Сокрушая врага
Шрифт:
– Улла!
Под призывные крики гостей новобрачные вы-шли из дома и предстали перед людьми. Вепсы ликовали так, что перепугали всех птиц в округе. Птахи, вспорхнувшие с насиженно-нагретых мест, огласили Хиден переливчатым щебетом и трелями, невольно присоединившись к всеобщему ликованию.
– Хвала Юмалу!!!
– Хвала Юмалу!!
– Хвала…
– О-о-о!
– У-у-у!
Глава восьмая
Круги на воде
Настойчивость одних разбивается об упрямство других.
Было
Утренний морозный воздух приятно освежил и прогнал отголоски хмеля. Он огляделся. Жители Каргийоки, шумно отметившие свадьбу главы рода, мирно спали в своих домах. Баар протяжно зевнул, надвинул поглубже шапку и направился к дому Юски, с которым они еще загодя условились отправиться в Хиден…
Капса они застали в большом овальном доме. Нойда сидел у очага, зябко протянув ноги к огню.
– Знаю, с чем пришел, - первым нарушил тишину нойда, как только они переступили порог, - про друга решил узнать.
– Да, - ответил Баар, приближаясь, - хочу знать, жив он или…
Капс не дал ему договорить:
– Петуха несите.
– Петуха? Зачем петуха?
– Гадать будем, - спокойно ответствовал Капс, - вон, у Юски молоденький петушок есть, как раз сойдет. Ну, давай, живо!
– Меня же жена самого съест за петуха-то…
– Ничего не съест. Он у тебя больно горластый. Каждый раз, как я прохожу мимо твоего дома, Юски, твой петух так и норовит горло драть. Несите петуха, - настойчиво повторил нойда.
Они оба повернулись к двери, чтобы уйти.
– Пусть Юски сходит один, а ты, Баар, останься.
Когда Юски вышел, нойда жестом пригласил Баара сесть возле него. Глава рода подошел, сел на короткую лавку, что стояла справа от шамана.
– Что тебя тревожит, юный Баар?
– спросил нойда.
– Смерть или отсутствие смерти?
– Тревожит незнание, - ответил глава рода, - если есть хоть малейший шанс узнать правду, я хочу его использовать.
– Станет ли тебе легче от правды?
– Лучше горькая правда, чем сладкая ложь, так говорят в народе…
– Говорят, - согласился Капс, - а еще говорят, что с правдой рушатся надежды.
– Ну не знаю, как насчет надежд, - честно признался Баар, - но что касается меня, то больше мила правда. Так что если можешь помочь, то не откажи, помоги. Если тебе нужны хоть все петухи Каргийоки, возьми всех, только скажи, что с Вадимом.
Нойда пристально посмотрел прямо в глаза Баару.
– Хорошо. Я попробую помочь тебе узнать правду, и петухи тут совсем не нужны.
– Так как же, - изумился глава рода.
– Я специально отослал Юски, чтобы он не мешал, - спокойно отвечал шаман, - так надо. И потом, гадают только глупые девки да бабы…
– А мы что будем делать?
– Смотреть сквозь туман жизни, и да помогут нам боги и духи предков…
Нойда прикрыл глаза, глубоко вздохнул, а Баар приготовился выслушать длинную череду заклинаний, призывающих духов. Но ничего этого глава рода так и не дождался. Капс сидел неподвижно, подолгу задерживая дыхание. Затем он что-то прошептал себе под нос, резко вскочил и дунул на пламя очага. Огонь встрепенулся,
и Баару даже показалось, что языки пламени поднялись выше, со всех сторон обхватив тлеющее с краю полено. Несколько снопов искр метнулись в сторону один за другим, а через секунду огонь внезапно спал и стал быстро угасать. И вот пламя спряталось, словно из-под земли его втянула большая труба. Поленья, однако, продолжали дымить, а оставшиеся угли лениво тлели. В наступившей темноте раздался голос нойды.– Я не вижу твоего друга, - спокойно сказал он, опускаясь на прежнее место, - не вижу ни среди мертвых, ни среди живых.
Баар опешил.
– Как это так?
– Не знаю, - честно ответил Капс.
– Я всегда могу отличить умершего от живого, но с твоим другом что-то непонятное…
– Что же это, нойда?
– теряя надежду, спросил глава рода.
– Может быть, твой друг не подвластен нашим богам, а может…
– Что?
– Может, что-то… или кто-то заслоняет его, не дает мне заглянуть за черту видимого…
«Началось, - подумал Баар, - опять эти шаманские штучки… что-то, кто-то…»
– Я не знаю, - еще раз признался нойда, - ни среди мертвых, ни среди живых.
Баар потер начинающие слезиться от дыма глаза.
– Как же такое может быть?
– спросил он.
– Не понимаю.
– Боги и духи не всегда открывают нам желаемое, - задумчиво изрек шаман, - но я могу то же самое сказать и про твоего второго друга.
Баар встрепенулся.
– Про Сигурда?
– Да, про того варяга, что прибыл вместе с вами.
– И что с ним?
– Я попытался заглянуть и в его судьбу…
– Зачем, ведь я не просил, - перебил его глава рода.
– Вы прибыли вместе, и значит, ваши судьбы могут быть вплетены в один узор, - загадочно ответствовал нойда, - и не удивляйся, это так и есть. Этого не изменить. Вы связаны.
– И что же с Сигурдом?
– То же, что и с Вадимом… ни среди мертвых, ни среди живых…
– Ну етить, это уже перебор, - в сердцах произнес Баар по-москальски.
– Что ты сказал?
– удивился Капс.
– Ничего, - отмахнулся глава рода, - значит, и с Сигурдом ничего не ясно?
– Время - великий дар богов. Оно расходится по нашим жизням огромными кругами, - философски изрек шаман, - кто-то не переплывет эту реку и, запутавшись, пойдет ко дну, а кто-то в силах преодолеть даже непреодолимое…
Баар почесал у виска.
– И все же это очень странно.
– Ты забыл, Баар, еще одно.
– И что же?
– Тебя лишили родового амулета.
– Ах да, - Баар раздосадованно хлопнул себя по коленям, - это очень обидная потеря…
– Есть вещи, которые значат даже больше, чем ты способен понять, и лишь боги откроют тебе глаза.
– Окружили вы меня загадками, - непонимающе вздохнул глава рода.
– Я сказал тебе все, что знаю… и помни, прежде чем решиться на что-то, ты обязан вернуть себе амулет.
– Что, так все плохо?
Шаман опустил голову и заговорщицки произнес:
– Без солнца не будет жизни. Амулет - это солн-це нашего рода. Без него род наш обречен. Еще ни разу за все поколения наших прапрапрапрадедов не случалось такого… Никогда амулет не покидал наши пределы и рук главы рода.