару дней и будет как новенький. Ему только силы надо восстановить и отойти, а всё остальное отлично. Ты его собрала заново буквально.
– Ага…
– Иди поспи, дорогая… ты еле на ногах стоишь…
– Да…
Я не помнила, как дошла до комнаты и кровати, помню, чтобы не забыть, начала писать благодарственное смс Дэвиду и отправила несмотря на три ночи. Подумала, что это перебор, конечно, но лучше сейчас, чем никогда. А потом просто заснула в слезах.
– Доброе утро, соня, - я потянулась в кровати, чувствуя, как Рэй обнимает меня и тихо целует в ушко.
– Доброе…
Я зевнула. Чувствовала я себя не очень хорошо. Такой разбитой, будто всю ночь не спала… перед внутренним взором промелькнули ночные картины, и я резко подорвалась на кровати, уставившись на Рэймонда. Он лежал целый и невредимый на кровати.