Чтение онлайн

— Никак. Мое отвращение укрепилось из-за требований, которые ты отбросила, Галина. С каждым решением, которое ты приняла, не похожая на верную дочь, которую я знал. Маг солнца влияет на тебя. С ним твои мотивы уже не ясны для меня. И я против брачного контракта между тобой и лордом Ришем. И я согласился на условия с кронпринцем Валдрамом. Ты станешь третьей женой Валдрама и будущей королевой Налвики.

Шум вырвался из нее — оханье, хмыканье, как от удара на поле боя. Она сжала дрожащие кулаки, подавляя возмущение, за которое ей отрезали бы язык. Она прорычала:

— Я не выйду за того урода с лицом ласки.

— Выйдешь, —

ответил спокойно Вернард. — Я тебя заставлю, только я тобой управляю.

— Управляешь? Я не орудие! У меня есть желания и нужды, которые я отложила на службе королевству. И я для тебя ничего не значу?

— Хватит, Галина. Ты поедешь в Налвику.

— Валдрам — змей.

— Возможно, но я выберу змея, которым могу управлять, а не дракона, которым не могу.

Она скрипнула зубами.

— Твоя паранойя строится на старых новостях. Если сомневаешься в Гетене, попроси, чтобы он поклялся при Совете королей равной верности четырем королевствам, независимо от твоего влияния и моего.

Вернард встал и прошел к широкому окну рядом с ней. Он прислонился к подоконнику и скрестил руки, кожаный черный жилет скрипнул.

— Если попытаешься увильнуть от приказа, я все продумал. Валдрам получит новую королеву из моих дочерей. Если не ты, то Аревик подойдет, хоть она не так умела. Она даст мне нужное влияние, когда родит от кронпринца.

Галина сжала рукоять меча, она отошла от отца, чтобы не пронзить его.

— Ты согласился, зная, что я не позволю Валдраму получить ее, — он кивнул и поднял бокал, мрачно салютуя им. Вернард знал, что Галина не даст кронпринцу тронуть Аревик, сломать ее и сделать своей третьей мертвой женой.

Она смотрела на пол, сглотнув горечь сожалений. Сколько вариантов убить отца она упустила? Всегда слушалась долга, благодарности и своей репутации верной дочери. Теперь она была в углу, как и предупреждал Гетен.

— Ты бессердечная свинья, — процедила она.

— Нет, девица. Я — медведь.

Глава 8

Сокос был полон беженцев. Мужчины и женщины, рыдающие дети, бегающие за собаками и козами дети, старики на спинах сыновей, лошади и волы тянули телеги с жалкими вещами людей. Всюду Гетен видел грязные лица, полные отчаяния, и усталость давила на плечи сильнее сумок. Он не видел столько страданий с войны. Он дал Ремигу самому идти через толпу и по дорожкам в деревне в следах колес телег.

Он миновал первую гостиницу. Она была у ворот города, и толпа вокруг была широкой и кипящей. Вторая, третья и четвертая были не лучше. Он ехал, пока не нашел тихую таверну на западном краю города. Гетен привязал коня к столбику снаружи гостиницы «Красный клинок» и провел ладонью по мягкому носу жеребца.

— Я быстро.

Местные и путники сидели в тусклом старом здании. Разговоры гудели, кружки звякали. Он прошел по комнатке к потертому деревянному бару, еще один чужак в толпе, и только служанка посмотрела на него, пока он проходил, оценивая размер его мешка с монетами, помимо прочего.

Хозяин таверны, худой мужчина с маленьким кривым носом и бледно-зелеными глазами, подал две кружки и сказал:

— Если ищете комнату, езжайте в Харатон. Тут их не найти.

— Почему так? — Гетен бросил монету на бар и добавил. —

Пинту эля.

— Никто не хочет спать под открытым небом, — мужчина взял монету и налил пенный мутный напиток.

Если бы Гетен не хотел пить так сильно, он потребовал бы вернуть монету. Но такой напиток был лучше пыли на его языке, и он быстро выпил кружку, чтобы утолить жажду и не ощутить толком вкуса.

— Из-за воров?

— Крикунов. Вы не слышали? Лес полон их на севере и западе Делкати и до Сельги.

Мужчина вошел в таверну за Гетеном, склонился к бару и кивнул хозяину таверны.

— Как обычно, Джекс, — он окинул Гетена взглядом. — Что бесеранец забыл на этой стороне Серебряного моря? — он звучал заинтересованно, а не злобно.

Лучше всего было предоставить измененную правду.

— Я слышал, Кхаре нужны услуги целителя после потопов и жуткой зимы.

Мужчина посмотрел на дверь и приподнял бровь.

— У тебя хорошая лошадь как для бродячего мага.

Гетен кивнул.

— Бродячий не значит неумелый. Я принимаю плату в разных формах, включая хорошего коня от бесеранского землевладельца, жена которого заболела после родов, — не важные факты.

— Вижу, она выжила.

Гетен бросил еще монету на бар, кивнул на напиток мужчины, указывая, что платил за это.

— Жива и родила еще сына.

Хозяин таверны забрал монету, а мужчина поднял напиток.

— За здоровье хорошей женщины и щедрость наших соседей из-за моря.

Гетен улыбнулся.

— Может, вы предложите место для лагеря целителя, чтобы я мог предлагать услуги нуждающимся путникам.

— Лучше езжайте в Харатон, сэр, — повторил хозяин таверны, и другой мужчина кивнул. — Если только вас не оберегают солдаты и лучники.

Гетен фыркнул.

— Я объехал почти всю Кворегну, но нигде не встречал слух, который не мог развеять.

Худая женщина за соседним столом сказала:

— Это не слух, бесеранец. Это правда. Я слышала и видела их. Прошлой ночью они убили мужа моей соседки и ее сына, а ее оставили почти мертвой.

Гетен смотрел на нее. Она верила своим словам, даже если они не были правдой.

— Женщина выжила?

Люди за ее столом кивнули, и другая женщина, горбящаяся от возраста и тяжелой жизни, ответила:

— Пока что.

— Может, я могу ей помочь.

Мужчина за столом покачал головой.

— Нет денег или вещей, которыми можно оплатить спасение женщины, чья семья мертва, целитель. Лучше иди и предложи свои услуги путникам на дороге в Харатон. Они хотя бы могут дать еду и напитки взамен.

Гетен оттолкнулся от бара.

— Возможно, но я могу помочь вдове даром, если это спасет ее жизнь, — он пожал плечами и добавил. — И не каждый день у целителя выпадает шанс одолеть псов Скирона.

Люди вокруг стола покачали головами.

— Пусть бог смерти получит свой приз, — буркнула худая женщина.

Но мужчина у бара повернулся к Гетену.

— Я знаю женщину, на которую напали. Я тебя отведу к ее дому.

Гетен поблагодарил его, и они покинули таверну. Он отвязал Ремига и повел лошадь по менее людным улицам, миновал западные врата Сокоса и направился на север к небольшой ферме. Корова, осел и несколько овец и свиней ходили вокруг, не пострадав от того, что сорвало дверь с петель и бросило на дорогу.