Чтение онлайн

Я отодвинулась, надеясь, что она не собиралась тоже меня трогать, но теперь мне мешал угол стола. Я оказалась в тупике, и это мне не нравилось. Я ощущала себя как заяц в капкане. Девушка смотрела на мое лицо. Веснушки были на ее носе и у глаз.

Старик все еще плакал, тянулся пальцами ко мне.

— Великий Свет.

— Хватит, — сказала я. — Сядьте. Оставьте меня в покое.

Я посмотрела на Верана, но он быстрым движением закрыл лицо ладонями, прижал их ко рту, носу и глазам. Моквайец смотрел то на меня, то на нежную девушку в шаге от меня. Тамзин пошевелилась первой, бросила перо на столе и встала

со стула. Она схватила карту Феринно и протянула ее. На пустом месте недалеко от Трех линий она написала два слова большими буквами в спешке.

«ЛАРК — МОЙРА».

— Мойра, дорогая, — сказал сдавленно сиприянин. — Ты — моя дочь. Ты — сестра Элоиз. Тебя украли у нас в Матарики пятнадцать лет назад. Помнишь это? Мы тебя искали, твоя мама и я — мы искали годами.

Я посмотрела на Верана, не понимая, почему никто не прерывал этот бред. Веран должен был знать правду. Тамзин знала меня меньше дня, и она была голодной и не в себе. Остальные меня раньше не видели. Но мы с Вераном путешествовали почти шесть дней, и он такого не говорил.

Хотя… может, потому он настаивал, чтобы я прибыла в Пасул?

И где был Сайф?

Волоски на моей шее встали дыбом.

— Это глупо, — сказала я. — Веран, скажи им прекращать. Я думала, у нас были дела.

Он пошевелился, но лишь убрал ладони ко рту, глядя на меня поверх пальцев.

Старик вытер мокрые щеки, а потом снова коснулся меня — поймал мою ладонь руками.

— О, Мойра… любимая. Ты почти не изменилась. Ты так похожа на сестру, на мать. У тебя все еще есть тот смешной круг веснушек на животике? Мы на нем учились считать.

«Раз, два, три, четыре, пять, шесть».

Он склонился, и я ощутила запах кофе и корицы.

Я развернулась, вырвала руку из его хватки и сделала три шага к двери. Люди закричали за мной, но я открыла ее ногой и закрыла, не дав никому меня коснуться. Я прошла по крыльцу и под дождь. Крыс поднял голову у копыт Джемы. Лошадь Верана стояла рядом с ней у столбика. Он бросил ее в спешке, ее поводья сползли со столбика и лежали в луже.

Прямоугольник желтого света упал на грязь, делая мою тень длинной. Голоса зазвучали, кричали то чужое имя, кричали мне остановиться. Голос старика был громче всех, но с ним кричала и девушка, голос был юным и милым, без хриплых ноток пустыни.

Я не остановилась и не повернулась. Я сорвала поводья Джемы со столбика и запрыгнула на ее спину.

Плеск, и ладони сжали мое колено.

Мне надоели прикосновения, когда я этого не хотела. Я ударила твердым носком сапога. Веран отдернул руку, схватился за локоть.

— Ларк, стой. Прошу, подожди, — он смотрел на меня, и я видела, что он искал взглядом. Я напряглась. Я не хотела, чтобы он искал потерянную принцессу в моем лице.

Он понимал эмоции на моем лице лучше меня, потому что посмотрел мне в глаза.

— Я не знал, — сказал он. — Клянусь, Ларк.

Старик вышел, направился ко мне, протягивая руки. Я быстрым движением вытащила меч из ножен, подняла выше. Веран отскочил, вздрогнув.

Я опустила меч и шлепнула по крупу его лошади.

Кьюри вздрогнула и бросилась по дороге к верхней части города, поводья развевались. Веран развернулся, глядя ей вслед, а потом повернулся ко мне, раскрыв рот:

— Стой! — выпалил он.

— Нет! — я вернула бандану на нос и сжала бока Джемы. Она бросилась

вперед, разбрасывая грязь. Крыс побежал за мной.

— Стой! — кричал Веран за мной. — Ларк, стой!

Я не остановилась, а он не мог погнаться. Джема разогналась, и мы помчались мимо таблички Пасула в пустыню, пригибаясь под бушующим небом. 

Веран

О, Свет. О, Свет.

О, благословенный Свет.

Я смотрел на табличку, стоя по лодыжки в грязи, а Ларк скрылась за дождем. Я сжимал дерево, тяжело дыша. Вода стекала с меня. Снова раздался гром, молния ударила по земле, но Ларк пропала.

Плеск за мной, и Ро поравнялся со мной. Я прижался спиной к табличке, но он уже не злился. Его глаза были широко открыты, будто разрезаны. Мама так говорила, но я теперь видел, как это.

Он глядел вперед, в дождь. А потом повернулся ко мне.

— Я не знал, — выдохнул я. — Я не понимал. Я н-не видел ее полное лицо. Она всегда была с черной краской на лице и банданой, — или я был в припадке… или на ней ничего не было. И всегда было это проклятое солнце…

Я представил лицо Элоиз рядом с лицом Ларк. Одно было гладким, без шрамов, с круглыми щеками, сияющими глазами, с нежной смуглой кожей. Другое… грубое, с впавшими щеками, с загорелой кожей и молнией в глазах. Нежные кудри, длинные пряди, отличающие золотом. Но я видел тот же изгиб носа, веснушки, карие глаза… глаза Ро…

Я был ужасным дураком.

— Куда… куда она… — голос Ро был разбитым, словно слова не могли соединиться.

— Она убежала, — сказал я. — В пустыню.

Он сделал пару шагов вперед, словно хотел погнаться за ней пешком. Но остановился раньше, чем я придумал, что сказать, а потом звук за нами заставил нас обернуться.

Дверь почтовой станции была открыта, три фигуры стояли на фоне света. Впереди, почти у края крыльца, стояла Элоиз, ее платье трепал ветер.

Ро повернулся и побежал к крыльцу. Я следовал за ним, грязь ловила мои сапоги. Мы приблизились, и Ро махнул рукой Элоиз, пытаясь отправить ее внутрь, но она не поддавалась. Она обвила себя руками и дрожала.

— Папа… — выдохнула она, когда мы смогли ее слышать.

— Внутрь, — прохрипел Ро. — Внутрь, Элоиз.

Мы прошли в дверь мимо Яно, глядящего на улицу.

— Стражи близко, — сказал он, и я поравнялся с ним и посмотрел на склон.

Я проследил за его взглядом на всадников, появившихся среди дождя. Молния сверкала на металле шлемов.

Тамзин сжала его рукав и потянула его внутрь. Мы собрались на пороге. Управляющая почтой поправляла стулья, отлетевшие мгновения назад, но от одного взгляда на шок на наших лицах она передумала ругать нас.

— Я поеду за ней, — сказал Ро, сначала ни к кому не обращаясь, а потом повернувшись к Элоиз. — Я поеду за ней. Оставайся тут…

— Папа, стражи, — прошептала она. Она промокла от дождя и все еще дрожала. Я вспомнил об угрозе тюрьмы, если мы не покинем Моквайю к концу часа, и вдруг согласился с одним — ей нужно было покинуть Пасул.

— Тогда бери карету, — сказал Ро. — Вы с Вераном поедете как можно дальше до ночи, потом отправитесь к Каллаису. Пусть Кольм напишет твоей маме…

— Я пойду за ней, — сказал я.